Читаем без скачивания ПОДНЯТЬ ПЕРИСКОП! Часть 4 - Сергей Лысак

– Но почему Вы уверены, что они попытаются взорвать мины именно на причале? А не, скажем, после погрузки?

– Потому, что ни у одного из подозреваемых фигурантов этого дела допуска на "Косатку" нет, и он его никогда не получит. Но на "Енисей" и на причал, где она стоит, есть. И это для них единственная возможность подобраться к лодке насколько возможно близко. Поэтому, террористы постараются воспользоваться благоприятным моментом. Поскольку ничего другого в ближайшем будущем не предвидится. И им надо торопиться. Как только мины перегрузят с причала на "Косатку", взрывать будет нечего. Они очень жестко ограничены временными рамками. Взрывать надо, когда на причале будет весь, или почти весь запас мин. Поскольку одну-две мины взрывать бессмысленно. Ожидаемого эффекта не будет. Да и все равно, трудно рассчитывать на детонацию всех.

– И к о г д а?

– Скоро у команд "Косатки" и "Енисея" обед. Пущен слух, что до обеда все мины должны быть на причале, а после "адмиральского часа" начнется погрузка. Когда на причале никого не будет, то появляться там неразумно. Любой человек сразу привлечет внимание. Поэтому, самый оптимальный момент - к концу доставки мин на причал. Когда там еще будут люди и уже накопится достаточный запас взрывчатки.

– Хитро... Но как же это Вам удалось организовать, Алексей Петрович?

– Так это не я организую. Это господа бомбисты такой план разработали на основании той дезинформации, которую им подбросили. А я лишь наблюдаю со стороны, как режиссер за игрой актеров. Статисты, то есть мои люди, уже на местах. Ждем появления исполнителя главной роли. И к концу первого акта нашего спектакля он должен появиться на сцене. Вот только точно не знаю, кто же сыграет эту роль. Допускаю, что не все детали этого плана мне известны. Но я знаю главное. Именно сегодня, во время погрузки мин, намечена диверсия. На всякий случай, все мины приведены в негодное состояние, и взорваться не могут. Береженого бог бережет. Вот теперь ждем, какая рыба клюнет.

– Но как Вам об этом стало известно?!

– Так я ведь уже говорил, на что способен маленький ослик, нагруженный золотом. Думаете, предателей нет в среде бомбистов? Вы удивитесь, но там их процент еще выше. И за деньги они продадут всех своих подельников. Моя задача - найти таких людей и у б е д и т ь их работать на благо империи, а не во вред ей. Естественно, за хорошее вознаграждение и отпущение грехов. Поверьте, такой способ очень эффективен. Конечно, я не обольщаюсь насчет моральных устоев этих индивидуумов, но они могут быть нам весьма и весьма полезны.

– Пожалуй... А сейчас что? Просто сидим и ждем конца первого акта спектакля?

– В общем-то, да. На сцене нам сейчас лучше не показываться, чтобы не привлекать внимания. Там и без нас артистов хватает. Поэтому, посидим в гримерке, вдали от всех. А пока меня Василий Иванович просвещает в морских делах, чтобы время даром не терять.

– А эти Ваши... фигуранты... Они сейчас здесь?

– Не все. Но некоторые здесь.

– А Вы абсолютно уверены, что на причале именно т е мины? Не могло среди них затесаться какой-то посторонней? И сколько всего мин с "тухлой" начинкой?

– Двенадцать. Не волнуйтесь, все мины были под присмотром, и попытку подмены сразу бы обнаружили. Более того, могу сообщить, что было внесено предложение загрузить на "Косатку" мину с "сюрпризом", которая должна была взорваться после погрузки внутри лодки. Но благодаря жестким мерам безопасности эту идею господам бомбистам реализовать не удалось. Поэтому, у них остается надежда на закладку бомбы на причале.

– И откуда же такая информация, Алексей Петрович?

– Ослик сообщил, Михаил Рудольфович. Тот, который нагружен золотом...

Между тем, время подошло к обеду, и причал опустел. Михаил вышел на палубу и украдкой огляделся по сторонам. Ощущение грядущей опасности не проходило, в нем снова ожил Бок Гуй. Прикидывая различные способы, как подобраться к "Косатке", он убедился, что все подходы грамотно перекрыты. Кроме одного - поста на причале. Террористы его не минуют. Поэтому, постараются придумать что-то такое, что позволит обмануть часовых. Другого пути просто нет. И как бы в подтверждение этого, из-за угла здания показались двое матросов, толкающих тележку с бочкой и направляющихся прямиком к посту охраны. Часовые сначала остановили визитеров и стали проверять, что находится в бочке. Но вскоре пропустили, и тележка резво покатила в сторону "Косатки", остановившись вскоре рядом с торпедами. Как раз возле небольшого крана, применяемого для погрузки торпед. Прибывшие перекинулись репликами с вахтенным матросом на палубе "Косатки" и стали сгружать бочку на причал возле крана. Ближайшая торпеда была не далее полутора - двух метров...

