Читаем без скачивания Вкуснотища - Марк Смит

— У меня еще не прошел геморрой.

— Ты пробовала те свечки?

— Мне просто надо некоторое время держаться подальше от анального секса. И все.

— Эти свечки помогают.

— Я больше не намерена заниматься анальным сексом.

Лоно кивнул. Джессика, красивая кореянка, не желавшая больше заниматься анальным сексом, поправила накачанные силиконом груди в тесном кожаном топе и облизала губы.

— Я хочу почаще участвовать в трио.

Лоно кивнул. Вот теперь она начала трезво подходить к делу. Он мог запросить в два раза больше за тройку, а во времени почти не проиграет. Кроме того, как правило, клиенты просто хотят трахнуть друг друга в присутствии проститутки, тогда они возбуждаются сильнее.

— Посмотрю, что можно сделать. Ты не станешь возражать против анального секса в трио?

Джессика кивнула:

— Если придется.

Лоно перевел взгляд на Терику, миниатюрную девушку с крашеными волосами цвета меда.

— А что у тебя?

Терика заерзала на стуле. Она волновалась.

— Я буду заниматься анальным. И согласна на всякие трио, половина на половину и все остальное, что только понадобится.

— Спасибо.

— Но я хочу узнать, можно ли мне в этом году не работать на Рождество.

Лоно пристально посмотрел на девушку. Обычно в подобной ситуации он сразу же разразился бы бранью. Рождество является одним из самых загруженных времен года. Он мог бы выручить с Терики три или четыре тысячи долларов за одну ночь во время праздничной суеты.

— Почему?

— Хочу навестить бабушку в Детройте. Ей девяносто два года.

Джессика метнула на Терику взгляд. В нем читалось предостережение: понапрасну теряешь время, подружка. Но Лоно поразил их.

— Поезжай к бабушке. Так будет правильно.

Женщины обменялись удивленными взглядами. Не то чтобы Лоно имел репутацию жесткого или несправедливого парня, но он неизменно поддерживал высокий уровень профессионализма, что казалось необычным в сфере продажной любви.

— Спасибо, Лоно. Большое спасибо. Просто клево!

Лоно улыбнулся:

— Счастливого Рождества!

Джессика, почуяв витающее в воздухе великодушие, наклонилась к Лоно:

— А еще меня бесит, когда они мочатся на меня.

Лицо Лоно моментально окаменело. Он не выносил «оппортунистов».

— Все легко смывается.

Терика пихнула Джессику в бок локтем:

— Пойдем-ка мы лучше. Сегодня вечером плотный график.

Лоно кивнул и смотрел, как они встали и пошли к выходу. Хотя обе выглядели необыкновенно привлекательно, особенно Терика, напоминавшая при ходьбе дикую пантеру, с ее круглой упругой попкой, обтянутой кожаной юбочкой, Лоно мог думать только о Юки. Его голосовая почта была забита под завязку. Раньше столь сильная загруженность вызвала бы у Лоно только довольную улыбку, но сейчас казалась намертво привязанным к ноге якорем, насильно удерживающим его вдали от любимой. Он хотел только одного: сорвать одежду, прыгнуть в кровать и заняться с ней любовью.

Так было не всегда. Когда вы работаете в сфере продажной любви слишком долго, ваша деятельность может извратить ваш взгляд на мир. Вы уже не отличаетесь от остальных торговцев. Коврики, подержанные машины, доски для серфинга, ювелирные украшения, наркотики, влагалища — все не более чем предмет торговли. Вы перестаете думать о женщинах как о личностях, как о человеческих существах. Они превращаются в товар, предметы спроса и предложения. А секс всегда пользуется спросом.

Иногда Лоно думал о себе как о простом фермере, продающем ананасы вдоль придорожной полосы. Вы находите самый спелый, сочный фрукт и предлагаете покупателю. Если людям ваш продукт придется по вкусу, они готовы будут добираться до вас с другого конца света. Мало-помалу вы обзаводитесь «повторными» покупателями, постоянными клиентами. Вскоре вы завоевываете часть рынка, и вот вы уже в деле.

Конечно, в действительности все не так просто, хотя не требуется быть космическим специалистом, чтобы преуспеть на ниве сутенерства. Обратной стороной медали, если вы удержались на плаву, является коренное изменение вашей личности. Лоно стал считать сексуальное влечение чем-то вроде слабости. Неким изъяном в человеке. Такой чертой, которую необходимо любой ценой искоренить. Сколько добрых христиан совершило прелюбодеяние на его веку, сотни? Сколько браков пошло ко дну от соблазнительного пения его сирен,десятки?

