Главное, что за ними всегда рост и благодарность.
Вспоминаю, и глаза на лоб вылезают. Первый общий праздник 14 февраля, он подарил подвеску, я заказала ему два мужских костюма от бренда, который я ооооочень любила, один из них оказался маленький, он начал стебаться в сторис над подарком, а утром, когда мы летели два часа рейсом «Москва – Сочи», он сказал: «Тебе все равно на меня, и ты подарила мне стремный подарок, потому что тебе не важны отношения». Два часа мы орали в бизнесе этого самолета, как буйная итальянская пара. Слезы, сопли, оры.
Честно, я никогда себя такой не видела, почему так сильно меня выносило на эмоции и почему между нами разгорались такие пожары, не знаю. Как-то даже стыдно рассказывать про жертву и абьюз в 23 года, когда у всех это вроде было в 18.
У нас было две больных темы, которыми он меня медленно сводил с ума.
1. Моя фигура.
2. Отсутствие отца.
(Потом он даже закончит этим в сторис, то есть это общедоступная инфа.)
Как-то раз я его сильно разозлила, он подбежал ко мне и закричал: «ТВОИ НОГИ НАСТОЛЬКО ЖИРНЫЕ, ЧТО РЯДОМ С ТОБОЙ СТОЯТЬ СТЫДНО» (эта фраза звенела у меня в ушах еще полгода после расставания). В этот день я плакала девять часов.
Я пошла по хирургам – узнавать про липосакцию, откачивание жира:) Жира… Илона, 23 года, 158 сантиметров, 51 килограмм. Откачивание… жира… Тема фигуры юзалась постоянно. И раз меня начала разрушать эта тема, значит, внутри не было четкой уверенности, что «со мной все ок», а когда ее нет, притягиваются такие ситуации, такие люди.
Первый раз, когда я попыталась уйти, я услышала что-то типа: «Ты думаешь, у тебя будет кто-то лучше? С другим будет так же, дело в тебе». Я подумала: «Ну да, очень логично, я же это притянула, тем более зачем я опять сбегаю, пойду прорабатывать себя». Так я начала работать с психологом, смотреть тренинги про отношения, читать книги.
Кто-то подумает: если было все так плохо, то почему ты сидела и терпела. НО. Не все же было плохо, мы много веселились, бесились, путешествовали, разговаривали, ухаживали друг за другом, были очень красивые, и все говорили: «НУ КАКААААЯ ПАРА», поэтому меня это очень сбивало с толку. Плюс я впервые в жизни испытывала чувство ненависти, которое было прикрыто типа любовью, и на тот момент вообще не осознавала этого. Никогда не понимала, что значит «от любви до ненависти один шаг»…
Как-то на другом его кемпе ему делали расстановку на выход на новый уровень в деньгах, а потом ко мне подошла эта женщина и сказала: «Илона, самой большой ошибкой в твоей жизни будет родить ему. Тогда у тебя будет двое детей, и ты не вывезешь такую жизнь и уйдешь. Лучше кайфуй сейчас, возьми все, ты здесь, чтобы что-то получить, и как поймешь, что готова, уходи». Она часа полтора мне рассказывала, что да как. Я потом отошла и расплакалась, подумав: «Что за ужасная женщина, предлагает мне меркантильно что-то там взять и свалить, я не такая».
Весь мир пытался мне намекнуть, но я не была готова.
Потом я узнала и поняла, что в таких отношениях мы действительно притягиваемся травмами, что-то даем друг другу, чему-то учим и расходимся, если хватает сил и ума.
Кстати, да, я выиграла тогда спор на 13 миллионов. Но в отношениях все начало шататься, доход летал вниз-вверх. Еще он добавлял: «Бросай брови – это несерьезно. Тебе нужно вырасти».
До отношений я начала заниматься вейксерфом, и у меня была цель научиться, но в отношениях я его возненавидела, мне не понравились Мальдивы и полет на частном самолете.
