— Ты не забывай, что Константин — первооткрыватель технологии перемены частот.
— Стоп! То есть его голова?..
— Моя голова находится в протяженности на векторе частот в то время, как восемь частей моего мозга дискретно распределены по тому же вектору, — пояснил Комбинатор, театрально пританцовывая на месте.
— Ты просто увеличил себе мозг и разнес его по отдельным частотам?
— Да. Можно и так сказать, если уж совсем примитивно.
— Тогда не удивительно, что ты смог понять о чем я думаю столь точно. Вычислительная мощность должна быть огромной…
— Именно поэтому я и взял себе имя Комбинатор, — сказал Константин с горделивым выражением лица. — Мое дело просчитывать комбинации и находить решения.
— Тогда просчитай и найди решение этой комбинации! — выпалил Адвокат и бросил на стол стопку писем, что принес от бандитов Андрей.
— Ого! Что это такое? Твои любовные письма отвергают, и ты не знаешь почему, Адвокат?
— Это письма бандитам от их заказчика.
— Уже вижу… Судя по тексту, заказывал абсолютно унылый парень. Никакого воображения!
— Однако, самокритично…
— М? Ты о чём?
— Последнее письмо подписано тобой, — сказал Адвокат и ткнул пальцем в слово «Комбинатор». Костенко расплылся в улыбке и захохотал.
— Адвокат! Это… Это самое смешное и глупое, до чего ты когда-либо додумывался! Ах-ха-ха!
— Хватит ржать! Скажи, как ты смог покинуть пределы тюрьмы?!
— Ха-ха-ха! Мой дорогой друг, я никак не мог покинуть пределы тюрьмы, — ответил Комбинатор, вытирая проступившие от смеха слезы. — Тут же везде, кроме туалета, понатыканы камеры!
— Но тем не менее, кто-то подписался Комбинатором.
— Да кто угодно, Адвокат! Ты мне сильно, льстишь, если думаешь, что имя «Комбинатор» исключительно моя задумка. Не забывай, что Остапа Бендера из книг Ильфа и Петрова тоже звали «Великим Комбинатором».
— Да, всё верно, но только этот Комбинатор организовал заказное убийство канцлера Рукава Ориона и подставил Андрея.
— А я значит тот единственный кто этим обычно занимается? Адвокат… Я уже сижу здесь больше пятидесяти лет. Я за все это время не сделал ровным счетом ничего и близко похожего на то, что ты описываешь. Разве это логично предположить, что я каким-то неведомым образом, прошел сквозь стены Трубецкого изолятора, переместился по частотам, заказал убийство канцлера и вернулся сюда, как ни в чем не бывало, а моего отсутствия никто не заметил? Тебе это кажется логичным?
— Возможно.
— Тогда у меня для тебя плохие новости. Спустя тысячи лет успешного ее избегания, тебя настигла старческая деменция.
Адвокат нахмурился, подошёл к Андрею, хлопнул его по плечу и направился на выход.
— Пошли, Андрей. Так мы ничего от него не добьёмся.
— А за что его посадили, Адвокат?
— Долгая история. Потом расскажу.
— Если ты хочешь знать, за что я сижу, то спроси Адвоката, что он и весь его Криптоград делали с сорок первого по сорок четвертый год… — сказал Комбинатор и многозначительно замолчал.
— С сорок первый по сорок четвертый год… — задумался Андрей. — Стоп. Это же блокада Ленинграда?
— Восемьсот семьдесят два дня… — угрюмо проговорил Комбинатор, глядя куда-то мимо Андрея и Адвоката. — Спроси у него, что они делали каждый из этих восемьсот семидесяти двух дней.
Адвокат молчал, не оборачиваясь. Его лицо было заметно напряжено, а руки сжались в кулак. Комбинатор едва улыбнулся, довольный его реакцией и продолжил рассуждать.
— Должно быть они сбивали немецкие бомбардировщики, используя свои протонные и магнетронные орудия? Может они давали свои промежуточные частоты для безопасного прохода продовольствия в окруженный город, или быть может в этих же частотах развернули бомбоубежища? Вероятно, они подарили свои невероятные медицинские технологии, чтобы лечить раненых… А в прочем, я почти что уверен, что они просто выжгли своими летающими тарелками всю нацистскую мразь, на подступах к городу!
