- Дело в сроках, Саша, - он снимает кепочку. - Сумма там приличная. Если картины не продашь - набирать ее будешь долго.
- У меня выбора нет, - повторяю. - То, что Вест предложил, ребят моих подставить - мне не подходит. Дома он ещё, похоже, не был, про ограбление не знает. Это мой шанс - врасплох его застать. А тебе...- сжимаю руль. - Машину могу в счёт долга оставить.
Ленивым взглядом Микки окидывает кубик. Пристально смотрит на меня и по-стариковски причмокивает:
- Что, так хороша краля?
- Хороша.
- Ну езжай, - он вдруг отталкивается от окна, на шаг отступает.
Выдыхаю и взмахом руки подзываю Вовчика, помощник резво хлопает дверью. Микки стоит возле своей машины, мнет в руках кепочку.
- Саша, - негромко зовёт, едва я отъезжаю от гаража. - Когда вернёшься. С тебя анекдот.
Анекдот.
Я ему хоть весь сборник вызубрю и расскажу в знак благодарности, что он на тормоза все спустил.
Спускаю на глаза солнечные очки и выезжаю на дорогу, добавляю скорость, машинально переключаю волны радио.
- Босс, а я вас поддерживаю, - оживляется Вовчик. - Была бы у меня любимая девушка - я бы тоже. Долго не думал. Вест крыса, разве так можно? Даму удерживать.
Помощник возмущается, такой праведный у него гнев, что я в ответ слабо улыбаюсь, но тут же хмурюсь, достаю из кармана вибрирующий телефон.
Вижу зайкин номер на экране и уверен - не она звонит.
- Да? - осторожно говорю в трубку.
- Да? - передразнивает на том конце Вест. Усмехается, не то зло, не то рассеянно. - А я чего звоню, - мирно беседует он, будто нас прервали. - Только что узнал, Александр, что вчера ночью у меня дом ограбили. Такие дела.
- Не ночью. Вечером, - поправляю. Слушаю паузу и морщу лоб.
Не успел. Немного совсем. Полчаса пути, и я лично бы его перед фактом поставил.
- Не отпираешься то есть? И как, пояснения будут? - отмирает он. - Тут тебя девушка красивая ждёт, ты забирать ее собираешься?
- Еду.
- А картины мои?
- У меня.
Он молчит, я тоже.
Такие вопросы не решаются по телефону, мне нужно было обрадовать лично, что у меня тоже есть рычаг давления на него, и все, что остаётся - ещё скорость добавить, пока он там не психанул, коллекционер хренов, мать его.
- Я еду, - повторяю. - Все обсудим, - сбрасываю вызов.
Смотрю на помощника. Вовчик застыл на сиденье, только голова качается.
- Не тронет он ее, - самого себя вслух убеждаю. - Он же понимает. Мне уже терять нечего. Он же не тупой. Сообразит.
Включаю музыку, чтобы собственный голос заглушить, привычной дорогой мчу к складам.
Но вчера темно было, ночь, а сейчас утро, солнце, и это придает оптимизма, все будет хорошо, пусть подавится своими картинами, и Алёну мне отдаст, или я там все разнесу, но зайку заберу.
Глава 53. Алена
Алексей смотрит прямо на меня, и от этого взгляда жуть пробирает. Пожалуй, до этого мне было не страшно, или я не знала, что такое настоящий страх.
Сейчас он словно препарирует меня, прикидывает, как прихлопнуть поскорее.
Повожу плечами, пытаясь сбросить напряжение, а Алексей все глядит, почти не мигая. Как опасный, бродячий пес, который замирает, пригвождая глазами к земле, чтобы в следующую секунду наброситься на свою жертву, и горло разодрать.
- Интересно… очень интересно, - убийственно-тихо проговаривает мужчина. – Ты знала, девочка?
Мотаю головой из стороны в сторону, а про себя молитвы вспоминаю. Что-то такое Саша сказал Алексею, что взбесило его до осатанения.
Только бы на мне злость не сорвал, вон какие кулачищи: один удар, и я костей не соберу. А второй удар отправит меня туда, куда я не раньше девяноста лет планировала уйти.
- Север меня обобрал, - обманчиво-спокойно поясняет Алексей. – Все картины у меня увел. Ты знала?
- Нет, я не знала.
Всем видом стараюсь показать свою невиновность, я ведь и правда не знала! А картины… да стоит ли из-за них так злиться?
