Несмотря на то, что Анджелина и Билли Боб все еще были вместе, в их когда-то тесных и страстных отношениях уже появились первые трещинки, и эти двое, которые когда-то не могли представить себя по отдельности, теперь счастливо преследовали разные цели. Билли продолжал уделять все свободное время группе и часами сочинял песни в своей студии; а его жена тем временем занималась мировыми проблемами. Оглядываясь назад, чтобы понять, когда же все пошло не так, Анджелина вспомнила то время, когда их разные интересы послужили первым толчком, вбившим клин между ними.
«Он был поглощен своей музыкой, а я читала наверху. В моей жизни произошли перемены, и я стала больше интересоваться политикой. Я говорила: „Хорошо, ты собираешься закончить эту песню, а я отправляюсь в Вашингтон, увидимся в понедельник“. А потом две недели спустя: „Ок, я лечу в Сьерра-Леоне и Танзанию…“»
Несмотря на то, что Анджелина и Билли Боб все еще были вместе, в их когда-то тесных и страстных отношениях уже появились первые трещинки. Дело в том, что Билли Боб не разделял намерения Джоли усыновить ребенка.
Учитывая то, что после завершения съемок «Лары Крофт — расхитительницы гробниц» Билли Боб предлагал заключить некое соглашение, по которому они бы всегда были рядом, эти добровольные расставания были плохим знаком. «Когда она снимается в фильме, я должен быть с ней рядом, — говорил Торнтон. — А когда я снимаюсь, она будет находиться рядом со мной. Мы просто хотим подстраховаться, чтобы теперь никогда больше не расставаться, так как ценим время, проведенное вместе».
Еще одной проблемой в их отношениях было то, что Торнтон не проявлял желания сопровождать свою жену в ее поездках в лагеря для беженцев. И хотя это могло объясняться его глубоким страхом полетов, было очевидно, что актер также начинает раздражаться, что его жена тратит так много времени и сил на свои зарубежные вояжи. Его неучастие в этих поездках глубоко обижало Анджелину, и она не могла простить его за отсутствие поддержки с его стороны. «Он никогда не был в лагерях для беженцев, — сказала она. — Я просила его поехать, но он предпочел отказаться. О человеке можно узнать по его поступкам. И иногда эти поступки ранят вас». Но как бы она ни обвиняла его, Джоли полностью отдавала себе отчет в том, что если он остался фактически тем же человеком, за которого она выходила замуж, то сама она изменилась.
«Я обнаружила, что хочу больше знать о мире, о других людях и о том, что в действительности происходит. И я изменилась».
«Как только я получила документы, подтверждающие мое право на усыновление, я решила посетить только один приют и положиться на судьбу», — вспоминает Джоли.
Пусть он и не сопровождал ее в ее поездках в качестве представителя ООН, но Торнтон был рядом со своей женой, когда пришло время усыновить Мэддокса (его настоящее имя Раф Вибол, он родился 5 августа 2001 года). Именно в ноябре 2001 года они с Билли предприняли ту судьбоносную поездку в Камбоджу. «Как только я получила документы, подтверждающие мое право на усыновление, я решила посетить только один приют и положиться на судьбу, — вспоминает Джоли. — Мне сказали, что если я хочу усыновить сироту, то должна буду поддерживать связь с его родной страной, чтобы он знал ее историю.
Когда я приехала в Камбоджу в рамках миссии ООН, я полюбила эту страну, ее людей. Поэтому я отправилась в приют, и там было 15 детей, а Мэддокс был последним малышом, которого я увидела. Он спал, но они положили мне его на руки, и когда он, наконец, проснулся, мы внимательно стали разглядывать друг друга, я заплакала, а он улыбнулся, и все было решено. Ему было три месяца, и мне пришлось ждать результатов анализа на СПИД и гепатит. К счастью, он оказался здоров, но в любом случае он был моим сыном».
Джоли, которая большую часть своей жизни чувствовала себя изгоем, обнаружила, что, когда она встретила этого ребенка, все ее худшие страхи исчезли. Она признавалась, что всегда думала над тем, насколько хорошей матерью она будет, поведав: «Тот дискомфорт, который я ощущала по отношению к детям, проистекал из моего убеждения, что я не смогу сделать их счастливыми, потому что меня называют мрачной личностью».
Мэддокс был последним малышом, которого я увидела. Он спал, и когда он, наконец, проснулся, мы внимательно стали разглядывать друг друга, я заплакала, а он улыбнулся, и все было решено.
Мэддокс был слишком мал, чтобы обвинять ее в чем-то, и этой степени приятия и безусловной любви было достаточно для того, чтобы Джоли почувствовала себя полноценной женщиной. Изо всех ролей, которые эта актриса могла примерить на себя, самой важной для нее была роль матери. С этого момента она больше никогда не оглядывалась назад. Она, наконец, обнаружила, чем ей следует заниматься в жизни — воспитывать ребенка. И, по словам ее мамы, это было то, к чему она всегда стремилась. «Моя мама вспоминает, что я говорила об этом (об усыновлении) с самого детства». И ее детская мечта, наконец, сбылась.
Но, к сожалению, если «материнская» страница в ее жизни была открыта, то глава под названием «Билли Боб» подошла к концу. И как бы ни больно ей было признаться в этом, становилось ясно, что Анджелина будет воспитывать Мэддокса одна.
Когда заключительные стадии усыновления были пройдены и 8 мая официальные органы, наконец, позволили Мэддоксу воссоединиться со своей новой матерью, Джоли снималась в Африке в фильме «За гранью» вместе с Клайвом Оуэном, поэтому Мэддокс присоединился к ней там. В марте того же года Билли Боб и Анджелина последний раз провели время вместе, как раньше, сняв дом в Монреале, пока Билли снимался в фильме «Легкомыслие».
Большую часть апреля и мая Билли Боб находился на гастролях со своей любимой группой, The House of Blues, и когда он в июне вернулся в Лос-Анджелес, то спустя короткое время снова отправился в путь — и это стало точкой невозврата в их браке. Последний раз, как муж и жена, пара встретится 3 июня.
Заключительные стадии усыновления были пройдены и 8 мая официальные органы, наконец, позволили Мэддоксу воссоединиться со своей новой матерью. Джоли тогда снималась в фильме «За гранью».
А когда Торнтон вернется в июле в Лос-Анджелес, он поселится в отеле «Сансет Маркиз», зная, что вряд ли его ждут дома с распростертыми объятиями.
Испытывая не меньшее желание спрятаться от этих болезненных отношений, Анджелина нашла приют в спокойном месте в прибрежном городе Санта-Моника, чтобы уйти от воспоминаний, которыми был наполнен их дом в Лос-Анджелесе. Говоря об инциденте, который положил конец их браку, Джоли сказала: «Последней каплей стало то, что он предпочел отправиться на гастроли со своей группой, вместо того чтобы побыть со мной и Мэддоксом. Я потеряла к нему всякое уважение и поняла, что он просто не тот мужчина, который мне нужен или с которым я хочу быть. Для меня его поведение было неприемлемым и по-настоящему заставило меня задуматься о будущем. Я начала осознавать, что он не хотел брать на себя ответственность и помогать мне воспитывать Мэддокса. Я была расстроена и разочарована. Он оказался не таким, каким я себе его представляла».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
