- Быстрее, быстрее, - Билли почти кричал в трубку. Прошло уже по меньшей мере три минуты после того, как мать пообещала, что возьмет Подарка и вернется сказать ему последнее слово, уходя из дома. Что она делает так долго? С ней все в порядке? Может быть, Подарок прячется в каком-нибудь углу?
Он с волнением смотрел на часы, взвешивая преимущества разных вариантов: ждать дальше - в основном для собственного успокоения - или повесить трубку и скорее бежать домой.
- Дам ей еще тридцать секунд, - пробормотал он, глядя на то, как стрелка несется по циферблату.
Как часто бывает, когда человеку, нации или самой судьбе предъявляется ультиматум, удовлетворяются далеко не все требования - в данном случае не было вообще ничего.
- Ну хорошо, - сказал решительно Билли. - Все. Я больше не могу ждать.
Повесив трубку, он побежал к парадной двери, в голове его боролись противоречивые доводы. Чувство ответственности говорило ему, что он должен найти мистера Содлоу, чтобы кто-то занялся телом Роя Хэнсона; другой голос предупреждал его, что сцена в лаборатории в сочетании с его бегством из здания скоро пошлют по его следам полицию; но он слишком беспокоился о безопасности матери и Подарка, чтобы делать "правильные", но требующие очень много времени дела. Игнорируя мистера Содлоу, который появился из бокового коридора минуту спустя и начал задавать ему вопросы вслед, Билли толкнул дверь плечом и помчался к машине.
В десяти футах от нее, пытаясь сэкономить несколько секунд, он достал из кармана пальто связку ключей и, выбирая тот, что был от фольксвагена, оторвал взгляд от покрытой снегом земли перед ним. Мгновение спустя, не заметив поребрик, он лежал лицом вниз в сугробе.
Ключ был где-то в стороне.
Линн вышла из кухни и сразу услышала несколько ударов и щелчков, которые указали ей, где надо посмотреть. Первый звук донесся сверху и прошел вертикально вниз в подвал после короткой паузы на уровне первого этажа. Она вспомнила, что канал для грязного белья там прерывался деревянным выступом, на котором иногда застревала одежда. Она просила Рэнда много раз исправить это, но поскольку у него всегда находилось оправдание, Линн справлялась с этой ситуацией с помощью длинного шеста. Оценив звуки, она уверилась, что упал или его бросили вниз по желобу, небольшой зверек - он на мгновение задержался на выступе, а потом упал в подвал. Из-за задержки посередине зверек, кем бы он ни был, скорее всего был жив и здоров.
Прежде чем спуститься в подвал, она помедлила.
- Если... - сказала она. - Может быть, мне лучше... На всякий случа й...
Войдя в кухонную кладовку, она вытащила большой нож, который Рэнд купил, заинтересовавшись восточными диковинами (а также начав думать о механизме, который может заменить тех ловких людей, которые складывают посуду прямо у вас на глазах). Осторожно спускаясь по лестнице, она подошла к желобу для грязного белья и открыла дверь. Выставив вперед нож, она заглянула внутрь.
На нее смотрела пара горящих глаз. Существо, зарывшееся в кучу нижних рубашек и носков, один раз моргнуло, но больше не двигалось.
Это Подарок? Один из остальных? Линн не знала. Слабое освещение и хаотичное нагромождение грязного белья мешали ей узнать, кто это, и ей не хотелось протягивать руку и трогать его.
Пока она колебалась, новые звуки с первого этажа быстро убедили ее в том, что происходившее у нее над головой, было более срочно, чем извлечение зверька, кем бы он ни был, из приемника для грязного белья. Кстати сказать, подумала она, внезапно решившись, неплохо подержать его пока что взаперти.
Пошарив в ящике с инструментами, она схватила молоток и гвоздь за три пенни. Через несколько секунд желоб был наглухо заколочен.
Снова взяв нож, она быстро начала подниматься по лестнице из подвала, замедлив шаг только на верхней ступеньке. Открыв дверь, она выглянула в кухню и сделала шаг вперед.
Через мгновение одна из ее старинных фарфоровых столовых тарелок врезалась в стену над ней, острые осколки и пыль посыпались дождем ей на голову и на спину.
Лини закричала. К этому звуку вскоре присоединился тонкий истерический смех.
Встав на ноги, но еще не вполне придя в себя. Билли оглянулся в поисках ключа. Неужели он исчез в сугробе? Или его куда-то отбросило?
Он стоял совершенно неподвижно, чтобы не ворошить снег и не наступить на ключи. Поискав глазами на доступном расстоянии, он ничего не увидел. Тем временем быстро приближался мистер Содлоу, бормоча нечто невразумительное.
- Эй, вы, - закричал он с расстояния футов в двенадцать. - Я должен проверить вас перед уходом. Откуда мне знать, может, вы унесли микроскоп или еще что-нибудь под пальто?
- Стойте, - сказал Билли спокойно, а потом закричал, когда Содлоу не остановился, а продолжал идти к нему. - Стойте, я сказал!
Замерев от неожиданности, Содлоу смотрел на него, а рот его нервно двигался, как будто вырабатывал хорошую серию угроз и оскорблений.
- Я уронил ключи в снег, - объяснил Билли. - Пожалуйста, не нарушьте ничего.
Содлоу стоял на месте, пока Билли искал, но продолжал говорить.
- Послушай, - сказал он. - Я впустил тебя, хотя не должен был этого делать, а потом ты пробежал мимо меня. Если что-то пропадет, я могу потерять работу.
- Ничего не пропало, мистер Содлоу, - ответил Билли.
- Как мне это проверить? Что ты там делал?
Билли заметил что-то блестящее в сугробе. Нагнувшись, он вытащил свои ключи.
- Мне надо ехать, - сказал он. - Хотите ощупать меня? Можете это сделать, только побыстрее.
Он расстегнул пальто и вытянул руки в стороны, чтобы Содлоу было легче обыскать его.
Старик шагнул вперед, потом пожал плечами.
- Ладно, - пробормотал он. - Наверное, там все в порядке. Ты просто выбежал так быстро, как будто случилось что-то ужасное или ты что-то украл.
Билли уже был в машине и заводил мотор. На мгновение он задумался о том, не стоит ли рассказать Содлоу о случившемся, прежде чем умчаться, но тут же отбросил эту мысль.
- С Рождеством, - сказал он вместо этого, уносясь с максимальной скоростью, на которую была способна его колымага.
После того как Линн оправилась от первого града драгоценных осколков, у нее появилась короткая передышка, чтобы рассмотреть нападавших. Один стоял в столовой около серванта с фарфором, хихикая и подыскивая, какие бы еще предметы бросить. Наконец он остановился на тяжелой чаше для пунша, скинул ее с полки и радостно захохотал, когда она разбилась надвое.
Второй Гремлин деловито занимался кастрюлями и сковородками Линн, выкидывая их по мере того, как осматривал ящик за ящиком. Третий был в кладовой, он систематично вытряхивал содержимое каждой коробки и банки на пол. Линн потребовалось одно мгновение, чтобы понять все что нужно что они сильны, отвратительны, и, самое главное, опасны. Здравый смысл подсказывал ей, что нужно бежать из дома и звать на помощь. Но сильнее этого был гнев от того, что они грабят ее кухню. Отчаянное намерение защитить свой стоивший стольких трудов дом помешало ей сделать то, что было и умно, и безопасно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
