Здесь необходимо особо выделить работу сотрудника внешней разведки полковника Николая Михайловича Горшкова (1912–1995).
После освобождения Италии от фашистов в 1944 году он был направлен в эту страну в качестве резидента и проработал там до 1950 года. Николай Михайлович был не только хорошим организатором, но и служил замечательным примером для подчиненных. Он лично приобрел ряд источников, от которых поступала важная политическая и научно-техническая информация, имевшая существенное оборонное и народнохозяйственное значение. При его непосредственном участии был добыт комплект чертежей американского бомбардировщика Б-29. В 1947 году он разработал и успешно провел упомянутую в этом очерке операцию «Бой». Оценивая поступившие в результате этой операции материалы, главный конструктор ведущего оборонного объекта дал заключение, что «это в значительной степени способствовало сокращению сроков разработки аналогичной модели и затрат по производству».
Деятельность полковника Н.М. Горшкова во внешней разведке отмечена орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, нагрудным знаком «Почетный сотрудник госбезопасности» и многими медалями.
Во многом благодаря проделанной в первые послевоенные годы римской резидентурой оперативной работе ей и в последующем удавалось достойно решать ставившиеся руководством Советского Союза перед внешней разведкой задачи.
12. Во имя истины
В декабре 1993 года появились сообщения о том, что в Париже на 80-м году жизни скончался высокопоставленный в прошлом французский чиновник Жорж Пак, которого многие называли крупнейшим агентом КГБ во Франции за все годы холодной войны. Один из французских журналистов образно назвал Жоржа Пака «человеком, проходящим сквозь стены, который тайно пробирался по ночам в министерские кабинеты, взламывал защищенные комнаты, фотографировал все, что хотел, и затем, никем не замеченный, вновь исчезал в парижской ночи. Такое можно увидеть лишь в фильме».
Но в действительности ничего подобного в жизни Жоржа Пака не было: ни ночных проникновений в канцелярии министров, ни взламывания защищенных кабинетов, ничего такого, что зачастую встречается в шпионских фильмах. Да и зачем Жоржу Паку надо было это делать? Он был если не руководителем, то ведущим сотрудником многих министерских кабинетов, и все секретные документы этих канцелярий находились в его руках… Все было более буднично, но в то же время серьезнее и значительно сложнее, особенно в психологическом отношении.
История секретного сотрудничества Жоржа Пака с советской разведкой началась в далеком 1943 году в Алжире. Чтобы понять, почему Пак стал на путь секретного сотрудничества с иностранной державой, нелишне вспомнить, в каком положении находилась тогда его родина, дорогая его сердцу Франция…
22 июня 1940 года французское правительство, которое возглавлял маршал Петэн, подписало акт о капитуляции. Гитлер разделил Францию на две зоны. Две трети территории страны — вся Северная Франция, включая Париж, побережье Ла-Манша и Атлантику, — были оккупированы германской армией. В неоккупированной, южной зоне, сохранялась юрисдикция правительства Петэна, обосновавшегося в курортном городке Виши, которое проводило политику коллаборационизма с нацистской Германией.
Но далеко не все французы смирились с поражением и признали «режим Виши» своим правительством. За несколько дней до подписания акта о капитуляции по лондонскому радио выступил заместитель министра национальной обороны бывшего правительства Франции генерал де Голль с обращением ко всем французам и француженкам, призывая их развернуть борьбу с нацистской Германией. «Что бы ни случилось, — подчеркивал он в обращении, — пламя французского сопротивления не должно погаснуть и не погаснет»[9]. Этим было положено начало движению «Свободная Франция», которое организационно оформилось в сентябре 1941 года, когда был создан Национальный комитет свободной Франции (НКСФ) во главе с генералом де Голлем.
Советское правительство, исходя из интересов объединения всех сил на борьбу против фашистской Германии, 26 сентября 1941 года, то есть сразу же после создания НКСФ, признало де Голля как руководителя «всех свободных французов, где бы они ни находились»[10]. При этом советское правительство заявило о своей решимости содействовать «полному восстановлению независимости и величия Франции»[11]. В 1943 году полномочным представителем СССР при Французском комитете национального освобождения (ФКНО — так стал называться НКСФ с 3 июня 1943 г.), штаб-квартира которого обосновалась в Алжире, был назначен видный советский дипломат Александр Ефремович Богомолов.
