Читаем без скачивания Первая ночь - Марк Леви

— Что, по-вашему, произойдет, если соединить все фрагменты?

— Me имею ни малейшего представления, — сказал я, опередив Кейру.

— И вы оба твердо уверены, что камням четыре миллиона лет?

— Это не камни, — сказала Кейра, — но в их возрасте мы уверены.

— У них пористая поверхность, испещренная миллионами микроперфораций. Когда фрагменты подвергаются действию мощного источника света, они проецируют карту звездного неба, и положение всех звезд в точности соответствует датировке. Продемонстрировать, увы, не могу — нужен мощный лазер.

— Об этом можно только мечтать, но лазера у меня, увы, нет.

— И слава богу! — откликнулся я.

Покончив с поданным на десерт куском бисквитного, пропитанного коньяком торта. Егоров начал ходить по комнате.

— Итак, вы полагаете, что один из недостающих фрагментов может находиться на плато семи уральских идолов? Ну конечно, вы так думаете, я задал глупый вопрос.

— Как бы мне хотелось сказать вам твердое «да»! — ответила Кейра.

— Наивная оптимистка! Вы и правда совершенно очаровательны!

— А вы…

Я толкнул ее коленом под столом, не лав закончить фразу.

— Сейчас зима, на плато Мань-Пупу-нёр дуют такие холодные и сухие ветры, что снег не задерживается на промерзшей земле. Вы собираетесь вести раскопки с помощью металлоискателя и двух лопаток?

— Ваш снисходительный тон меня бесит. И к вашему сведению, фрагменты — не металлические, — огрызнулась Кейра.

— Я предлагаю вам не любительский приборчик, с каким ищут жалкую добычу на пляже, а куда более масштабный план…

Мы перешли в гостиную, ничуть не уступавшую столовой размерами и роскошью обстановки: дубовый паркет, французская и итальянская мебель. Мы расселись на мягких диванчиках у огромного камина, где горел прожорливый огонь. Длинные языки пламени жадно лизали стенки очага.

Егоров предложил дать нам в помощь двадцать своих людей и пообещал предоставить Кейре любое оборудование, какое потребуется. Он сказал, что даст столько денег, сколько мы не имели с самого начала нашей эпопеи, а взамен попросил об одном — сделать его соавтором всех открытий; разумеется, если таковые будут сделаны.

Кейра уточнила, что никакой выгоды эти открытия ему не принесут. То, что мы мечтаем найти, не имеет товарной ценности, только научную.

— Кто говорит о деньгах? — оскорбился Егоров. — Разве я сказал вам хоть слово о деньгах?

— Нет… — Кейра смутилась, искренне, я это видел. — Но мы оба знаем, что деньги, которые вы мне предлагаете, это гигантское вложение, а я встречала мало филантропов на своем пути, — сказала она извиняющимся тоном.

Егоров предложил мне сигару, и я почти соблазнился, но грозный взгляд Кейры разубедил меня.

— Я посвятил большую часть жизни археологии, — продолжил Егоров, — и работал в кошмарных условиях — вы такие и вообразить не сможете. Я рисковал своей шкурой — физически и политически, спас много сокровищ, а мерзавцы из Академии вместо благодарности объявили меня спекулянтом. Да и сегодня мало что изменилось! Лицемеры! Меня травят и очерняют вот уже тридцать лет. Если ваш проект окажется успешным, я выиграю гораздо больше, чем деньги. Время, когда людей хоронили с нажитым добром, миновало, я не унесу в могилу ни персидские ковры, ни украшающие стены этого дома полотна девятнадцатого века. Я хочу вернуть себе доброе имя. Вы правы: если бы тридцать лет назад мы не убоялись начальства и опубликовали результаты своей работы, я стал бы известным и уважаемым ученым. Во второй раз я свой шанс не упущу. Давайте работать вместе и, если найдем, чем подтвердить ваши теории, если удача мам улыбнется, представим научному сообществу результат совместного труда. Договорились?

Кейра колебалась. В нашей затруднительной ситуации глупо было отвергать помощь такого союзника. Я хорошо понимал, что Егоров способен защитить нас от тех, кто покушался на нашу жизнь. Мы с Кейрой обменялись взглядами, и я как истинный джентльмен предоставил ей право заключить сделку.

Егоров широко улыбнулся.

— Верните мне ту сотню, — серьезным топом сказал он Кейре.

Она протянула ему купюру, и он тут же сунул ее в карман.

— Ну вот, вы внесли свою долю в финансирование нашего предприятия, теперь мы компаньоны и можем как настоящие ученые обсудить детали, чтобы раскопки увенчались успехом.

