— Пусть идет. Ей нужно подумать.
Бэйори замешкался, и Тэм в темноте почувствовал на себе его непонимающий взгляд.
— Не нужно с ней так говорить, Финнол, — спокойно предупредил Бэйори.
— Она — нэгар, Бэйори, — ответил Финнол. — Ты разве не слышал? Она заключила сделку с той, которой ты отказал.
— Возможно. Однако без нее мы пропадем, это совершенно точно. Так что не надо ее злить.
Тэм оглядел лица товарищей, ощущая их напряженное внимание.
— Рэт однажды поведал мне легенду, — произнес Синддл, усаживаясь на плоский камень.
Он пристально глядел вдаль, и в сумерках чудилось, что его голосом говорят сами скалы.
— Это история о проклятом клинке. Никто не знал, откуда он взялся — кажется, его принес Нарал Тинн с Зимних Войн, хотя о том, как меч попал к нему в руки, сам он плел самую разную чушь. На клинке, как гласит предание, никогда не появляются зазубрины, его не нужно точить, и он не знает ржавчины. Через год после возвращения Нарал Тинн умер от неизвестной лихорадки, в предсмертном бреду проклиная меч, словно это был демон. Меч взял его сын, а затем сын сына, а потом он перешел в собственность крепости Аборель, и его брали в руки лишь в моменты отчаяния. Каждый раз тот, кто брал клинок, погибал в течение года от той самой неизвестной лихорадки, которая свела в могилу Нарала Тинна. И каждый, умирая, проклинал меч. Многие, многие годы он хранился под замком в крепости Аборель, и никто не осмеливался прикоснуться к мечу. Еще ни одна битва, в которой люди прибегали к помощи проклятого клинка, не была проиграна, и слава о нем разносилась повсюду. Целые армии осаждали крепость Аборель, чтобы силой завладеть мечом, поскольку считалось, что все истории о смертоносной лихорадке выдуманы аборельцами для того, чтобы оставить его у себя.
Однажды к стенам цитадели подошла большая армия и разбила лагерь, готовясь к осаде. Старый лорд, хозяин крепости, выглянул из бойницы и, увидев огромное войско, понял, что Аборель падет. Он приказал принести из оружейной кладовой запечатанный ларец. Старик достал оттуда сверкающий клинок, показывая его собравшимся рыцарям.
Кто возьмет Клинок Смерти и защитит наших жен и детей от врагов за стенами крепости? — вопросил он.
Все его рыцари лишь молча опустили головы.
Лорд печально посмотрел на меч.
В таком случае это мой долг, — сказал он, протягивая дрожащие старческие руки к оружию.
Не твой, отец, — возразила его старшая дочь Лента. — Дни, когда ты воевал, давно прошли. Клинок Смерти требует более сильных рук.
Не успел лорд ответить, как Лекта шагнула вперед и схватила меч.
Кто осмелится забрать его у меня? — бросила она в лицо рыцарям. Но все они отступили назад, отводя глаза от блистающего яростью клинка.
Лента повела за собой воинов крепости Аборель башни и сняла осаду, уничтожив вражеских предводителей. Она вернулась с армией в крепость, однако ее встретили не радостные возгласы, не звуки труб, не барабанная дробь, а только лишь слезы и сдавленные рыдания
Отец девушки вынес ей ларец, и дочь положила Клинок Смерти на место. Отец отнес оружие в свои покои. В присутствии одного лишь старого конюшего лорд предложил клинку забрать его жизнь вместо жизни дочери и до восхода солнца бросился грудью на его острие.
Лорда крепости Аборель оплакивала вся рать, и особенно его дочь. Не прошло и месяца, как ее охватила неизвестная лихорадка сбить которую не мог ни один лекарь. Во время очередного приступа бреда девушка вдруг стала спокойной и сказала сестре: Это часть сделки: моя смерть за все прерванные мною нити жизни. За все спасенные мною жизни . И она умерла. Клинок Смерти заперли в одной из комнат оружейного склада, где он ждет своего времени, словно спящая чума.
С шумом ветра сливались отдаленные крики лягушек и стрекот насекомых.
— Ты хочешь сказать, что Элиз умрет в результате заключенной ею сделки? — нарушил тишину Бэйори.
Собиратель легенд покачал головой.
— Не обязательно. Я рассказал эту историю лишь потому, что она напомнила мне нашу ситуацию: Элиз придется заплатить за свой поступок. — Синддл, обернувшись, посмотрел на Бэйори. — И никто больше не заплатит такую цену, Бэйори. Никто, кроме нее самой.
Глава 21
Когда путешественники столкнули лодку в темные воды, все они промокли до нитки и покрылись синяками и ушибами. Дорога вниз по склону оказалась скользкой и ненадежной. Несколько раз они падали и чуть было не выпускали из рук лодку. Этот путь был бы труден даже днем, ночью же он стал просто опасен.
Среди облаков едва показался рассвет. Впереди под огромным одеялом тумана простиралось болото. Виднелись разрастающиеся островки осоки и болотных трав. Деревьев не было, открытые участки воды окружали камыш и туман. Дымка застилала небо, и казалось невозможным определить, где встает солнце.
— Да чтоб она провалилась, эта лодка!.. — воскликнул Финнол и рухнул на мокрую траву.
Почти все последовали его примеру.
— Алаан предупреждал, что болото кишит змеями, — произнес Пвилл, внимательно осматриваясь.
Синддл медленно поднялся.
— Если Алаан говорит, что это так, — откликнулся собиратель легенд, — то мы должны быть осмотрительны. Таких бывалых путешественников, как он, мало.
Румяный Финнол сладко потягивался, валяясь на траве.
— Пусть меня покусают змеи, — томно произнес он. — Если я не отдохну, то все равно умру.
Бэйори оглядел кузена, затем наклонился, чтобы напиться воды, однако Элиз остановила его, положив руку на плечо.
— Не надо, лучше наполним фляги из ручья. Эта вода вредна для здоровья.
Девушка взяла у Тэма меч.
— Нет времени на отдых. Чем раньше выберемся из болота, тем скорее окажемся в безопасности.
Бэйори кивнул и встал.
— Нам еще тащить вниз всю поклажу. Лучше поторопиться.
Все остальные начали с неохотой подниматься. И только Финнол медлил.
— Погодите немного, — сказал он, пытаясь улыбнуться. — Даже змея заслуживает отдыха…
Друзья снова стали взбираться на холм. Утро выдалось сырое, и Тэм вытирал мокрым рукавом пот со лба. Ему страшно хотелось искупаться в ручье, но предстояло еще много работы, а они уже и без того потеряли много времени. Наверняка Хаффид и его войско продолжают путь даже сейчас. Единственной надеждой двигаться быстрее оставалась лодка.
Друзья поднялись на вершину, и Бэйори с Пвиллом сразу перекинули через плечо мешки и взяли по веслу. Синддл устало посмотрел на Тэма и вздохнул, неохотно поднимая свой мешок.
Элиз стала собирать разбросанные вещи, Тэм помогал ей. И вдруг заметил, что девушка сидит на траве, скорчившись, словно от боли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
