И все-таки ему не верили, а может, просто в традициях инквизиции принято допрашивать подозреваемого до тех пор, пока от него ничего не останется. К великой радости пленника, с него не стали сразу сдирать кожу или натягивать тело на дыбу, но придумали что-то не менее гадкое. Сначала Влад долго ожидал решения инквизиции в коридоре, удерживаемый двумя здоровенными «братьями». Затем к ним вышел один из троицы и, не сказав ни слова, повел всех куда-то еще глубже в подвал.
В почти полной темноте было не рассмотреть, где они оказались. Пленника, не особо спрашивая, уложили на стол и привязали веревками. Влад особо не сопротивлялся, понимая, что с ним пока обращаются очень даже гуманно. Было непонятно, зачем его привязывают, но после кокетничанья на пару с монахом в серебряном зеркальце, он уже ничему не удивлялся. Все ушли и закрыли дверь, а жертва лежала и думала: выспаться его что ли уложили? Постепенно глаза снова привыкали к темноте, и вокруг стали просматриваться очертания большого помещения. По сторонам и под потолком были какие-то балки, натянутые канаты, но ничего осмысленного в их расположении не наблюдалось.
Вдруг глаза различили какое-то движение. Сначала было непонятно, что изменилось, но вскоре он заметил, как по одному из канатов с потолка спустилось что-то живое. «Не хватало еще каких-нибудь ядовиты тварей!» - испугался пленник, продолжая всматриваться. Но, как только первая зверушка приблизилась к нему вплотную, стало ясно, что его пытаются атаковать создания столь же неестественные, что и кролики на базаре. Только теперь это были представители отряда насекомых самым гремучим образом замешанных на пресмыкающихся. Влад не был биологом, но и начального медицинского образования было достаточно, чтобы понять, что на Земле таких тварей эволюция еще не создавала: скорпионьи клешни, и членистые конечности сочетались со змеиным хвостом, шипением и оскаленными зубами.
Пленник уже приготовился к смерти, с ужасом рассматривая этих невероятных созданий, как повторилась рыночная история: полунасекомые змеи вдруг притормозили, заверещали особо противным манером, свернули рулоном свои «очаровательные» хвостики и рванули по канату обратно наверх. Но далеко им уползти не удалось – одна за другой они стали сваливаться замертво вниз. Хорошо еще не на голову привязанной жертве, а то от такой «прелести» даже без ядовитых укусов можно было инфаркт схватить.
Влад расслабленно затих на своем ложе и даже, наверное, уснул. Очнулся он от какого-то шороха, вернее шелеста – как будто над ним размеренно проносился ветер то в одну сторону, то – в другую. Узник попытался сосредоточить зрение на том, что там шуршало и обвевало воздухом. Это оказалось нелегко, но когда удалось поймать взглядом ускользающий в темноте предмет, пленник замер в ужасе. В его голове разу всплыли смутные воспоминания рассказов Эдгара По. Но одно дело читать о маятнике, а другое оказаться под такой штуковиной самому. Он уже не сомневался, что с каждым взмахом эта гигантская алебарда приближалась к его телу. В идеале она должна была идеально рассечь его поперек туловища – не сразу, конечно, а понемногу. Можно было посетовать на плагиат идей, но о патентно-изобретательском бюро в этом мире, видимо, не знали, да и в нынешнем положении жаловаться на такую ерунду было как-то неактуально.
Поймав взглядом летающий нож, Влад постепенно разглядел и все сооружение. И опять его посетило сомнение. Да, сама гильотина была выполнена по всем правилам извращенного инквизиторского искусства, но вот опорно-приводной механизм явно подкачал. Во-первых, нигде не было видно, откуда этот маятник берет энергию движения. Но ладно это – возможно где-то усердные «братья» крутят какие-нибудь оси или качают рычаги. А вот как эта цельнометаллическая махина умудрялась висеть почти в воздухе на двух жиденьких деревянных подпорках, в голове не укладывалась. Если только все эти опорные жердочки были прочнее металла.
Пока «новорожденный» решал, то ли окончательно пугаться, то ли удивляться, жердочки решили подтвердить свою хлипкость, начав опасно прогибаться и трещать. Влад зажмурил от страха глаза, но это не предотвратило падения алебарды. И вот тут удача решила-таки повернуться к нему лицом, а не тем, чем стояла все последнее время. Нож со всего маха въехал в стол с привязанным пленником, пройдясь в каком-то сантиметре от тела. В результате из стола получились две половинки, причем веревки, которыми был привязан узник, тоже оказались перерезаны. Не все, конечно, но правая рука полностью освободилась, а по прошествии некоторого времени, и вторая лишилась пут.
Влад уже почти выпутался из веревок и приступил к составлению плана дерзкого побега. В горячечном пылу ему мерещилось, как он находит или берет «взаймы» у какого-нибудь брата черную рясу и при каждом вопросе постовых предъявляет пропуск в виде своего каратистского кулака…
Однако его планам не было суждено осуществиться. Дверь в комнату открылась слишком рано, для того, чтобы пленник мог свободно «попросить» балахон у вошедшего монаха. У Влада даже вырвался досадный возглас, но дальше начали происходить странные вещи.
Вошедший «брат» шикнул:
- Тише ори! И так шуму наделал…
Голос показался знакомым и спустя секунду узник вспомнил, где его слышал:
- Иезул! Ты-то какими судьбами?
- Давай, быстрее режем веревки – у нас времени в обрез, если ты, конечно, не решил окончить свой путь в этих подземельях…
- Нет-нет, не решил! – воскликнул пленник и без лишних слов помог окончательно распутать свои ноги.
Дальше Иезул накинул на него желанную монашескую рясу, и они вышли в коридор. Влад бы и побежал, но на полусогнутых затекших конечностях сразу в спринт кинуться не получилось. Тем не менее, когда они приблизились к первому посту, «свежепостриженный» брат уже вполне сносно вышагивал за своим спасителем.
Видимо, странствующего монаха здесь хорошо знали и уважали, так как никто даже не осмелился спросить, какой новичок плетется за его спиной. Они петляли по лабиринтам монастырских коридоров, известными только Иезулу путями. Влад молчал, полностью доверившись неожиданному помощнику. Ведь хуже того, что вознамерились сотворить с ним инквизиторы, все равно не придумаешь.
Монах не подвел – вскоре они выскочили во двор монастыря, где их уже ждала пара лошадей. Посадка на живое транспортное средство оказалась серьезным испытанием для Влада, и если бы не некоторая детская практика катания на пони, он, наверно, не смог бы, не то что ехать, а даже взгромоздиться в седло. С третьей попытки ему все же удалось оказаться на спине скакуна и даже не задом наперед. Дальше он потихоньку заставил животное двигаться вслед за лошадью Иезула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
