То, что происходило с ним, было сильнее его воли. Выше его воли. Он был весь во власти древнего инстинкта, бедра двигались в неистребимом стремлении владеть и наполнять. И Клер получила все, что хотела, и даже больше. Видимо, ее телу было известно нечто такое, что отказывался признавать рассудок: она была создана для этого мужчины!.. Она влюбилась в него шесть лет назад и продолжала любить все эти годы! Это была ее последняя здравая мысль, а потом Клер отрешилась от всего земного. Казалось, поплыл и закружился весь мир, и, чтобы она не уплыла от него вместе с этим миром, Шон крепко сжал ее в своих объятиях…
Завершение было похоже на снежный обвал. Прошло несколько минут, прежде чем Шон разомкнул объятия и откинулся на подушки, потянув Клер за собой. Ее голова удобно устроилась на его плече. Грудь Шона бурно вздымалась. Но по неподвижности его руки Клер почувствовала силу охватившего его напряжения. Она могла бы держать пари, что угадает, о чем сейчас пойдет речь, и выигрыш был бы за ней. Но Клер молчала, давала Шону время свыкнуться с мыслью, что он стал тем мужчиной, которого она избрала, чтобы обрести свою женственность. Наконец он прервал молчание:
— Почему ты мне ничего не сказала, Клер?
Ну вот! Началось.
Клер отодвинулась, предусмотрительно натянув на себя простыню.
— А ты думал, я пущусь во все тяжкие? Каждая страница будет носить новое имя?
— Нет, конечно нет. — Скулы Шона вспыхнули от смущения. И голос прозвучал виновато: — Но ты постоянно давала мне понять, что у тебя есть опыт.
— А что мне оставалось делать? — возразила Клер. — Должна же я была как-то защищаться от тебя.
— А ты представляешь, каким скотом я себя теперь чувствую? — начал горячиться Шон. — Заставил тебя назвать мое имя… и когда…
— У тебя прекрасное имя — Шон Ричмонд. Мне нравится, как оно звучит.
— Да, но…
— Забудь, — оборвала Клер.
— Не могу! — вымученно признался Шон, изогнувшись за сигаретой. Чиркнул огонек зажигалки, Шон затянулся и повернул голову к Клер: — Если бы я знал, поверь, все было бы иначе. Я бы был более сдержанным, более осторожным. Тебе было больно?
— Немного, — призналась она. — Но удовольствие было сильнее. Лучше расскажи мне обо мне.
— Что? — не понял он.
— Ну я все сделала правильно или нет?
Шон расплылся в дурацкой улыбке.
— Ты все сделала правильно. Ты создана для этого, Клер!
Ну конечно, он обрадовался. Думал, товар с гнильцой, а продукт оказался первоклассным! Но и только. И вообще, что значит «создана для этого»? Какой-то сомнительный, дурно пахнущий комплимент! Такой отпускают девице, снятой на ночь, чтобы утром побыстрее избавиться от нее, как от балласта. Разочарованная и слегка озадаченная Клер стала отодвигаться к краю кровати вместе с простыней, но тут же была поймана Шоном.
— И куда это ты собралась?
Клер неохотно обернулась:
— Я думала…
Темные брови хмуро сдвинулись.
— Что ты думала? Что это моя прихоть? Жалкий вариант права первой ночи? Нет, это был не просто секс, Клер. Даже и не надейся на это. Мы с тобой занимались любовью!
Клер прислушалась. Ни намека на фальшь. Так может говорить только любящий мужчина. Ну, по крайней мере, готовый полюбить. В сердце Клер, робко, как былинка сквозь асфальт, стал пробиваться крошечный лучик надежды. Значит, еще не все потеряно!
— Но секс тоже не стоит недооценивать, — многозначительно закончил Шон и крепко поцеловал ее в губы.
От него пахло дорогим табаком… и Шоном… а еще ею самой… Это был восхитительный аромат. Его нельзя было спутать ни с каким другим!.. Ведь он принадлежал только им.
А потом они вместе принимали душ под шумным водопадом теплых струй, после чего откупорили бутылку шампанского и снова занялись любовью. Или это был уже секс? Клер так и не разобралась, просто сладко провалилась в забытье…
16
Когда Клер проснулась, солнце уже стояло высоко и казалось белым. Во всем теле она ощущала тупую сладостную боль, напоминающую о том, что ночь прошла, оставив позади ее самые бесстыдные грезы. Шон спал рядом. Его голова покоилась на ее подушке. Рука обнимала Клер, подпирая грудь. Клер попыталась отодвинуться, но Шон во сне властно прижал ее к себе. Она почувствовала желание улыбнуться и восстановить подробности этой ночи. Ей хотелось перебирать эти воспоминания, как прекрасные алмазы… впрочем, этим она сможет заняться и позже, а сейчас ей еще предстояло узнать и открыть для себя так много нового! Например, то, что они заснули в объятиях друг друга совершенно нагими. Оказывается, откровенность наготы расставляет не меньше ловушек, чем изощренное лукавство одежды… родимое пятнышко в виде звездочки на левой половине бедра, шрам над ключицей, пугающий и вызывающий щемящую нежность. И его необходимо ощутить не просто пальцами, а непременно губами, а еще лучше кончиком языка… как драгоценное свидетельство жизни, которая теперь стала частью тебя…
Не в силах бороться с желанием, Клер приподнялась и провела кончиком языка по узкому шраму. Ее волосы шелковым покрывалом окутали грудь Шона.
— Мм… — пробормотал он. — Какое приятное пробуждение…
Клер собиралась отстраниться, но он потянул ее на себя. Его рефлексы не притупились даже во сне, что уж говорить об этом моменте. Секунда, и ее груди распластались на его жесткой груди, ноги переплелись.
— Привет. — Шон поцеловал ее долгим, затяжным поцелуем. — Как самочувствие?
— Между прекрасным и замечательно, — задорно ответила Клер.
— Сейчас проверим, — пообещал Шон и усадил ее на себя.
Поза наездницы оказалась очень приятной и возбуждающей. Быстро освоив ее, Клер пустилась вскачь, все выше и выше поднимаясь в седле. Ее огненные волосы разметались в разные стороны. Она превратилась в зеленоглазую сияющую амазонку, ее бедра стискивали его бедра, она управляла им, как хотела и когда хотела! И Шону это нравилось не меньше, чем ей. А когда его безумие сравнялось с ее собственным, они вместе пересекли финишную черту.
— Уф, я вся потная, — интимно сообщила Клер, разметавшись на скомканных простынях.
Вид у нее был великолепный! Она видела в венецианском зеркале на стене. Растрепанные волосы придавали ей дикий, распутный вид. Глаза сияли, кожа порозовела и лоснилась от испарины. Клер была восхитительно обнажена и не испытывала ни малейшего стеснения. «Ну и что, что я распущенная и беспринципная, зато у меня впереди целая неделя восхитительного секса!» — мысленно сказала своему отражению Клер.
— И мне это нравится, — отозвался Шон в унисон ее мыслям, слизывая капельку пота с ее виска. — Как вкусно. Ты пахнешь мною.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