Черемисов тоже наблюдал за всем из укрытия и понял, что пора вмешаться. Но матросы, ко всеобщему удивлению, уходить не спешили и присели прямо на тележку, о чем-то переговариваясь. Когда Черемисов, шестеро жандармов, переодетых в матросскую форму и ожидавших в резерве, и минный кондуктор с "Енисея" оказались рядом, они вскочили, став по стойке смирно, увидев офицера, но никакого замешательства в их действиях не наблюдалось.

– Братцы, а что это вы привезли?

– Машинное масло, Ваше высокоблагородие! Приказано на "Косатку" доставить!

– Ну, молодцы, раз доставили. А что же сидите тут, как воробьи на заборе? Чего ждете?

Черемисов пристально смотрел на обоих матросов и все больше убеждался, что бедняг, похоже, просто решили использовать втемную.

– Виноваты, Ваше высокоблагородие! Но у нас приказ - передать масло старшему механику. А вахтенный сказал, что его сейчас на борту нет. Вот мы и дожидаемся.

– И кто же вам такой приказ дал?

– Инженер Панин, Ваше высокоблагородие!

– Но ведь вы оба - с минного склада, я вас обоих знаю. А Панин в судоремонтных мастерских работает. Как вы там оказались?

– Так он сегодня к нашему командиру пришел и попросил нескольких человек в помощь дать. Вот нас и направили.

– Ясно. А бочку где взяли? И кто велел именно эту бочку привезти?

– Там же, в мастерских. Панин и велел. Сказал, отвезете бочку, передадите лично старшему механику. Если его на борту не будет, дождаться, когда он вернется, но бочку без присмотра не оставлять. А за труды еще и по целковому в конце дня пообещал.

–Так, понятно... Федор Степанович, Ваше мнение? Можно что-то сделать? Только быстро.

Минный кондуктор шагнул к бочке, открыл пробку и убедился, что в ней масло. Но щуп, введенный в горловину, смог погрузиться внутрь бочки только сантиметров на сорок.

– Не получится, Ваше высокоблагородие. Бочка хорошо заделана. Так, что и не заподозришь. Надо ее разрезать. И если судить по занятому объему, то там не меньше семи - восьми пудов взрывчатки. Было бы время, то разминировал бы. А так, можно не успеть. Кто знает, когда эта бандура рванет.

– Ясно. Значит, быстро грузим эту гадость на тележку, и в яму. И после этого всем в укрытие. Думаю, скоро это "масло" должно сработать.

На глазах у обалдевших матросов бочку, которую они должны были охранять, быстро погрузили на тележку и повезли в сторону специально вырытой накануне ямы в дальнем конце причала. Рисковать Черемисов не захотел. Неизвестно, когда точно должна сработать бомба и каково ее устройство. Вполне можно нарваться на сюрприз, обеспечивающий невозможность разминирования. Поэтому, тележку закатили в глубокую яму и тут же ретировались. Переодетым жандармам был дан приказ срочно задержать инженера судоремонтных мастерских Панина. Яму с заложенной в ней бочкой оцепили и никого близко не подпускали. Какое-то время было тихо. И вот, через двадцать минут после того, как бочка появилась на причале, все содрогнулось от взрыва. Сверкнуло пламя и в небо взлетели комья земли, окутанные облаком дыма, а в ближайших зданиях посыпались стекла. Минер с "Енисея" правильно определил мощность заряда - порядка сотни килограммов. Но благодаря заранее вырытой яме вся взрывная волна ушла вверх, не причинив никаких разрушений. Если не считать таковыми вылетевшие стекла...

За всем этим Михаил наблюдал с палубы "Енисея". Черемисов категорически запретил ему приближаться к бомбе, приведя железный аргумент.

– Если даже бомба взорвется и повредит "Косатку", это полбеды. А вот если Вы погибнете, то вторую "Косатку" никто не создаст. У нас у каждого свое назначение в жизни, Михаил Рудольфович. Вы - моряк. Я - жандарм. И это - моя работа...

И теперь, стоя на палубе "Енисея" и глядя на медленно тающее облако дыма над портом, он в который раз понял, как был наивен в своих первоначальных планах. Нанести поражение Японии на море - это еще далеко не все. Враги внутри страны не отступят без боя. Они пройдут по трупам своих же соотечественников, только бы добиться своих целей. Для них это как раз тот случай, когда цель оправдывает средства. В памяти снова всплыли ужасные картины гражданской войны. Когда брат шел на брата. Когда русские со звериной злобой убивали русских. Когда люди становились хуже, чем звери. Когда в 1917 году людей убивали только за то, что они носили офицерские и юнкерские погоны. А потом за то, что погоны вообще. Он специально вернулся, чтобы не допустить этого. Но, похоже, от него мало что зависит. "Бронштейны-Троцкие" не остановятся ни перед чем. Им наплевать на все, и они пойдут на что угодно, только бы дорваться до власти. Цель оправдывает средства... Значит, отныне на войне - как на войне...