Читаем без скачивания Манускрипт дьявола - Елена Михалкова

Трупа не было, но на столе она увидела четыре потрепанных книги. Из-за стопки выглядывал ухмыляющийся охранник – на этот раз Синий, явно довольный произведенным эффектом:

– Что, перепугалась? Рота, подъем! Спать ночью будешь. Вот тебе то, что просила. – Он похлопал ладонью по верхней книге.

Теперь Тошка поняла – то, что она приняла за выстрел, было звуком удара брошенных книг о столешницу.

– Я прямо сейчас начну… – выговорила она, не поднимая глаза на охранника. – Только мне запасной карандаш нужен. И ластик.

– Про ластик разговора не было… Чего, условия меняешь? – угрожающе начал Синий, но стоило Тошке испуганно взглянуть на него, усмехнулся: – Да шучу я, шучу! Чего ты зашуганная какая? Давай, разбирай шифр – и отправишься домой.

Тошка догадывалась, где будет тот дом и на какой глубине, и как только охранник вышел, метнулась за ним к двери, прижалась к ней ухом, прислушиваясь.

Раздались приглушенные голоса. Слов было не разобрать, но Тошке это и не требовалось – она убедилась в главном: снаружи постоянно кто-то есть. Даже когда к ней заходит один, второй остается ждать его. Или же сидит там все время.

Идея с побегом стала выглядеть еще менее реальной, чем прежде.

– Ничего, ничего… – успокаивающе сказала себе Тошка, возвращаясь к столу и потягивая затекшие от долгого сидения руки и ноги. – Тогда пойдем другим путем.

Прежде чем она успела открыть первую книгу, вернулся Синий с коробкой карандашей:

– На! Хоть обрисуйся. Ластик там внутри.

Он бросил коробку на стол, постоял, с усмешкой глядя на нее, и наконец вышел.

Тошка, съежившаяся под его взглядом, выпрямилась и быстро проговорила, перекрестив решеткой указательный и средний пальцы правой и левой руки и выставив «решетку» перед собой:

– Через реку брода нету, через лес дороги нету, через поле тропы нету, через море пути нету, залила водица брод, а кто вышел – не войдет.

Это был заговор, закрывающий двери, и пользовалась им Тошка редко – лишь в тех исключительных случаях, когда очень хотела остаться в одиночестве и опасалась, что ей помешают. Одни слова помочь не могли – нужно было кое-что еще. Воображение – а его у Тошки хватало в избытке.

Она зажмурилась и представила, что за дверью переплетаются колючие ветки, за ними о берег яростно бьются морские волны, а за морем вновь начинается непроходимый лес. В лесу пахло не соснами и земляникой, а гнилыми дуплами и земляными ямами. Этот лес наводил страх на все живое, что попадало в него, обитатели его показывались редко, затаившись в зловещих чащобах, а о тех, что все же показывались забредшему сюда случайно человеку, потом уже никто не мог рассказать.

Тошка вообразила себе страх, живущий в глубине пещер на морском берегу, и он принял форму длинной багровой уродливой клешни, хозяина которой, скрытого мраком пещеры, было не разглядеть. Она увидела бурю на море и ветер, легко, словно щепки, расшвыривающий камни на песке. Неведомо как занесенную на побережье несчастную птицу расплющило о скалы, и клешня тут же цепко схватила упавший белый комок и уволокла в свое обиталище.

Тошка открыла глаза, выдохнула, возвращаясь в свою реальность – оклеенную бетонную коробку с желтой нашлепкой плафона на потолке, – и успокоилась. Ближайшие несколько часов можно было работать спокойно, не опасаясь, что к ней снова войдет страшный охранник.

Девушка пролистала все книги и в каждой выбрала место для шифра. Книга должна была легко раскрываться на этой странице, чтобы даже случайно взявший ее в руки человек не смог не заметить послание. Она записала несколько фраз, вычеркнула лишнее, оставив только просьбу о помощи и указание на то, где ее искать, и принялась за кодирование, выбрав один из самых простых шифров.

Заклинание ли было тому причиной, или же ее никто и не собирался тревожить, но Тошка успела сделать все, что задумала, без помех. По ее ощущениям, прошло несколько часов, и, закончив дело, она в последний момент отложила две книги в сторону, подумав, что их нужно пока оставить для видимости работы над письмом Макса. «Время, время, – билось у нее в голове, – я должна тянуть время». Тошка художественно разбросала по столу вырванные из тетради листы, заполненные буквами, как будто она только и делала, что трудилась над решением задачи.

«Будем надеяться, они мне поверят».

Часы шли, и Тошка начала волноваться. По ее прикидкам, к ней давно уже должны были прийти с едой. В голову пришла неожиданная мысль: «А если их арестовали?..»

