— Я серьезно, Крис. Даже не думай о свадьбе, если потом не собираешься общаться со мной или хочешь найти женщину для своих потребностей.
— Черт возьми, София, ты же знаешь, как я всегда хочу тебя. Если тебе нужен секс, я всегда буду рядом. Если понадобится защита, я всегда есть. Чего же еще ты хочешь?
«Любви».
— Не хочу, чтобы ты чувствовал себя в капкане. Брак — это больше, чем секс или защита. Как же ты можешь хотеть меня, если несколько недель даже не замечал?
— Так, значит, по-твоему, я тебя не хочу? Как ты можешь так думать, если я в твоей постели почти каждую ночь? — возмутился Крис. — Может, я слишком сдерживаю свое желание и надо дать ему волю?
Он обнял ее и притянул к себе.
— Крис, я…
Он заставил ее замолчать, впившись в губы, поцелуем, столь требовательным, столь властным. Он запустил пальцы ей в волосы и немного склонил голову, так, что разомкнуть губы было уже невозможно. Дрожь удовольствия пробежала, спускаясь вниз по спине.
Тепло ее тела пробудило жар в его чреслах. Она двинулась навстречу ему, и, если бы они не остановились посреди дороги, он занялся бы с ней любовью прямо в фургоне.
Первым опомнился Крис и со сдавленным стоном оторвался от нее.
— Не место и не время, — с сожалением пробормотал он.
Но, увидев ее лицо, сам чуть не растаял от нежности.
Неужели она действительно так относится к нему? Можно ли верить тому, что он видит в этих глазах? Крис несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.
— А будет ли когда-нибудь время и место? — вызывающе спросила пришедшая в себя София. — Пока я вижу человека, который борется с самим собой, со своей любовью ко мне.
Крис взял вожжи, и фургон тронулся.
— Иногда мужчина должен защитить и себя.
— От кого?
Он пробормотал что-то, но она не расслышала.
— Докажи, что хочешь меня, — настаивала София. — Займись со мной любовью, когда вернемся в «Сансет Хилл».
Крис сразу нахмурился.
— Ты же знаешь, что сейчас на плантации не хватает рабочих рук и у меня дел по горло. До вечера подождать нельзя?
Он увидел, как погас огонь в ее глазах, и пожалел о своих словах. Он уже знал, что в это время года ураганы или частенько случавшиеся здесь извержения вулканов могут погубить весь урожай. Ему надо работать, не покладая рук, чтобы успеть убрать урожай до свадьбы.
София молчала, но молчала так красноречиво, что он не выдержал.
— Прости, если мои слова прозвучали резко, но, пойми, я начинающий плантатор, пытающийся добиться успеха и не использующий рабского труда. Я не собираюсь отказываться от тебя. Если бы хотел, то отказался бы уже давно.
София подняла на него глаза, полные слез, и он, не выдержав этого взгляда, отвел глаза. А от ее слов у него словно резануло по сердцу.
— Я знаю, почему ты не откажешься. После свадьбы ты будешь сдерживать и прятать свои чувства, чтобы заставить меня страдать из-за смерти Десмонда.
— Неужели ты действительно так думаешь?
— Я… я не знаю.
Впрочем, он тоже не знал. Хотел ли он, чтобы София страдала за смерть Десмонда? Может, вначале так и было, но все изменилось, и теперь он отчаянно боролся с собой, чтобы снова безумно не влюбиться в нее. Он и рад бы был забыть о том, что убил Десмонда, но не мог, независимо от того, выйдет она за него или нет.
* * *Черные грозовые тучи грозили помешать церемонии. София хотела выглядеть как можно лучше, хотя понимала, что это не заставит Криса полюбить ее. Она смотрелась в зеркало и видела, что хороша. Платье цвета персика прекрасно сочеталось с оттенком кожи, которая успела посветлеть, а намек на загар был едва заметен.
— Вы просто потрясающе выглядите, госпожа, — восхищенно сказала Катина, закончив ее туалет. — Такой красивой невесты я еще никогда не видела.
— Спасибо, Катина. Когда должны приехать Честеры? — Поскольку у Криса не было кареты, Честеры любезно предложили отвезти Софию в Кингстон на своей.
— Еще полно времени.
Внизу в холле послышались голоса, и София послала Катину узнать, в чем дело.
— Корабль капитана пришел в порт, — сообщила Катина, вернувшись. — И у веранды стоит новенькая карета.
София просияла от удовольствия. Так вот почему Крис так хотел, чтобы «Смелый» успел до свадьбы.
— Замечательно. Он хотел пригласить на свадьбу всю команду и теперь сможет это сделать.
Через несколько минут Крис пришел сам, чтобы рассказать ей об этом, но Катина не впустила его и ответила через дверь:
— Вам нельзя видеть невесту, капитан. Это плохая примета.
— София, ты меня слышишь? — спросил он.
— Слышу, Крис. Катина сказала, что прибыл «Смелый».
— Блэйн привез новую карету, и я уезжаю в церковь. Честеры скоро заедут за тобой, так что встретимся у алтаря.
— Да… у алтаря, — повторила София.
Она слышала удаляющиеся шаги, и ей захотелось броситься за ним. Почувствовать руки, обнимающие ее, услышать голос, который скажет ей, что их брак будет настоящим и счастливым. Но она, разумеется, не сделала этого.
* * *София приехала в церковь с Честерами. По количеству карет и лошадей у церкви она поняла, что друзья и знакомые Честеров прибыли в полном составе.
— Чудесно выглядите, дорогая, — ворковала ей леди Агата. — Не забудьте букет. Ну что, готовы?
— Кажется, готова, — отозвалась София, прижимая к груди букет роз и орхидей, словно он был спасательным кругом в бурном море.
— Тогда берите под руку моего мужа. Пора начинать.
Леди Честер первая вошла в церковь и по знаку преподобного пригласила всех внутрь.
Лорд Честер, элегантный и высокий, повел Софию к алтарю, где она увидела ожидавшего ее Криса. Как и подобает жениху, он был одет в черное с белоснежной рубашкой. Его могучая фигура смотрелась непривычно. Но все же он был невероятно, дьявольски красив. И скоро, очень скоро он станет ее мужем. Этого ли он хотел?
В толпе гостей София не узнавала почти никого, кроме команды «Смелого». Она улыбнулась: в их присутствии почувствовала себя увереннее.
А потом она стояла у алтаря рядом с Крисом. Девушка не знала, о чем он думает, но в его глазах было нечто, чего она не поняла. Это «нечто» снова зажгло в ней надежду.
Преподобный Таунсенд начал церемонию, но София почти не слышала его, хотя ответила «да», когда он обратился к ней.
Потом последовало традиционное обращение к присутствующим.
— Если кто-нибудь знает причину, по которой этот брак невозможен, пусть говорит сейчас или замолчит навсегда.
— Остановите церемонию!
Все обернулись. В дверях церкви стояли два человека.