- Вижу, ты не понимаешь. Это миллионы, и миллионы долларов. Не та мазня, которую ты покупаешь на ярмарках, где натюрморты с виноградом. И как же мне поступить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- В с-смысле? – шепчу, холодея.
Значит, Саша вынес дорогущие, наверное, еще и старинные полотна из дома этого мерзавца, а теперь… хм, да он же просто меня пугает!
Ничего этот Алексей мне не сделает, иначе назад он свои картины не получит.
- Что мне с тобой делать, красотка? – Алексей наклоняется надо мной, и шумно раздувает ноздри. – Север скоро приедет. Может, порадовать его твоим разукрашенным личиком, раз он такой ценитель живописи?
Голова взрывается от боли, но не от удара, которого не последовало, а от ярости: как же мне это надоело! Втянули в свои разборки, сижу здесь, за чужие грехи отвечаю.
Неужели, так будет всегда?
Саша… он ведь не изменится. А значит, даже если мы выйдем с этого ужасного склада с ним вместе, будущее у нас раздельное будет. Как бы я ни любила его, как бы ни стремилась к тому, чтобы были не просто «я» и «ты», а «мы», так жить я не смогу.
- Да делайте вы что хотите, - выкрикиваю, сузив глаза от ярости. – Только Саша не обрадуется этому факту, я уверена. И сможет вам отомстить. Не у вас одного туз в рукаве, так?
Алексей выпрямляется, и смеется – вполне искренне, словно над хорошей шуткой. Вот только мне не до шуток: сильнейший испуг, сначала переросший в апатию, а затем трансформировавшийся в агрессию, шибает по нервам, и меня банально трясет.
- Слышишь? – приподнимает мужчина указательный палец. – Подъезжает. Молись, девочка, чтобы Север был посговорчивее. У меня людей больше, и туз в рукаве, как ты выразилась, козырный.
Он широкими шагами идет к выходу, на мгновение оставляя меня в одиночестве. Ноги снова связали, как и руки, пусть и не так туго, как ночью, но мышцы и от этого затекают и ноют, будто их выкручивают.
А затем дверь склада снова открывается, и я вижу Сашу, Алексея и смутно знакомого мне парня, которого видела в нашем офисе.
- Не так быстро, - Алексей и один из его бугаев удерживают Сашу, подорвавшегося было ко мне. – Сначала поговорим, а затем я, возможно, верну тебе твою телку.
- Потерпи зайка, - тихо, показательно-спокойно произносит Саша. – Совсем скоро мы уйдем отсюда. Просто немного потерпи, - а затем обращается уже к Алексею: - Развяжи ее. Девчонки испугался?
- Ты же сам сказал, чтобы она терпела. Вот и пускай.
Никто не торопится меня развязывать, но сейчас мне это и не нужно. Гляжу на Сашу, и былое решение, что отношения наши обречены, летит в бездну. Ну не смогу я от него отказаться! Кем бы он ни был, не смогу, и не захочу.
- Итак… - начинает Алексей, но Саша его перебивает.
- Я забираю Алену, и возвращаю тебе картины. Людей своих я подставить не дам.
- Даже ради нее? – Алексей кивает на меня, и я понимаю, почему этот разговор в моем присутствии ведется – чтобы на Сашу надавить моим жалобным видом.
- Вест, ты в курсе значения слова «компромисс»? – не ведется на угрозы Саша. – У меня твои картины, у тебя моя девушка. Город мы поровну делим, ты войну хочешь? Или еще есть шанс договориться? Условия ставь, но не зарывайся.
Алексей, по уже изученной мной привычке, тяжело смотрит на Сашу, пытаясь задавить своим взглядом, но, видимо, одна я такая чувствительная. Саша не реагирует. Стоит, засунув одну руку в карман, а позади него молодой парень, мой ровесник, бычится на людей Алексея.
- Картины где?
- В надежном месте. Получишь их, когда Алену вернешь, - просто отвечает Саша.
- Север, все-же, ты идиот. Из-за бабы какой-то так подставляться, - кривится Вест, - это тупость. И про компромиссы, к слову, я знаю. Вот мои условия: я возвращаю тебе твою телку, а ты мне картины. Люди твои или пусть убираются из города, или пускай ко мне переходят, но город мы больше делить не станем. Теперь его хозяин – я.
Глава 54. Александр
Город ему нужен.