Он говорил: «Ты вечно недовольная», а я не понимала, о чем он вообще, я же такое солнышко в жизни (ага, только в прошлой жизни).
Сейчас я понимаю, что тогда я правда была недовольна, потому что была глубоко несчастна.
Все пошло к концу, когда он начал хотеть детей, прям требовать. А я начала чувствовать, что это не со мной хотят детей, а просто есть цель иметь детей, потому что «это прикольно». Я понимала, что точно ему не рожу, мы разговаривали три ночи по два-три часа об этом, и я все больше удивлялась устройству его логики. Я говорила:
– Ты посмотри на наши отношения, я реву в истериках каждую неделю, разве в таком состоянии рожают?
– Ты просто неполноценная. Из неполноценной семьи. Вот и боишься повторить сценарий матери.
Вот и вторая пластинка. «Ты неполноценная, у тебя не было отца». Да, у меня не было отца, в 12–13 я пыталась его найти и нашла выход, номер, адрес. Это было 27 декабря, я подумала, что приду знакомиться после праздников. Третьего января он умер. Я не успела.
После этих разговоров я начала трезветь и вспоминать: он тоже был как-то недоволен тем, что я много работаю, ему не нравились мои друзья, моя семья, и я поняла, что мы вообще хрен знает почему вместе. Кажется, не надо.
Я пошла к психологу снова.
– Закрой глаза. Представь мужчину.
– Представила.
– Представь мужа.
– Представила.
– Открой глаза, там был он?
Ой, нет.
Я все поняла. Он возвращался из Сочи, мы договорились встретиться на лавочке, я спустилась, подарила прощальный подарок и сказала, что ухожу.
Его сторис:
«Теперь я буду выбирать женщин по следующим параметрам».
Выставил мое фото и написал:
«1. Первое: по фигуре. Больше я на компромиссы не пойду.
2. По семье: важно, чтобы у нее была полноценная семья и хорошие отношения внутри».
Я не стала реагировать. Я понимала, что это от боли.
Часть 7
Глава 13. Решения в критических ситуациях, которые вывели на новый уровень
Решив самостоятельно проложить себе дорогу на главную сцену, я начал работать в этом направлении. После того как я снова съездил на Бали и организовал там очередной Новый год, в начале февраля я вернулся назад в Россию и приступил к организации самого масштабного ивента в Москве с расходом в 11 миллионов рублей. Я планировал собрать более 1000 человек, хотел пригласить разных продюсеров и экспертов онлайн-школ. Все шло хорошо, но, когда уже практически все было готово, началась так называемая специальная военная операция.
После этого мне прилетело возвратов на 7 миллионов рублей, хотя мероприятие я уже готов был провести. Но самый главный пиздец был в том, что, когда все началось, мои родители находились в Украине.
Я находился в жутком стрессе. Я не понимал, что происходит и что делать дальше. В какой-то момент я принял решение уйти из Instagram и, разумеется, перестал продавать ивент. Клиенты тоже пребывали в панике. Возврат шел за возвратом. Затем моя мама и отчим Женя приняли решение перебраться к родственникам в маленький город. Там они засели и стали целыми днями смотреть новости по телевизору. Об этом мы и подумать не могли. Понимали, что новости иногда могут вогнать в ужас похуже бомбежек.
Неделю я страдал и пытался понять, как мне двигаться дальше, как выруливать из этой ситуации. А тем временем проблем только прибавлялось. Моя команда в 30 человек тоже начала паниковать, о чем мне сообщила менеджер проекта Юлия.
В этот момент я понял, что, как ни крути, на мой бизнес могу повлиять только я. Я понял, что если сейчас не начну записывать сторис, если не начну работать с командой, то я потеряю очень много денег и буду в огромном минусе.
Когда я это осознал, то взял телефон и стал записывать сторис, в которых честно рассказывал о том, что происходит со мной, что происходит с моим бизнесом и так далее. Основная масса людей меня поняла, но были и те, кто откровенно
