KLA оставалась в списке террористических организаций до тех пор, пока Соединенные Штаты не решили превратить ее в союзника — частично из-за присутствия в Косово крупной американской военной базы Кэмп-Бондстил (Camp Bondsteel). Не правда ли удивительно, что все эти американские базы, как грибы, появляются по всему миру? В ноябре 2005 года посетивший базу комиссар по правам человека Совета Европы Альваро Жиль-Роблес (Alvaro Gil-Robles) назвал ее «уменьшенным вариантом Гуантанамо»[243].
17 февраля 2008 года KLA объявила о независимости Косово от Сербии, что является крайне сомнительным сточки зрения международного права. Наследующий день Соединенные Штаты официально признали новое государство, поддержав таким образом одностороннюю декларацию независимости части территории другой страны. В качестве премьер-министра у нового государства есть джентльмен по имени Хашим Тачи, которого Карла Дель Понте в своей книге называет главным организатором похищений сербов и продажи их органов. Новое бандитское государство Косово поддерживается Вашингтоном и другими западными странами, которые не могут простить Сербии, Югославии и Слободану Милошевичу нежелание принять триумвират из НАТО, США и Европейского союза, которому не указ ни Объединенные Нации, ни кто-либо еще. Независимое государство Косово рассматривается как надежный союзник Запада, готовый играть роль военизированного форпоста триумвирата.
В своей книге Карла Дель Понте утверждает, что для начала судебного преследования косовских албанцев, замешанных в военных преступлениях, имелось достаточно доказательств, однако расследование «было задавлено в зародыше» и переключено вместо этого на «преступления, совершенные Сербией». Она заявляет, что не могла ничего сделать, поскольку сбор доказательств в Косово, наводненном уголовниками, включая правительство, был практически невозможен. Свидетелям угрожали, и даже судьи в Гааге боялись косовских албанцев[244].
Глава 12
ЛИВИЯ
Спор о Ливии
9 июля 2011 года я принял участие в демонстрации перед Белым домом, основной темой которой был лозунг «Перестаньте бомбить Ливию». Последний раз я принимал участие в акции протеста против американской бомбардировки чужой страны, которую Белый дом пытался подать как гуманитарную интервенцию (как и в Ливии), в 1999 году — во время затяжной бомбардировки Сербии. В то время я пошел на пару таких демонстраций и оба раза был там фактически единственным американцем. Остальными участниками, которых насчитывалось около двух десятков человек, были преимущественно сербы. «Гуманитарная интервенция» — великий рекламный трюк империализма, в особенности на американском рынке. Американцы отчаянно пытаются обновить дорогую их сердцу веру в то, что Соединенные Штаты преследуют хорошие цели, что мы по-прежнему являемся хорошими парнями.
На этот раз в протесте приняли участие около сотни человек. Не уверен, что все они были ливийцами, но здесь также появился новый элемент — почти половина протестующих были чернокожими и маршировали с лозунгами «Перестаньте бомбить Африку».
Появилось и еще одно новшество — на другой стороне Пенсильвания-авеню примерно в 15 метрах от нас была организована акция сторонников бомбежки Ливии. Эта демонстрация в основном состояла из ливийцев, скорее всего, живущих в данном районе. С их стороны слышались лишь слова одобрения и любви в отношении Соединенных Штатов и НАТО. Они заявляли, что готовы поддержать что угодно, чтобы избавиться от Муаммара Каддафи, вплоть до ежедневных бомбежек своей родины, которые, в конце концов, превысили сербские семьдесят восемь дней. Я не преминул перейти через дорогу и вступить в спор с некоторыми из них, сказав: «Я ненавижу вот того человека там [указывая при этом на Белый дом] не меньше, чем вы ненавидите Каддафи. По-вашему, я должен из-за этого поддерживать бомбардировку Вашингтона? Уничтожение прекрасных памятников и зданий этого города, а также убийство его жителей?».
Никто из ливийцев даже не попытался мне ответить. Они лишь продолжали злобно твердить свои лозунги против Муаммара Каддафи. «Вы не понимаете. Нам надо избавиться от Каддафи. Он очень жестокий». Посмотрите видео CNN от 1 июля с огромного митинга в поддержку Каддафи в Триполи, чтобы понять, насколько сильно взгляды вашингтонских ливийцев отличались от того, что говорилось у них на родине[245].
