себе пяток обычных баб, если так уж приспичило. А потом — хоть отпусти их, хоть сшей из них себе сапоги, мне плевать. Это обойдётся всего в пару десятков монет, — тут кучер вновь переключился на шёпот. — Но мы не можем себе позволить потратить все деньги на одного лишь зверёнка.
«Он прав», — понимал Сайбер. Но крышку сундучка закрыть так и не смог. Будучи героем этого мира, единственное, чем он всё это время занимался — убивал, да смотрел, как убивают другие. Но здесь и сейчас… Как он может бросить невинную девочку в таком месте? Как сможет называть себя не то, что героем, но даже просто мужчиной? Нет. Здесь и сейчас. Он не позволит угаснуть ещё одной чистой душе.
— Да что ты с ней делать-то вообще собрался? — продолжил давить свою тему Данте. — Она же мелкая совсем! Куда ты её денешь?
— Понятия не имею, — честно пожал плечами герой.
— Этого недостаточно, — наконец, заключил торговец, завидев искорку интереса в глазах Сайбера.
— Вот и отлично, — тут же вмешался Тириллмиралл, в момент закрыв сундучок и убрав его на прежнее место, за собственной пазухой.
— Но если вы добавите ещё с десяток монет и заберёте ещё и крокодила — я случайно могу и согласиться, — ехидно ухмыльнувшись, подытожил торгаш.
Глава 11: Дурацкий мат
Довольно хмыкнув, экскурсовод дважды хлопнул в ладони и прямо перед ним, силами слуг, тут же появился небольшой столик, с двумя чёрными кольцами, размещёнными на столешнице. Это был первый раз, когда Сайбер видел применение умений контроля в этом неизведанном мире. Торгаш долго сосредотачивался, концентрируя ману в собственном голосе, а уже потом — приступил к чарующему ритуалу приручения разума. Для этого требовалось сначала усыпить цели заклинанием, напоминающим скорее сеанс гипноза, нежели магию — несколько его слуг натянули цепи, приуроченные к кандалам узников, полностью обездвижив их, а сам он принялся тихо нашёптывать что-то на неизвестном Сайберу, загадочном языке. Это длилось по паре минут на каждого нелюдя. Сопротивляясь в самом начале, они всё больше внимали словам своего бывшего хозяина, теряя искру разума, мелькающую в радужках глаз. Сам же он то и дело исполнял какие-то пасы руками, дотрагиваясь до лбов усыпляемых, и в месте соприкосновения пальцев с их кожей, тут же вспыхивали маленькие, бирюзовые огоньки. Так оба раба были оправлены в спокойствие беспамятства, а кандалы с них были поспешно сняты, но только для того, чтобы на их шеях тут же появились тугие ошейники, увенчанные блестящими камнями, светящимися, подобно полной луне.
— Они проснутся через несколько часов, — учтиво поклонившись, заверил героя торговец, оказавшийся магом пятой ступени. Дотронувшись до ошейников обеими руками, он медленно, с явной потугой, вынул из них тонкие ниточки сияющего дыма, который тут же соединил с кольцами, и те, подобно ошейникам, тут же обзавелись свечением. — Советую надеть кольца до того момента.
— А как именно работают эти кольца? — уточнил герой, продолжая прожигать взглядом волшебные побрякушки.
— Раб никогда не сможет навредить носителю этого кольца. А так же, не сможет отдалиться от хозяина далее, чем на один километр, — спокойно ответил торговец, вручив украшения покупателю.
— Что произойдёт, если он попробует? — взвесив кольца в руке, герой аккуратно положил их в карман.
— Ему станет невыносимо сложно дышать, — ехидно ухмыльнувшись, объяснил экскурсовод. — Кроме того, раб обязан защищать хозяина, ведь если тот погибнет — его участь разделит и носитель ошейника.
— Удобно. А что на счёт исполнения приказов?
— Об этом предстоит беспокоиться уже вам. Заклинания, способные полностью лишить воли живое существо, уже давно перестали существовать в нашем мире, вместе с героями.
Поклонившись ещё раз, торговец распорядился доставить рабов на борт повозки Данте, и как только это было сделано — спешно удалился, пересчитывая в уме заработанные монеты. Данте оставалось только тихо бормотать себе под нос изобретательные ругательства, пока нелюдей грузили на его личную повозку, после того, как его же кошелёк внезапно прохудился на десять монет.
— О чём ты думал? — взмолился он, когда слуги торговца скрылись за шторами, исполнив отданный им приказ. — Я понимаю, что у нас изначально не было плана по проходу ворот, но как же всё складно шло! Как ты теперь собрался через границу переходить?
— Я думаю над этим, — уверенно ответил Сайбер, аккуратно разместив ушастую девчонку на другой стороне повозки от крокодила — отношения меж этими расами были загадкой, и не стоило рисковать.
Что же касается девчонки другой… Кажется, она даже слегка поседела от страха, когда к её ногам рухнула бессознательная, зелёная туша, обладающая столь огромными зубами, что кости им были не твёрже хрустящих, солёных соломинок. — Я… Нет! — воскликнула она, когда осознала, что это не временно, и ей действительно придётся делить пространство с теми, кого люди привычно называли монстрами. — Я пойду пешком!
— Ну и что собираешься делать с этим? — нетерпеливо спросил у героя Данте, совершенно незаинтересованный в том, чтобы дочка магистра отходила от него дальше расстояния вытянутой руки. — Ты ведь у нас принимаешь решения.
— А вот, что, — полностью взвесив собственные раздумья, Сайбер подошёл к Анике. — Протяни руку.
— Зачем? — всё ещё в абсолютном ужасе от новых попутчиков, девушка не отрывала взгляда от болотного чудища, лежащего прямо у её ног.
— Просто. Протяни. Руку, — настойчиво повторил Сайбер.
— Х-хорошо.
Оба кольца, вынутые из кармана героя, быстро нашли своё место на тонких пальцах наследницы Аластора.
— Это м-мне? — как-то слишком очарованно, переспросила Аника.
— Тебе, — легко улыбнувшись, ответил герой. — Пока ты носишь эти кольца, наши новые друзья не смогут тебе навредить.
— А-а, вот оно что, — одновременно и с облегчением, и с каким-то лёгким разочарованием, произнесла девушка. — Понятно.
Но сидеть возле крокодила Аника всё равно не решилась, а потому — отсела подальше, водрузив меж собой и опасностью огромную кучу вещей Тириллмиралла.
— Так как именно ты собираешься сделать то, что многие не могут даже с деньгами? — вновь уточнил Данте, когда их повозка уже подъезжала к огромным воротам, основа которых была вырезана из цельного куска скалы, а двери и ставни — исполнены из нескольких, склеенных слоев древесины разных пород, в совокупности дающих полную непробиваемость для осадных орудий. Столь же прочной была и сама стена, некогда оберегающая великий Ирр от вторжений других государств, а ныне — защищающая уже те самые государства, от нечисти, варваров, зеленокожих и пустынников, обитающих на территории угасшей страны.
— Мне нужно переговорить с главным, — задумчиво произнёс Сайбер, вглядываясь в недружелюбные лица стражников, стерегущих врата Эсмерельдена.
— С каким таким «главным»? — удивлённо и одновременно с этим, недовольно,
