объявления. Наверное, их было видно даже из другого города. В небе летали какие-то аппараты, слишком маленькие для вертолетов, но очень мобильные. Один из них пролетел в нескольких метрах над ними, и Катя рассмотрела его через стеклянную крышу автомобиля. Это был мини-вертолет. Возможно, он назывался как-то по-другому, но именно это первое пришло Кате в голову.
Мир очень изменился. Технологии шагнули далеко вперед, и кто знал, может быть, все люди уже наполовину состояли из чипов, микросхем и проводов. У Кати уже у самой был чип, если верить врачам, которые сегодня ей объяснили, что она до сих пор хорошо видит без очков благодаря чипу, который вживили ей несколько лет назад. Она спросила, можно ли с помощью такого чипа улучшить память, и ей сказали, что эта технология в данный момент тестируется. И это очень обрадовало Катю. По крайней мере, надежда есть.
Машина свернула. Дорога пошла вверх. Теперь Катя смотрела на город свысока. Они проехали несколько туннелей, и город скрылся из вида. Их окружил лес и рекламные объявления на стелах через каждые двести метров. Дорога была многоуровневая. Они проезжали над перекрестками и развязками, которые, в свою очередь, возвышались над обычной наземной дорогой. От увиденного у Кати закружилась голова, и она стала смотреть на верхушку леса и облака.
Всю дорогу она думала про родителей. Она очень по ним скучала. Особенно по папе. Кате очень его не хватало. Она чувствовала непреодолимое желание упасть в его объятия и услышать, что все будет хорошо и что он ее защитит.
Катя все же решилась задать вопрос Адаму:
– А мой папа жил с нами в этом доме?
Адам кивнул.
– Да, мы долго жили вместе, и довольно дружно. Не часто бывают такие вменяемые старики, как твой отец.
Катя нахмурилась и хотела сказать, что он не старик, но потом вспомнила, какой сейчас год, и промолчала. С другой стороны, даже если он и был уже стареньким, какое право он имел называть ее папу стариком? Но она все-таки промолчала. Она боялась Адама. Для нее он был как лев, а она была в его вольере. Не стоит его дразнить.
– А в доме остались папины вещи? – спросила Катя.
– Ну, мы многое передали в его компанию. Совет директоров постановил, что его рабочие документы должны храниться в архиве предприятия. Мы согласились и передали все им.
– И что? Ничего не осталось?
– Ну, кое-какие вещи, конечно, остались. В коробках в подвале. А что?
– Ну… Я хотела бы их посмотреть, – сказала Катя неуверенно, как будто бы Адам мог ей запретить. Но она чувствовала себя маленькой девочкой по сравнению с ним, поэтому обращалась исключительно на «вы» и стеснялась его о чем-то просить, как чужого взрослого.
– Без проблем, – сказал Адам. – Посмотрим. Только… Надо сначала дом очистить, там очень дымно сейчас. А для этого нам надо подписать кое-какие документы от сервисной компании.
Они немного помолчали, и Катя снова подала робкий голос:
– Скажите, а в видеодневнике есть что-нибудь про папу?
– Конечно, – сказал он. – Там много чего есть. Думаю, есть все ответы на твои вопросы.
Он посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Она кивнула.
– Если тебя что-то интересует, я могу сам тебе рассказать. Без проблем.
Она помолчала. Решала, стоит ли говорить с ним или лучше посмотреть в видеодневнике.
– А долго еще ехать? – вдруг спросила она.
– Ну… минут десять по навигатору.
Катя подумала, что «навигатор» – это трехуровневая дорога, по которой они ехали.
– Можете рассказать, что случилось с папой? – спросила она.
– Ну он… Ты точно готова это услышать?
– Я прочитала статью про него. Точнее, мне Ника прочитала. Статью, где писали, что его отравили.
На лице Адама отразилось недовольство. Взгляд стал строгим.
– В интернете прочитали? – спросил он.
Катя кивнула.
Он отвернулся к окну и молчал несколько секунд. Потом снова посмотрел на Катю в зеркало заднего вида.
– Это все вранье, – сказал он. – Ничего подобного не было. Я же тебе говорил, что в интернете вообще могут все что угодно написать. Я вот прямо сейчас могу создать свой новостной портал и написать там любую хрень, какую только вздумается. И люди будут читать, и обсуждать, и верить… Понимаешь? Я там был. Я точно знаю, что произошло.
Катю такое заявление сбило с толку. Как будто у нее только что выбили землю из-под ног. Хотелось закрыться руками и заплакать. Но она пообещала себе, что не оставит это просто так. Надо идти до конца.
– А что произошло? – спросила Катя.
– Мы ужинали, – сказал он. – Твой папа, кажется, подавился. Он закашлялся. Я попытался ему помочь, но… В общем, он не смог дышать, и… Я крикнул тебе, чтобы ты вызвала скорую. Я делал отцу искусственное дыхание, но это не помогло. Когда приехала скорая, единственное, что они сделали, – это констатировали смерть. А позже патологоанатом сказал, что отец умер от сердечной недостаточности. Папа подавился, но, видимо, перепугался и не выдержал напряжения. Так сказал врач. Умер он от остановки сердца, а не от куска в горле. И никакого отравления не было. Это все ложь. Твой отец был известным человеком, предпринимателем, люди его знали. И на его смерти многие начали хайпиться.
– Что это такое?
– Что?
– Хайпиться?
– Использовали его смерть, чтобы набрать просмотры и прочитывания, чтобы продать рекламу на сайте. Впрочем, они и до этого не стеснялись писать всякую ерунду, клевету и откровенные выдумки. Я нанимал адвокатов и юристов, которые подавали иски на новостные порталы, чтобы они удаляли разную бредовую информацию. Но конечно,