«Но у вас, как минимум, есть бесплатное образование и медицинское обслуживание, — не унимался я. — Это значительно больше, чем получаем мы здесь. В Ливии самый высокий уровень жизни во всем регионе, по крайней мере был до начала бомбардировок НАТО и США. Если Каддафи жесток, в таком случае как вы называете других лидеров региона, которые пользуются давней поддержкой Вашингтона?». Один из них возразил мне, что бесплатное образование было при короле, которого сверг Муаммар Каддафи. Я скептически отнесся к этим словам, но поскольку не был точно уверен в том, что это неправда, ответил: «Ну и что? По крайней мере Каддафи не отказался от бесплатного образования, в отличие от того, как поступили лидеры Великобритании и Европы в последние годы».
Внезапно рядом появился полицейский и потребовал, чтобы я вернулся на мою сторону проезжей части. Уверен, что если бы я настоял на объяснении, полицейский мотивировал бы свои действия стремлением предотвратить возможное насилие. Однако никакой опасности не было и в помине. Просто это еще один пример менталитета американского полицейского государства — порядок и контроль превыше гражданских свобод и всего остального.
Большинство американцев, если бы они услышали мой спор с ливийцами, вероятно, сказали бы: «Ну, независимо оттого, насколько вы ненавидите президента, вы можете от него избавиться путем выборов. У ливийцев такого выхода нет». А я бы ответил им: «Точно. Я свободен поменять Джорджа Буша на Барака Обаму. Радость-то какая. Пока наши выборы целиком и полностью определяются деньгами, никакие существенные перемены невозможны».
Для них не важно, что это неправда
Просто это правда высшего порядка
(1 ноября 2011 года)
«Мы пришли, мы увидели, он умер», — эти слова, хихикая, произнесла госсекретарь США Хиллари Клинтон, комментируя подлое убийство Муаммара Каддафи.
Представьте себе Усаму бен Ладена или какого-нибудь другого исламского лидера, говорящего после событий 11 сентября 2001 года: «Мы пришли, мы увидели, три тысячи американцев погибли… Ха-ха-ха».
Хиллари Клинтон и другие соучастники преступления из НАТО могут всласть повеселиться также над тем, как они провели весь мир. Разрушение Ливии, превращение современного государства всеобщего благоденствия в груду развалин, вымершие города, убийство тысяч людей. Эта трагедия стала кульминацией серии лживых заявлений, распространявшихся ливийскими повстанцами, западными странами и Катаром (через свою телевизионную станцию «Аль-Джазира»): начиная с объявления о неминуемой «кровавой бойне» в удерживаемом мятежниками Бенгази, в случае если Запад не вмешается, историй о том, как правительственные боевые вертолеты и самолеты беспорядочно обстреливали большие группы гражданского населения, и заканчивая выдумками о массовых изнасилованиях, совершенных объевшимися виагры солдатами армии Муаммара Каддафи (последняя выдумка была обнародована в Организации Объединенных Наций американским послом — можно подумать, что молодые солдаты не могут обойтись без виагры!)[246].
Газета «Нью-Йорк таймс» 22 марта 2011 года сообщила:
«Мятежники не стесняются в домыслах при проведении своей пропагандисткой кампании. Они заявляют о победах на несуществующих полях сражений, утверждают, что продолжают сражаться в ключевом городе спустя много дней после его взятия войсками Каддафи, а также делают крайне преувеличенные заявления относительного его варварского поведения».
Газет «Лос-Анджелес таймс» от 7 апреля 2011 года добавляет следующую деталь об информационной кампании мятежников:
«Трудно назвать позицию этих СМИ справедливой и сбалансированной. На самом деле, как любезно подсказал [ее редактор], существует четыре нерушимых правила освещения событий на двух радиостанциях, одной телевизионной станции и в газете мятежников:
• никаких репортажей или комментариев за [Каддафи];
• никакого упоминания гражданской войны (весь ливийский народ, на востоке и на западе, един в войне с тоталитарным режимом);
• никакого обсуждения темы племен или межплеменной вражды (есть только одно племя — Ливия);
• никаких упоминаний «Аль-Каиды» или исламского экстремизма (все это пропаганда [Каддафи])».
