сказал. Якорем зацепило и тащит, а кто, куда…не понятно.
Временем до вечера я решила распорядиться с умом. Убралась, заново разложила вещи. Сердце обливалось кровью, когда складывала все свои рабочие принадлежности в одну коробку и убирала под кровать. Потом за деньги принялась. Распаковала свой тайничок, полный монет и купюр, чуть ли не рыдая, отсчитала сумму необходимую для погашения штрафа. Остальное убрала обратно. Вроде не так уж и мало, но я не обольщалась, потому что притока в ближайшее время не предвиделось, а без него все эти запасы мигом оскудеют.
Нужно было что-то решать. Поэтому я отправилась в город, на поиски места в котором можно было открыть если уж не салон, то хотя бы захудалый кабинет.
И вот тут меня ждало самое главное разочарование этого дня. В том районе, где я хотела бы обосноваться, цены на аренду были заоблачными. Это мне с утра до ночи надо было драть кудри из разных мест у бедолаг, жаждущих стать лысыми и красивыми, и все равно хватит только на аренду, а на жизнь и приятные мелочи не останется ничего.
В более дешевом районе, не оказалось ничего подходящего. Там уже давно все было забито маленькими магазинчиками и лавочками, и когда я спрашивала, а не найдется ли местечка и для меня, тут же получала от ворот поворот и взгляды достойные врага народа и самого недобросовестного конкурента на свете.
Оставался еще один район. Темный, с узкими улочками, над которыми дома смыкались крышами. Вот там было дешево и сколько захочешь. Хоть сто салонов открывай. Вопрос в том, а придет ли кто-то в них. Только стоило мне продвинуться немного вглубь этого царства чудес, как начались проблемы. Лужи, которые не обойдёшь, не прижавшись к грязным стенам, вонь, злые уличные собаки, а вдобавок из тени высунулся какой-то длинный, конопатый дрищ, и дыхнув на меня пивным перегаром, спросил:
— Меня ищешь, красотка?
В общем, бежала я оттуда во всю прыть, подхватив юбки и пинками откидывая с дороги ошалевших собак. А на лужи вообще плевать было.
Так закончился мой бесславных поход за салоном, и к себе я возвращалась заметно приунывшая. Что делать-то, а? Еще дракон этот непонятный…
Глава 12.3
Кай, сказал, что придет семь, но готова я уже была к пяти. В своем прекрасном голубом платье, с прической — вся такая из себя красивая, хотя сначала хотела пойти в повседневной форме и кренделем на голове. Просто в какой-то момент будто из реальности выпала, а когда очнулась, уже крутилась возле зеркала нарядная и глупо хихикала.
Вот что у меня в голове творится? Не плевать ли в каком виде предстану перед драконом, у которого есть постоянная девушка? Он ведь ни слова ни сказал о том, что готов ее оставить ради меня.
Тут же захотелось все бросить, обиженно отвернуться к стене и никуда не ходить. Подумаешь дракон. Что я драконов в своей жизни что ли не видела?
В результате я два часа мотала себе нервы, то успокаивалась, то снова заводилась, и к семи уже была похожа на перманентный бенгальский огонь, который то затихает, то шипит и искриться от любого прикосновения.
Проще было остаться дома и никуда не ходить, но я уже обещала Каю, поэтому заставила себя успокоиться, кое-как выдавила из головы совершенно шальные мысли, села за стол и, подперев щеку рукой, стала ждать.
Семь часов.
Семь десять.
— Так блин…
Семь двадцать.
— Я не поняла блин…
Половина восьмого.
— Что за нафиг блин!
Он меня что продинамил? Сначала сам пригласил, вернее настоял, чтобы пошла с ним, а потом в кусты? Это вообще нормально?
Мой бенгальский огонь раскочегарился на полную, и уже смутно понимая, что делаю я выскочила из комнаты и отправилась на поиски дракона, не думая о том, что он мог быть где угодно. Академия большая — три корпуса учебных, плюс еще два жилых, а еще тренировочные площадки и парк с огромным прудом. Как среди этого всего отыскать Кая я не представляла, но почему-то решила начать с библиотеки.
Дракон ботаном не был, поэтому естественно, что среди стеллажей с книгами я его не обнаружила, впрочем, как на и на полигоне для отработки боевых заклинаний. В лаборатории тоже пусто.
Где он жил — я имела весьма смутное представление, потому что была у него только один раз и то лишь по чистой случайности, когда решила воспользоваться чужим пропуском к порталам. То есть своим ходом я бы точно к нему не попала, а бродить по общаге часами в поисках нужной комнаты — такое себе удовольствие, поэтому я завернула в столовую. Как говорила одна моя подруга в прежнем мире: в любой непонятной ситуации — ешь. Хороший совет, жаль, что попа от него растет и радуется.
Ужин уже почти закончился. Лишь за несколькими столиками сидели студенты, неспешно дожевывая вечерние каши и пироги. В животе заурчало. Я здесь только обедала, а завтракать и ужинать предпочитала у себя, скромно обходясь купленными в маленьком магазинчике продуктами. Но сегодня, со всеми этими переживаниями, мысли о еде напрочь вылетели из моей головы, а желудок протестующе бурлил, возмущаясь таким халатным отношением.
Пришлось взять булочку с изюмом и стакан сладкого имбирного чая, в котором сиротливо плавали дольки лимона и какие-то листики. Мята что ли?
Пользуясь практически полным отсутствием людей, я заняла самый лучший столик возле окна, из которого открывался прекрасный вид на озеро. Обычно сюда не пробьешься, обязательно кто-нибудь прискачет раньше и займет, а сейчас, под самое закрытие, было свободно. Сквозь слегка приоткрытую фрамугу до меня доносился шелест листвы и едва уловимый, умиротворяющий аромат близкой осени.
Хоть какая-то компенсация этого ужасного вечера.
Впрочем, на этом плюсы кончились. Булочка оказалась подсохшей, и единственная изюмина, прожарилась на корочке так, что стала похожа на кусок активированного угля. Чай — слишком уж ядреный, будто не имбиря, а перца добавили.
Грустно отщипывая крошки, я таращилась в окно и думала. О чем — не понятно, мысли то метались как бешеные белки, то напрочь зависали. Со мной происходило что-то странное. И меня это очень напрягало.
— Поговаривают, что Саймон решил вернуться? — раздался голос с улицы.
Услышав знакомое имя, я
