Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

— Так ты, выходит, и вправду теперь целый барон?

— Ага.

— И теперь к тебе, значит, надо обращаться «милорд»?

— «Милорд» — это в Княжестве. А здесь меня все зовут «экселенц».

— А это выше или ниже «милорда»?

— Значительно выше. Здесь я практически Князь. Владею целой планетой…

Стоит ли говорить, что контракт с имперской армией (при условии прохождения службы в территориальных войсках дома Ван Румий) бывший рыбак подписал без всяких сомнений…

Следом за Грифом на Тарс в течение месяца прибыли и другие «убийцы». Жуст, мечник из кудуса Лигелия, Ком из кудуса Маммия, Рин из кудуса Лутия, Саут из кудуса Баарха… Те самые, что когда-то встали рядом со мной и Гасом против «шершавых» в таверне «Три грации»…

А спустя три недели из портала вышел вислоусый боец, бывший предводитель моих бывших противников, с которыми нам пришлось драться в День трёх святынь на главной арене Ландвилия, и я наконец-то узнал, что его звали Дранх и что после той памятной схватки он прилюдно поклялся вернуть мне долг жизни, чего бы ему это ни стоило. Долг я, понятное дело, согласился принять в качестве рекрутского контракта с армией Великой Империи и домом Ван Румий.

Дранх, как мне потом доложили, оказался идеальным кандидатом на роль мастер-сержанта команды новоиспечённых имперских бойцов. С каким оружием воевать — с мечом или плазмоганом — бывшим «честным убийцам» было без разницы. Их обучение, по словам штаб-майора Лайерса, шло как по нотам, основные тактические приёмы они схватывали на лету, а по части физподготовки и боевого духа легко могли дать сто очков вперёд ветеранам-десантникам…

Через портал, впрочем, проходили не только бойцы. На исходе пятой недели к нам перебрался настоящий доктор, имеющий богатую практику в Пантиохии. Его рекомендовал лично Сапхат, сообщив, что мастер Тарлепий — крупный специалист в области онкологии. Почему он решился покинуть привычный мир и отправиться в неизведанное, Тарлепий объяснил мне в личной беседе:

— Видите ли, милорд, я просто устал заниматься рутиной. В последние годы у меня исчезла возможность исследовать. Ведь чтобы исследовать, надо лечить. Лечить и учить. Учить и получать новые знания. А меня отлучили не только от учеников, но и от обычных клиентов. Мне попросту запретили лечить хоть кого-то кроме архстратигов, баронов, наместников и их присных. Я стал умирать как врач и деградировать как учёный…

Слабо разбираясь в специфике, я пригласил пообщаться с гостем Эрлиха и начмеда нашей военной базы военврача 2-го ранга Демекиса. Те проговорили с Тарлепием четыре часа, и оба потом, в унисон, выдали, что их компетенций не хватает практически так же, как и моей. Хочешь не хочешь, пришлось выходить на связь с экселенсой и просить её отправить на Тарс кого-нибудь более сведущего.

Ан отозвалась мгновенно и пообещала как можно быстрее отправить ко мне доктора Роэля, руководителя команды учёных-биологов, решивших после войны остаться на Мегадее. Против работы с Роэлем возражений ни у кого не возникло. Лучшей кандидатуры нельзя было и найти. Собственную квалификацию он подтвердил, когда мы пытались воспроизвести флорианские инъекции закрепления. Пусть это и закончилось неудачей, но саму формулу вещества доктор воспроизвёл в точности.

Биолог прибыл на Тарс не один. Анцилла опять не смогла удержаться, чтобы не прилететь вместе с ним и не посмотреть на нового гостя.

Что удивительно, даже спустя полторы центады в беременности её всё ещё можно было «заподозрить», только если специально присматриваться. Большинство «мимокрокодилов», вероятней всего, посчитали бы, что женщина просто слегка пополнела и начала расцветать, перейдя из когорты молодых и неопытных в разряд повзрослевших и состоявшихся.

Впрочем, возможно, мне это только казалось, и окружающие всё подмечали, но оставались по отношению к нам деликатными. Типа, ну раз хозяева дома Ван Румий желают скрывать очевидное, пусть скрывают это и дальше, а мы будем делать вид, что ни о чём не подозреваем…

Тарлепий, видимо, по причине незнания, кто перед ним, деликатности не проявил.

— Прошу прощения, досточтимая леди, но мой вам совет: в вашем положении увлекаться физическими нагрузками ни к чему, — сходу заявил он Анцилле, как только увидел её.

— Но… я вовсе не увлекаюсь, — попробовала оправдаться дама, смутившись.

Док бросил быстрый взгляд на меня, затем на Анциллу и, надо отдать ему должное, сразу всё понял. Поэтому дальше при разговоре поднимать эту «скользкую» тему уже не пытался.

Говорили там, правда, по большей части, Тарлепий и Роэль, и процентов девяносто из сказанного мы с экселенсой просто не понимали.

— Уникальный специалист! — высказал своё мнение Роэль, когда мы вышли из карантинной, чтобы обсудить разговор. — Его опыт и знания дадут настоящий прорыв в медицине…

После короткого совещания мы с Ан решили: Тарлепия надо переправить на Мегадею, столицу сектора. В плане исследований Тарс для него слишком «мелок». И военный контракт подписывать с ним не надо, а вот подпитывать научный энтузиазм — напротив. Главное, обеспечить комфортные условия для работы и окружить коллегами, учениками и пациентами. А дальше, как водится, дело техники, так что, уверен, месяцев через пять он будет наш с потрохами…

В течение недели после отлёта Анциллы, Ро́эля и Тарлепия к нам с Флоры прибыли ещё двое бойцов из кудусов, а затем случилось событие, которого я ждал без малого пару месяцев. В систему вошёл звездолёт Торговой Лиги.

— Доброго дня, экселенц! — поприветствовали меня с корабля, как только установилась связь.

— Рад видеть вас, командор Брамень, — кивнул я появившемуся на экране «хоббиту»…

О делах мы, естественно, онлайн говорить не стали. Решать ключевые вопросы с первым помощником неформального лидера Лиги следовало тет-а-тет.

Пока звездолёт, до боли напоминающий классическую «летающую тарелку», добирался от дальней орбиты, я пытался понять, почему командор Жлобень отправил на эту встречу своего зама, а не прилетел сам. Ведь раньше, когда мы встречались, на переговорах он присутствовал лично.

Размышляя о сложностях космической дипломатии, я не переставал следить за судном торговцев. Градарные станции контролировали весь процесс, начиная с манёвра астрокоррекции и заканчивая сходом с орбиты, в режиме реального времени. Спуск и посадка проходили под наблюдением дежурной пары истребителей ближней зоны. Встречать представителя Лиги на космодроме я, конечно, не собирался, потому что это было