Они устроились за низким столиком и целый час составляли список необходимого оборудования. В разговоре я не участвовал и с удовольствием рассматривал книги на стеллажах. На полках стояли труды по археологии, старинный учебник алхимии XVII века, еще один, по анатомии, такой же древний, полное собрание сочинений Александра Дюма, первое издание романа «Красное и черное». Такая библиотека, должно быть, стоила целое состояние. Я обнаружил трактат по астрономии XIV века и листал его, пока Кейра с Егоровым утрясали детали.

В час ночи Кейра спохватилась, подошла ко мне и имела нахальство спросит!», чем я занимаюсь. Я услышал в ее словах упрек и вернулся к камину.

— Это фантастика, Эдриен, у нас будет все необходимое оборудование, мы сможем провести настоящие, масштабные раскопки. Не знаю, сколько времени это займет, но, если фрагмент действительно лежит где-то между менгирами, у нас есть все шансы его найти.

Я проглядел список: лопатки, шпатели, отвесы, кисточки, GPS-навигаторы, разметочные колья, решетки, сита, весы, антропометрические приборы, компрессоры, вытяжное оборудование, электрогенераторы, лампы для работы ночью, палатки, отметчики, фотокамеры… Ассортимент специализированного магазина, да и только. Егоров снял трубку стоявшего на круглом столике телефона. Через полминуты в гостиной появились два человека, забрали список и исчезли.

— Все будет готово завтра, до полудня, — сказал Егоров, потягиваясь.

— Как вы будете все это транспортировать? — осторожно поинтересовался я.

Кейра повернулась к Егорову, и тот одарил меня торжествующим взглядом.

— Устрою вам сюрприз. Уже поздно, всем нам нужно поспать, встретимся за завтра ком. Будьте готовы, мы отправимся в пуп очень рано.

Телохранитель Егорова проводил нас в комнату для гостей, огромную, как парадная зала королевского дворца. Кровать была широченная, хочешь — ложись вдоль, хочешь — спи поперек. Кейра прыгнула на мягкую перину и поманила меня к себе. Я не видел ее такой счастливой с… вообще-то я никогда прежде не видел ее такой счастливой. Я много раз рисковал жизнью, проехал тысячи километров, чтобы отыскать ее. А всего-то нужно было подарить ей лопату и сито! Оказывается, моей любимой для счастья требовалось совсем немного… Кейра потянулась, сняла свитер и лифчик и послала мне более чем красноречивый взгляд. Я не заставил ее ждать.

Кент

«Ягуар» быстро катил по узкой дороге к замку. Сэр Эштон расположился на заднем сиденье и. включив верхний свет, просматривал бумаги. Он зевнул и захлопнул папку. Раздался звонок телефона. Шофер передал ему трубку. Звонили из Москвы.

— Нам не удалось перехватить ваших друзей на вокзале в Иркутске. Не знаю, как им это удалось, но они ускользнули от наших людей, — сообщил Москва.

— Дурная весть! — раздраженно воскликнул Эштон.

— Они на Байкале, в доме торговца антиквариатом, — продолжил Москва.

— Так чего вы ждете, почему не арестуете их?

— Ждем, когда они покинут особняк Егорова. У него есть связи, дом охраняет небольшая армия, и я не хочу, чтобы рядовое задержание обернулось кровавой баней.

— Не подозревал в вас подобной щепетильности.

— Знаю, вам трудно с этим смириться, но в нашей стране существуют законы. Если мои агенты вмешаются, а люди Егорова окажут сопротивление, будет трудно объяснить федеральным властям причины вторжении на частную территорию, да еще и без ордера. Ведь с точки зрения закона ваши ученые совершенно чисты.

— А их присутствие в доме спекулянта антиквариатом не основание для задержания?

— В этом нет ничего противозаконного. Имейте терпение. Как только они высунутся из берлоги, мы их возьмем, без шума и пыли. Завтра вечером они будут сидеть в самолете, обещаю вам.

«Ягуар» вильнул. Эштон едва не выронил трубку и раздраженно постучал по стеклу. выражая недовольство водителю.

— Один вопрос, — продолжал Москва. — Вы, случайно, ничего не предприняли за моей спиной?

— О чем вы?

— О небольшом инциденте, имевшем место в поезде. Одну из проводниц ударили по голове, да так сильно, что она попала в больницу с черепно-мозговой травмой.

— Сожалею, дорогой друг. Бить женщину недостойно и возмутительно.

— Я не усомнился бы в вашей искренности, не находись в поезде ваша археологиня и ее приятель, но вот ведь незадача: факт немотивированной агрессии имел место именно в их вагоне. Полагаю, это не более чем совпадение? Вы никогда не стали бы действовать у меня за спиной, да еще и на моей территории, не так ли?