Они поднялись по лестнице и оказались в кафе «Мезонин», где интерьер напоминал внутренний дворик какого-то европейского дома. Числов посмотрел на прозрачную крышу, на богато одетых людей за столиками, на девушку в длинном платье, перебиравшую струны арфы.
– Слушай, Саня…
– Да ладно ты, не менжуйся… Я же сказал – угощаю… Кто воевал – имеет право…
Дылев подозвал официантку, быстро отдал распоряжение. Потом усадил Сергея в глубокое кресло и плюхнулся сам напротив. Буквально через пару минут девушка принесла два пузатых бокала с коньяком.
– Ну что, – сказал Дыля. – Слава ВДВ?
– Слава, – отозвался Числов, чокнулся и опрокинул в себя содержимое бокала до дна. Он знал, что коньяк так не пьют, но почему-то именно здесь, в таком очень пафосном месте ему захотелось выпить по-крестьянски – из духа противоречия, что ли… Потом официантка принесла тарелки с какими-то сандвичами и салатами и еще один бокал коньяка. Числов посмотрел, что бокал Дылева остался почти нетронутым. Сашка перехватил его взгляд и пояснил:
– Я ж за рулем… И вообще… при исполнении… А ты давай… наворачивай.
Числов не заставил себя уговаривать, у него проснулся какой-то волчий аппетит. Только сожрав почти все, что было на тарелочках, Сергей с набитым ртом наконец-то поинтересовался:
– Саня… А эта Елена Андреевна… Что за тема-то?
Дыля достал из кармана пачку «Данхилла», щелкнул тяжелой зажигалкой, затянулся:
– Щас разжую.
Он действительно пожевал губами и сказал, словно покаялся чистосердечно:
– В общем, поперло мне, понимаешь? По-настоящему поперло…
Сашка даже через плечо поплевал, чтобы не сглазить.
– Познакомились-то случайно… Ее как-то в Новгород занесло, а я там… Ну, дурацкая какая-то ситуация на улице возникла – под Ленкину машину двое местных братков жопу своей «девятины» подставили, в общем, детский сад. А я рядом случился… ну угомонил немного, пока ее «секьюр» губами шлепал… А она – баба очень конкретная, сунула мне визитку, велела позвонить… Ну я позвонил и… Вот. Уже считай, месяца три ее… охраняю. Хотя охраной это не назвать – я на все руки от скуки. Да и сейчас времена уже не те, что раньше, охрана – больше для понтов. А раньше… раньше да, в Питере стрельба такая шла… Конкретная. Ленкиного мужа в этой мясорубке как раз и завалили – года три назад, можно сказать, под занавес уже всех основных разборок. Весь бизнес ей и достался. Другая бы просвистела все это, а она впряглась и… Короче, самая настоящая бизнес-леди. И бабок у нее – даже я представить не могу, сколько. Нам бы с тобой, наверное, и сотой доли хватило, чтобы при этом внуки безбедно жили. Врубаешься?
– Примерно, – повел пальцами Числов, которого стала потихоньку разбирать теплая коньячная истома.
– Ну вот, – продолжил Дыля, хитро глянув на Сергея. – А самое-то главное… Понимаешь… Богатые бабы – они… Они очень часто жутко одинокие. Серьезно. Я бы и сам раньше не поверил бы, но… Посмотрел тут кое-что… Народу вокруг – уйма, а все равно… В общем… Только, Серега, – это между нами, потому что про это вообще никто… Короче, пару недель назад я Ленку – того… Врубаешься?