Резким контрастом на фоне этого последовательного и ясного внешнеполитического курса Советского Союза по отношению к Франции выглядела неопределенная и даже двусмысленная политика Великобритании и особенно Соединенных Штатов. И США, и Англия, считая, что Франция уже перестала быть великой державой, и надеясь поживиться за счет французских колониальных владений, всячески тормозили признание де Голля в качестве главы временного правительства Франции. США до ноября 1942 года поддерживали официальные дипломатические отношения с правительством Виши. Лишь в августе 1943 года США и Англия из опасения, что СССР углубит свои отношения с де Голлем, признали Французский комитет национального освобождения, сопроводив признание рядом оговорок.
Жорж Пак, которого война забросила в Алжир, работал в это время на французской радиостанции «Радио-Франс», где под именем Рене Версаля вел хронику событий в рубрике «Голос Сражающейся Франции». И он воочию смог убедиться в двойственности политики США и Англии, войска которых в ноябре 1942 года высадились в Северной Африке. В своем частично автобиографическом романе-исповеди[12] Жорж Пак писал, что поначалу он с энтузиазмом встретил высадку американцев в Северной Африке, но затем довольно быстро понял свою ошибку: «Они вели свою войну, не нашу… — пишет Пак. — Их люди презирали нас, поскольку мы были побежденными и бедными; их руководители уже мечтали о том, как вытеснить нас из этой Африки, которую я полюбил…» «Именно в Алжире, — говорит он позднее, — я впервые увидел американцев в действии. Уже тогда, в 1943 году, они работали в Северной Африке в ущерб Франции, поднимая племена против нас, ведя за нашей спиной переговоры с султаном Марокко. И еще больше я возненавидел их после того, как услышал, как американские генералы заявляли цинично: “После немцев надо будет заняться русскими”».
Жорж Пак невольно сопоставлял действия русских и американцев: одни сразу признали «Сражающуюся Францию», другие вели двусмысленную политику, признали руководящий орган «Сражающейся Франции», фактически ее временное правительство, только с различными оговорками. Жорж Пак непроизвольно начал симпатизировать русским и считал, что он находится в одном строю с русскими. «Именно в это время началось советское наступление, — пишет Пак в своем романе. — Наконец-то “наш лагерь” перестал отступать»[13].
Жорж Жан-Луи Пак родился 29 января 1914 года в небольшом провинциальном городке Шалон-на-Соне в департаменте Сона. В 1924 году пошел учиться в коллеж в родном Шалоне.
В 1931 году для продолжения учебы он поступил в Парк-лицей в г. Лионе, который успешно окончил в 1934 году. В 1935 году он стал студентом литературного факультета «Эколь нормаль» (Высшей нормальной школы)[14].
Годы учебы Пака в «Эколь нормаль» (1935–1939 гг.) совпали с годами усиления политического размежевания французского общества и нарастания угрозы новой мировой войны.
Глубокие и обширные знания, приобретенные Жоржем Паком во время учебы в «Эколь нормаль», позволили ему получить дипломы Сорбонны о высшем образовании в области итальянской филологии, а также по практическому итальянскому языку и итальянской литературе. И завершились годы учебы успешной сдачей в Сорбонне конкурсного экзамена на степень «агреже по итальянской цивилизации» (агреже — лицо, прошедшее конкурс на замещение должности преподавателя вуза). При этом Жорж Пак занял первое место и получил премию министерства колоний Франции — путевку на Антильские острова.
Осенью 1939 года Жорж был мобилизован в армию. Военная кампания 1939/40 года оказалась для Франции проигранной.
После демобилизации с ноября 1940 года в течение года он работал преподавателем в Ницце. Но большинство его друзей и левой, и правой ориентации, враждебно настроенные по отношению к «режиму Виши», покидали Францию, многие из них направлялись в Северную Африку. Жорж с женой также решили оставить Францию, и в сентябре 1941 года они выезжают в Марокко, где Паку была предоставлена работа преподавателя литературы в одном из лицеев в Рабате. Одновременно Жорж ведет литературную страничку в издаваемом Ж. Фором еженедельнике «Молодежь».