Но не успела она преисполниться надежды, как раздался звук поворачиваемого в скважине ключа. Тошка обреченно приготовилась увидеть Синего, но, к ее удивлению, дверь не открылась. Снаружи ее толкнули, затем еще раз, а потом раздалась такая ругань, что на этот раз Тошка разобрала все слова.

– Открывай, сука! – заорал грубый голос. – Я тебе шею сверну!

В дверь заколотили, но та не поддавалась. Девушка осторожно подошла, держась поближе к стене.

– Я тут ни при чем! – крикнула она в ответ. – Я ее пальцем не трогала! Честное пионерское!

Честное ли пионерское убедило охрану, или же они сами сообразили, что ей нет смысла ломать замок, но только снаружи еще поругались немного, а затем наступила тишина. Тошка подождала, вернулась к своему столу и от нечего делать принялась жевать невкусную сухую картошку.

Вскоре в скважине снова закопошились, чем-то застучали, загремели, и эта возня продолжалась довольно долго. Наконец дверь, щелкнув, поддалась, и внутрь ввалились охранники – мокрые, в футболках, по которым расплывались пятна. Оба уставились на Тошку.

– Замок заклинило, – выдохнул Черный. Между складками на лбу у него собрались капли пота, ноздри сбитого на сторону носа тяжело раздувались. Наверное, подумала Тошка, вся борьба с замком легла на его плечи.

– Ты чего-то совала в него? – подозрительно спросил Синий. Он выглядел не таким измотанным.

– Да вы что! Я с книгами работала! Расшифровывала!

– И что? – Оба вскинулись, забыв про замок.

– Кое-что начало получаться, – соврала Тошка. – Вот эти книги мне больше не нужны. – Она осторожно подвинула на край стола два тома. – Вместо них понадобится словарь иврита.

– Чего-о-о?

– Словарь иврита, – твердо повторила Тошка. – Без него никак.

Про словарь она придумала только что, внезапно сообразив, что ничего не мешает ее сторожам выкинуть книги вместо того, чтобы возвращать их в библиотеку. Отчего она вдруг решила понадеяться на их сознательность? Тогда весь ее труд пропал бы впустую, а вместе с ним и шанс на спасение.

– Ладно, словарь принесем, – решил Синий, забирая книги. – Показывай, что получилось.

Тошка протянула ему исписанные листы. Он пробежал их глазами, всмотрелся внимательнее и нахмурился:

– Чего ты мне подсовываешь? Где слова?

– Какие слова?

– Ты сама сказала – кое-что начало получаться. Ну и где итоги?

Тошка позволила себе слегка улыбнуться:

– Если бы я расшифровала хоть одно слово, значит, я расшифровала бы всю запись. Пока я лишь поняла, каким именно способом Максим решил воспользоваться, чтобы…

Она замолчала, поняв, какую ошибку только что сделала. Но было поздно.

– Макси-и-им? – удивленно протянул Синий. – Какой еще Максим? – Он обернулся ко второму, приглашая его поудивляться за компанию. – Мы не знаем никакого Максима!

– Точно, – поддержал его Черный. – А кто такой вообще этот Максим?

– Ху зис факин Элис? – Первый заржал, довольный шуткой.

Тошка молчала, кляня себя за глупость. Как можно было так проговориться?! Теперь им понятно, что она знает, у кого они забрали письмо.

– Ну все, давай сюда твою макулатуру. – Черный вытер пот со лба и сгреб книги со стола. – Пожрать тебе через час принесу.

Тошка с замиранием сердца провожала его взглядом. Только бы донес их до библиотеки, только бы не выкинул по дороге, решив купить словарь в книжном магазине… Пусть ей повезет!

– Э-э! Ну-ка, постой! – Синий оборвал смех и ухватил товарища за локоть. – Погоди, не торопись.

– Чего?

– Дай-ка сюда…

Он забрал у него книги и небрежно бросил на стол. Тошку охватило нехорошее предчувствие.

Охранник взял том и начал неторопливо перелистывать, внимательно разглядывая каждую страницу. Девушка замерла, как зачарованная следя за движениями потрескавшихся пальцев. Синий подносил палец ко рту, слюнявил его, опускал вниз, чиркал по листу – и все это размеренно, механическими движениями. Наконец он добрался до того места, где Тошка вписала шифр, и рука его замерла, не донесенная до рта.

Он уставился на квадрат, исписанный синими буквами, так же, как смотрел на Тошку – без всякого выражения. В молчании прошло несколько секунд, во время которых Тошка слышала удары своего сердца.

– Ну чего там? – поторопил его второй.

Синий оторвал взгляд от книги, перевел его на девушку.

– Это – что? – тихо, но угрожающе спросил он.