– Врубаюсь, – усмехнулся Сергей, подумав про себя, что, скорее, уж это Елена Андреевна Дылю «того», а не он ее – ну, судя по тем маленьким сценкам, свидетелем которых он, Числов, невольно стал. А еще Сергей подумал о том, как же тяжело было Сашке – известному на курсе хвастуну – держать в себе такой вот секрет, как он, бедный, с ума-то не сошел…
– Вот такие дела, – подвел итог рассказу Дылев, гася окурок в пепельнице, которую тут же заменила на чистую материализовавшаяся прямо из воздуха официантка. – Ленка, конечно, на людях панибратства никакого не допускает. Тут все строго. Считай, как в армии. А с дисциплиной, может, даже и еще пожестче. Бизнес – он разгильдяйства не терпит. Ну а мне-то не привыкать, я на армейскую педаль специально давлю, чуть ли не по-строевому… А ей нравится…
– Ну что ж, – сказал Числов. – Поздравляю. Главное, чтобы все оно в радость было… Я вот только не понял, как ты так быстро уволиться-то успел?
– Ой, – махнул рукой Дыля. – Это не я. Это все Ленка. Для нее такие мелочи – вообще не проблема, пара телефонных звонков – вопрос через Москву решился. Не поверишь – мои документы ей в офис привезли. Серьезно. Не веришь?
Числова что-то неприятно кольнуло изнутри, хотя вроде бы Дылев ничего такого плохого-то и не сказал. Действительно, а что такого – документы на увольнение российского офицера-десантника подвезли прямо в бизнес-офис. Так ведь российский же бизнес-офис, не американский, слава богу…
– Верю, – сказал Числов. – Я, Саш, в последнее время в невероятные истории стал больше верить, чем в обычные…
– Все философствуешь, – ухмыльнулся Дылев. – Сколько я тебя, Серега, помню, ты вот как-то никогдане любил по-простому. Все как-то наособицу норовил… Да ладно, не обижайся, черт… Ты не представляешь, как я рад, что тебя встретил… У меня-то тут действительно все пучком, вот только поговорить, пообщаться… с пацанами там посидеть – вот с этим… небольшие проблемы. Все время ж при Ленке. А она и ночью сдернуть может, а про выходные – так вообще такого понятия нет. Круглосуточное бессменное боевое дежурство. А тут ты. Черт! Хорошо, что я тебя признал. А у тебя что ж, и номера мобилы моей нет? Я ж Володьке-то Орлову… оставлял.
Дылев быстро глянул Числову в глаза исподлобья – дескать, знает или нет ту историю. Сергей не стал показывать свою осведомленность:
– Да, он мне как раз и передал номер. Я тебя набирал в аптеке, минут за десять до того, как ты меня срисовал. Только труба-то у тебя выключена была.
– Само собой, – кивнул Сашка. – Я ж за рулем был. При Лене я трубу всегда выключаю, она ж может зазвонить не вовремя, и вообще… Да, ладно, ты давай, брат, ешь, пей… Рассказывай, сам-то как?
Числов маханул еще коньяку, закурил и откинулся в кресле:
– Так… А также все… Останаебло, если честно. После Грозного казалось – все оно как-то веселее пойдет, а сейчас… Суеты много, а все одно – вязнем. Война – не война… Духи как были упакованными от и до, так и… А мы тыркаемся, пык-мык, с любимым личным составом… Конца-краю-то не видать, если по-честному. Даже не то, чтобы не видать, а не чувствуется как-то…
Числов медленно пьянел. Даже не пьянел – морило его. Сергей маханул третий тост, закурил и сказал вдруг то, чего совсем не собирался говорить, а тем более уж Дыле:
– Я вот тоже… соскакивать надумал…
– Ты?! – поразился Дылев.
Числов молча кивнул.
– Ну ты, брат… А есть куда?
Числов так же молча пожал плечами.
Дыля поскреб затылок.
– Дела… Я вот о тебе, как ни странно… меньше всего бы мог подумать, что ты уйти захочешь. Хоть и говорили про тебя на курсе, что ты, мол, в армии человек случайный… Я-то видел… Только ты имей в виду, на гражданке, знаешь, для большинства-то наших – совсем не рай, медом специально нигде не мажут. Это мне… повезло. Просто повезло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
