о сна, готовясь показать миру всю мощь флота корпорации C. C. P. C. и жажду битвы жителя Марса.
— Дева войны Арлекина. Бог войны Марс. Дайте мне сил сокрушить врагов моих и навести порядок в мире. Пусть меч мой разит врагов моих, а щит мой хранит жизни людей моих.
Слова, что каждый Марсианский воин учил из уст в уста. Марс не просто так назывался планетой Вечной Войны. Больше 500 лет. Со времён колониальных войн, когда предки с Земли поселились на Марсе, кровь лилась не прекращая. Марсианские барханы, что окроплены кровью колонистов и солдат планетарной обороны, навечно стали местом, где рождались самые сильные и свирепые воины. И хоть я не могу похвастаться той яростью и свирепостью, что была в крови моих предшественников. Ведь прошло больше 600 лет с момента колонизации Марса, его терраформирование и начала первых колониальных воин. Как любой солдат, что вышел из-под крыла красной планеты, я обязан с каждым сражением повторять эту мантру. Не то, что бы это было важно. Я не религиозный человек, но как Марсианину эти слова были мне близки по духу.
* * *
Солнце уже скрывалась за горизонт, окрашивая пространства в алые цвета. Ученные по сей день не могут дать объяснения том, откуда идёт источник света и что его перекрывает. Ведь что бы в пространстве был закат, должно быть огромное тело, способное закрыть собой солнце. Но никто так и не смог его найти, как и не смог найти само солнце. Для Розали это не играло какой либо значимости. Она просто наслаждалась алым заревом, а голос в голове сетовала на безумство и нереальность происходящего. Но она его не слушала, оставшись одной со своими мыслями. Сейчас её мать была в компании брата и его жены. Лойз и Констанция за всё время гуляний не разу ни покинули в вечернее время покоев хозяек. В скором времени этот круиз подойдёт к концу и они вернуться домой. Пока она думала об этом, мимо прошла делегация из Орчъего клана и Эльфиского государства. Главы на протяжении всего время пребывания спорили друг с другом.
Эльзуа Рейнфорд. Матриарх эльфийского королевства Хар-хазар. Из клана Белой Луны с дочерью Лунари Рейнфорд. А ещё со свитой из шести женщин — воительниц. Все женщины были как на подбор красавицами с длинными белокурыми и золотистыми волосами, заплетённые в косы. Эльзуа была высокой женщиной со строгими чертами лица. Бархатная кожа, тонкая талия, зеленные глаза и золотые волосы. У неё у единственной не было косы, вместо этого было пучок с продетыми спицами. На ней было длинное зеленное платье с широким разрезом на спине, украшенная позолотой. А туфли на высоком каблуке громко цокали, оповещая всех о её присутствии. Сама она была хрупкой на вид, переполненной грацией и чувством превосходства. Эльзуа ходила с гордо поднятой головой, словно она была самым высшим созданием на свете. Её дочь Лунари была похоже на мать, единственное отличие, что она была ниже ростом и её грудь была не столь большой, как у её матери. А волосы заплетены в конский хвост. Само платье было по скромнее, хоть и украшено золотом, но без разреза на спине. А вместо туфель были женские башмачки. Женщины, что сопровождали их, были воительницами, облечённые в легкие доспехи, закрывающие грудь, бёдра, голень и плечи с кистями. Лица были скрыты масками, из-под которых сверкали зеленные глаза, наполненные ненавистью и призрения. Головы закрывали треугольные капюшоны. Из оружия были кортики и кремневые пистолеты.
Орчьий глава Жуаль. Черный Клинок. зеленокожий великан, почти два с половиной метра роста. Его можно было охарактеризовать как груду мышц. Квадратное лицо с выпирающими двумя клыками. Бритая голова, где из волос осталась одна линия посередине уходящая назад и заплетённая в короткую косу. Из одежды на нём была туника, перевязанная ремнями и лямками, на которые можно было повесить ножны, сумки, съёмные карманы. Низ был облачён в штаны из шкуры какого-то зверя, поверх которого были прикреплены защитный покров ящера, подобных монстров по типу василисков. Рядом с ним шли воевода Даркан и сын Жуаля Рухаль. Оба тоже носили похожую, как у главы орчъего клана одежду. Единственное, что на Даркане были пластинчатые доспехи. на поясе висел кривой широкий меч, а на спине был молот-секира, что скорее всего было оружием Жуаля. Рухаль был тоже при оружии. Вооружен был двумя короткими топорами. Что Даркан, что Рухаль были бритые на лысо.
Вождь и матриарх шли вместе и вели разговор. Судя по громогласному голосу Жуаля, тот пытался вывести из себя Эльзуу, но та была холодна как лёд и, несмотря на явную неприязнь к орку, сохраняла самообладание и не вилась на провокации, сохраняя тихий и спокойный голос. Сам же Орк ни сколько не злился и ни печалился от того, что ему не удавалось поддеть соперницу. Скорее это было для него как спорт. Сможет ли он вывести её из себя или нет. Так они и прошли под пристальным взглядом гостей, что шептались за их спиной, и заинтересованный взгляд Розали. А если быть точнее, заинтересовался этой процессией голос в её голове.
— За последние сто лет орки так и не смогли привнести в мир ничего нового, — Отчитывала ледяным голосом Эльзуа орчъего вождя, — Кроме порабощения острова Хен-саль-вен. Что принадлежал эльфийскому королевству Тихари. За это, в прочем, я вам благодарна.
— А эльфы всё также высокомерны и лицемерны. Под своей маской добродетелей и хранителей природы сокрыты вековые интриганы. Вы даже собственный народ не прочь в рабство загнать, — Фыркнул Жуаль, сплюнув на пол.
— Эльзуа словно не слышала слова орка, лишь продолжала созерцать округу ледяным цепким взглядом. Лишь эмоции дочери и яростный взгляд стражей матриарха говорили о том, что они думают об Орке и его словах.
— У нас нет рабства, — Парировала Эльзуа. Только принудительные работы на длительный срок.
— Ага, — Хохотнул Орк. — Принудительные работы длиной в не одно столетие. Ну, допустим. Членов своего клана вы в рабство не даёте. А что насчёт враждебных вам кланов?
— Эльзуа остановила проходящего мимо слугу, что держал поднос с напитками. Взяв с него бокал с вином. Жуаль лишь брезгливо фыркнул, пробурчав под нос о мерзком пойле, что подают на этом дирижабле. Жалуюсь, что нет хорошего пива. Эльзуа немного пригубила напиток. Её лицо было полно разочарования. С грустью вздохнув, она что-то прошептала себе под нос, вернула бокал на место под удивлённый взгляд слуги. Махнув ему, тот тут же ретировался. Вождь лишь хмыкнул.
