что Паша представил ей меня как свою будущею невесту.
Тяжело было осознавать, что в состоянии Макса сейчас виновата только я. Хотя многие скажут, что это его работа. Но скажи я Паше раньше, что ему рассчитывать не на что, то и мести обиженной подружки не было бы.
- Чья? – Громов видимо сразу же подумал про Нину.
Нужно же было как-то разжевать всю ситуацию Игорю, а то, не дай бог, бедной Ниночке ещё достанется просто так. Хотя я в принципе и не против. Но предпочитаю со своими проблемами, в виде лишних баб в жизни моего мужчины, разбираться сама.
И тут я впала в ступор от мыслей, что бродят в моей голове. Даже смех вырвался злой какой-то. Главное не ляпнуть сейчас Громову, что считаю его своим, а то испугается, а он единственный здесь лучший кардиохирург. Не хотелось бы лишить нашу планету такого специалиста.
- Ника? – позвал меня Громов. – Это Нина хотела на тебя серную кислоту вылить?
- Нееет, - протянула я, всё ещё пытаясь сообразить, отчего считаю, что Громов принадлежит мне.
Игорь же требовательно смотрел на меня. И вид у него такой – «скажи мне кто и я его на опыты пущу!»
«Моя ж ты лапочка!» - нежно улыбнулась я ему.
Мой Громов сделал пару шагов назад. Пришлось стереть хищное выражение со своего лица и вновь принять вид напуганной девчушки.
- Это в общем долгая история, - печально вздохнула я.
- У меня есть время её выслушать. Только лучше пройдём в мой кабинет. Сама дойдёшь или лучше отнести? – участливо спросил Игорь, даже не сомневаясь в моём ответе.
Я бы никогда не показала свою слабость, а поднялась и на деревянных ногах отправилась бы куда нужно. Вот только кое-кто ещё не понял, как попал, поэтому я, поднявшись со стула, покачнулась, надеясь, что это вышло натурально, и плюхнулась обратно.
- Чёрт, - я постаралась предать голосу злости.
- Я тебя отнесу, - тут же подхватывая меня на руки, сказал Громов.
Я же натянула на лицо маску недовольства, а сама млела от удовольствия. И всю дорогу пока мы добирались до кабинета Игоря, я строила планы завоевания этой крепости. Точно знала, что с ним нужно быть осторожной и все шаги делать постепенно. Он со временем привыкнет и я стану неотъемлемой частью его жизни. Учитывая, что плотный фундамент наших отношений уже на должном уровне, трудиться мне придётся не сильно, но держать ухо востро. Ведь рядом с моим лапочкой столько хищниц.
Я тут же отогнала от себя все эти мысли. У меня тут Масяня в тяжелом состоянии, а я.. а я…
Хотя смогла отвлечься хоть немного.
- Ну, рассказывай, - усадив меня на диван в своём кабинете, сказал Игорь.
А я даже не заметила, как мы дошли.
- Да рассказывать в принципе нечего, - протянула я.
- Ты только что сказала, что это длинная история, - хмыкнул Игорь, наливая кофе.
Подловил ага.
- У Паши когда-то была девушка. Что там, как там - я не в курсе. Кристина мне пред свадьбой рассказала, что у этой девушки, оказывается, ребёнок имеется от него. Только Паша сам не в курсе событий. А она психоаналитик, к ней Аня ещё ходила…
- Ты пошла к Колышниценой? О чём ты только думала?
- Знаешь, на тот момент с ней, вроде, было всё в порядке. Кто ж знал, что она таким радикальным способом избавляется от соперниц?! - проворчала я.
- Она помогала в похищении с Аней. В чём-то там ещё была замешана, я уже не припомню. Все её отмазки в том, что она защищала сына. Но ни мне, ни Саше и - тем более - ни Миронову в это не верится. И эта женщина находится под наблюдением.
- И что, что-нибудь выяснили?
- За это время она много с кем встречалась из известных нам людей. Даже с Марковым и Бряновым. И оба обращались к ней как к специалисту. И пока она нас ни на кого не вывела. – Поставив предо мной чашку кофе, и сев рядом, сказал Игорь. – Значит, это тебе за твоего рыжика досталось?
Я лишь кивнула.
- Я даже не представляю, что Паша должен был ей сказать, что она на меня с серной кислотой накинулась. Тем более, последнее время он всё время с Селией. Даже сейчас вроде как они обедают в каком-то ресторане.
- Селия в Москве?
- Удивлён, что она не обивает твой порог в одном нижнем белье? – ответила я вопросом на вопрос.
- Я за это не переживаю, - хмыкнул Игорь, пригубив кофе из своей кружки. – После последней демонстрации нижнего белья она старается меня избегать.
- Счастливчик, - усмехнулась я.
А вот Паше не так повезло. Он уже достал мне звонить и жаловаться, но, к счастью, теперь я окончательно вычеркну его из своей жизни.
Я просидела в больнице трое суток. Просто не видела смысла отправляться домой Сначала просто ждала известий о состоянии Макса, а потом должна была остаться на дежурство. От предложения поменяться с кем-нибудь сменами я отказалась. Несмотря на то, что с Масяней всё было хорошо, и Игорь обещал мне как можно быстрее поставить его на ноги, я чувствовала свою вину перед ним. Именно поэтому я как можно чаще наведывалась к нему в палату, пользуясь своим служебным положением.
Одного из мальчиков перевели в отдельную палату для подготовки к пересадки сердца. Я уже поняла, что к нему не только бывает частое паломничество медперсонала, но и Игорь очень много времени с ним проводит. И именно этого мальчика я застала сидящим на подоконнике во время вечернего обхода, когда уже все дети спали.
- Привет, - поздоровалась я, подходя ближе к мальчику, и пытаясь понять, что в нём такого особенного. – Не спится?
Может, у Громова был не один ребёнок, и если дочь умерла, то этого он упорно скрывает.
- Я всегда стараюсь встретить первые звёзды. Очень красиво наблюдать, как темнеет небо и на нём потихоньку появляются мерцающие огоньки.
Уау! И мне это говорит ребёнок? Сколько ему четыре? Пять?
Хотя дети более непосредственные в своей наблюдательности. Они познают мир, наблюдая за всеми мелочами. Я вот помню, у меня была муравьиная ферма и я часто наблюдала, как у них там всё устроено. А однажды мне их стало жалко, ведь