Сколько человек объявили о собственном банкротстве только потому, что потратили все сбережения на потребу своих сексуальных фантазий?

Если проституция и впрямь самая древняя профессия, то в ее основе зиждилось желание, первейшее в мире импульсивное стремление купить. Одно являлось неотъемлемой частью другого.

Лоно не был слабым. Он просто не мог себе позволить подобную роскошь. Если бы он хоть немного проявил податливость, нерешительность или хотя бы на мгновение дал понять, что он вовсе не такой уж и крутой, тогда он поставил бы себя под удар: кто-нибудь мог запросто убрать его, влепить пулю прямо в голову или воткнуть в спину нож, чтобы прибрать к рукам его девочек. В конце концов, дела в этой среде велись не на жизнь, а на смерть.

Лоно представлял, что он один из рыцарей Джедаев в «Звездных войнах», чтобы справиться с психологическим давлением — неизбежным спутником сутенерства. Ему нравилось независимое, бунтарское отношение Джедаев к миру. Оно его вдохновляло. Эти парни совсем не походили на занудных благодетелей человечества из сериала «Стар трек». Джедаи казались образцом хладнокровия и невозмутимости. Кто бы их ни окружал — прекрасные женщины или штурмовые отряды Звезды Смерти, — они неизменно сохраняли хладнокровие. Использовали свои психические способности, чтобы побеждать врагов и оставаться на Пути справедливости. Лоно верил, что его безопасность зависит от этого пути, поэтому он стал как Джедай. Джедай-сутенер. И тут внезапно в его жизнь ворвалась Юки.

Джек с трудом толкал ходунок вперед по проходу, пока не оказался перед ступеньками.

— Ты что, не мог подобрать контору с пандусом, черт тебя подери!

— Позже мы его установим.

Стэнли протянул руку, и Джек неохотно за нее ухватился. А что еще ему оставалось делать, не сидеть же здесь?

— Я не прошу многого.

Джеку хотелось завопить, выплеснуть скопившееся негодование, но он вынужден был сконцентрироваться на этих проклятых ступеньках. Старик поднял одну ногу и затем наклонил корпус, чтобы подтащить вверх вторую. Ему потребовалась целая вечность, чтобы вскарабкаться на две маленькие ступеньки.

— Отсюда великолепный вид. Ты сможешь смотреть на океан.

— Мы на чертовом острове. Тут океан всюду, куда ни ткнись. Это то же, что расхваливать мне нашу контору в Лас-Вегасе только потому, что оттуда видна пустыня.

— А мне нравится океан.

Стэнли обиделся. В любое другое время Джек сразу же перешел бы к нападению, завопил бы на сына, пытаясь закалить его, подготовить к тому дню, когда он станет во главе их дела и бросит вызов всему миру, но сегодня Джек не чувствовал в себе былого воодушевления. Его беспокоили мысли о разъяренном наемном убийце, который вот-вот заявится за своими денежками.

— Дай мне ходунок.

Даже Стэнли почувствовал: что-то изменилось.

— Что, долгий перелет?

— Уйма времени. Я лечу к черту на кулички, а у них в стюардессах одни только старые кошелки.

Под старыми кошелками Джек подразумевал женщин чуть старше тридцати пяти.

— Ты поговорил с профсоюзом?

Джек кивнул:

— Толку от этих придурков никакого.

— Что они сказали?

— Их новый парень, Пол Росси, настоящий козел.

— Они тебе это сказали?

Джек посмотрел на сына.

— Не такими словами. Пришлось читать между строк.

Стэнли тяжело вздохнул. Почему с его отцом так сложно разговаривать? И почему все складывалось просто замечательно, пока его не было поблизости?

— Что он предложил?

— Он отказал.

— Отказал?

Джек кивнул:

— Именно так мне ответила эта ученая важная шишка.

— Ну и что будем делать?

— Я пытался найти альтернативу. Поэтому мне необходимо было послать деньги как можно скорее. — В голосе Джека слышались нотки усталости.

— Какого рода альтернативу?

— Того самого, о котором ты и слышать не пожелаешь.

Стэнли скрестил руки на груди и посмотрел отцу прямо в глаза.

— Пап, я хочу помочь. Но тебе придется ввести меня в курс дела.

— Я не могу.

— Почему?

Джек вдруг понял, что Стэнли уперся как мул, поэтому он резко сменил тему:

— Телефоны подключили?

— Конечно.

— Мне надо позвонить.

Стэнли провел Джека в небольшой кабинет мимо огромного зеркального окна, откуда открывался великолепный вид на деловую часть Гонолулу, покачивающиеся на ветру пальмы и сверкающий вдали океан.