— Мы помогали с разведданными и отправляли ремонт-бригады, — отрезал Адвокат.
— Ах… Точно. Я всё время забываю, что нашим правителям-благодетелям абсолютно до лампочки, что у нас-муравьишек происходит.
Адвокат повернулся к Комбинатору.
— Костя, мне очень жаль, что ты потерял в той войне своих друзей и близких. Я сожалею, что мы не смогли вам по-настоящему помочь. Но ты же должен понимать, что наша интервенция не была возможной. Уровни развития были придуманы, чтобы исключить столкновение молодых цивилизаций с технологиями цивилизаций, ушедших далеко вперёд.
— Понимаю. Это, чтобы мы случайно не выжили и не составили вам конкуренцию.
— Это, чтобы вы случайно не уничтожили самих себя! — вспылил Адвокат. — Да когда же ты поймешь и сможешь взглянуть на картину глобально?! Думаешь мне не было больно смотреть на то, как миллионы человеческих жизней каждый день сгорали в адском горниле войны?! Но это болезнь. Детская болезнь любой развивающейся цивилизации. Этот этап нельзя пропустить. Его нельзя избежать. В него поэтому нельзя вмешиваться. Бог знает был ли это последний раз, но это необходимо. Такие масштабные войны меняют мораль, развивают технологии, учат строить новые общественные формации или подготавливают к этому! Не дать этому случиться означало лишить вас всякого будущего!
Адвокат заметно покраснел за время своей тирады. Он вытер пот со лба и громко выдохнул, переводя дух. Комбинатор ничего не ответил, а лишь молча поднялся в воздух к своему исходному месту левитирующей медитации и вновь принял позу лотоса.
— Меня посадили за то, что я, предсказав ту страшную войну, попытался ее предотвратить. Я пытался спасти как можно больше жизней вопреки запрету Высокого Заседания. Я выкрал ряд военных технологий, чтобы дать преимущество Советскому Союзу в войне, но меня остановили. Видимо, какое-то мутное достижение четвертого уровня развития и принцип невмешательства, подписанный при Царе-Горохе, стоят тех сотен тысяч жизней, собранных смертью за три года её жатвы.
Адвокат не стал ничего отвечать Комбинатору, а просто приложил руку к двери и открыл её.
— Уходим, Андрей, — и они оба вышли, оставив Константина в его тюремной камере. Какое-то время они шли, не разговаривая, через длинный коридор тюремного блока, по которому их вел Проводник. Первым тишину прервал Андрей.
— Это правда, что говорил Комбинатор? Криптоград никак не вмешивался в те… события?
— Ты историю учил в школе и универе. Сам-то как думаешь? Там было что-то написано про внезапно появившихся пришельцев, что разгромили армию Третьего Рейха?
— Нет… А возможности помочь и правда не было? Просто это очень серьезное обвинение с его стороны…
— Скажи, что бы было если б мы во время Отечественной Войны тысяча восемьсот двенадцатого года подарили межконтинентальные ядерные ракеты Александру Первому?
— Ну… война с Наполеоном закончилась быстрее?
— Да. Это верно, а ещё бы наверняка прекратили существование несколько государств, сгорев в ядерном огне. Российская Империя стала бы доминирующей силой на планете Земля, все остальные признали бы ее власть, прогресс остановился бы на несколько десятков лет, так как новое планетарное государство не получало бы никаких серьезных вызовов, затем случилась бы какая-нибудь эпидемия, с которой оно бы не справилось и человечество вымерло бы.
— Ну нет. Разве наш царь поступил бы столь ужасно? Он же ни какой-то карикатурный злодей с жаждой мирового господства!
— Нет. Отнюдь не злодей, но он был правителем начала девятнадцатого века. Человечество тогда не прошло через необходимую череду испытаний, чтобы прийти к мысли о недопустимости применения столь мощного и разрушительного оружия. Любая, даже самая никчемная по нашим меркам технология из Криптограда, сделает государство, ее заполучившее, мировым гегемоном минимум на полвека, а то и больше, прекратив развитие во всём остальном мире.
— Понятно, но ведь вы могли передать технологию частот людям!
