Отвлекаясь от своих мыслей, она подняла взгляд на женщин и осмелилась задать волновавший ее всю дорогу вопрос.
— Я понимаю, мой вопрос — это удар ниже пояса, но я не могу не спросить по некоторым внутренним причинам. Эти разбойники, они вас… эмм… трогали? — Лу осеклась, все резко замолчали. Пелми и Пола кивнули, Гедонесс, покраснев, сказала, что пытались, но отстали из-за ее особенных дней на тот момент. Первой пришла в себя Пелми, улыбнувшись мудрой материнской улыбкой.
— Это все пройдет и забудется. Мы — женщины взрослые и нас не напугаешь мужскими причиндалами. — Остальные кивнули. Лу удивилась спокойствию женщин. Если бы ее коснулся любой из тех свиней, она бы умерла на месте от омерзения или убила. В общем-то, как раз второе она и сделала. Лу не стала больше лезть в душу девушкам — она итак сделала больше, чем сама от себя ожидала, теперь их очередь спасать себя от внутренних мук и печалей.
Отдохнув и подкрепившись ягодами, девочки поседлали лошадей. Лу пришлось помогать дамам сесть в седло, так как в длинной юбке и упругом лифе не так просто выполнить этот трюк. Затем группа тронулась в путь. Пелми и Руд (гувернантка Хайи) были уверены, что их дорога должна была вывести в город, и предложили двигаться в том же направлении, что и раньше. Рано или поздно, они должны выбраться к какому-нибудь населенному пункту. Лу согласилась с ними, так как в душе не чаяла, где они находились.
Наступала следующая ночь, и вымотанные женщины решились на привал. Вновь расседлав лошадей и привязав их к деревьям, они улеглись на землю, тут же засыпая как убитые. Лу накрыла плечи вальтрапом, защищаясь от ночной прохлады, девочки поступили так же, сестры улеглись в обнимку. Они не стали выставлять дежурных, валясь с ног от усталости. Но даже сквозь вселенское утомление, Лу прислушивалась к лесным звукам, страшась услышать топот конских копыт.
К полуночи она наконец заснула.
Проснувшись уже под рассвет, она поняла, что сильно замерзла. Это, наверное, ее и разбудило. Все тихо спали, лошади были на месте и Лу, успокоившись, снова улеглась, поплотнее закутавшись в небольшой кусок ткани. Она решила использовать это время, чтобы побыть наедине со своими мыслями, и, возможно, разобраться в своих чувствах.
Что же стало с ее друзьями? Знает ли Дарма о том, что произошло, и будет ли он на этот раз рисковать своими людьми, чтобы ее спасти? Лу хотела бы верить, что он бросится к ней на выручку, как только узнает, словно герой из любовных романов. Но какая-то циничная часть ее души подпела, что он мог спокойно отреагировать на такую новость. Решить, что с него хватит геройства, и что Лу сама виновата в своих непрекращающихся бедах, оставив ее самой разгребать свои вечные проблемы. Вот и на этот раз она сама напросилась в этот поход, хотя ей все запрещали. Если посмотреть с одной стороны — она жутко невезучий человек, но, если взглянуть с противоположной точки зрения, — очень даже удачливый. Выбраться из лагеря разбойников самой, убив главаря, и захватить с собой всю их добычу, оставшись целой и невредимой — редкостное везение. Лу улыбнулась. Пусть это будет ее большой плюс в карму. Наверное, ее ангел-хранитель более терпелив, чем Дарма.
Солнце начинало пригревать землю, и Лу растолкала девушек. Отряд тронулся в дорогу. Никто больше не переговаривался — все изнемогали от жажды и голода. Проведя практически целый день в седле, отчаявшись уже найти верную дорогу, девушки увидели на горизонте движение и поспешно скрылись за деревьями, с тяжело бьющимися сердцами. Когда движущаяся точка превратилась в отряд красных мундиров, девушки с огромным облегчением выдохнули и выехали из леса. Отряд, во главе с командующим, окружили девушек, задавая тысячи вопросов, и те терпеливо отвечали. Им дали воды и фруктов, беглянки с удовольствием подкрепились, хотя Лу с бо́льшим удовольствием съела бы кусок мяса или пирога.
Оказалось, что девушки выехали на объездную дорогу к городу, сделав большую петлю, и находились сейчас примерно на середине пути между Фортом и городом, так что в какую сторону им двигаться — было все равно. Все согласились с тем, что девушки пойдут с отрядом, независимо от того, в каком направлении тот двигался. Отряд направлялся в Форт, чему Лу сильно обрадовалась. По словам военных, в городе ничего не знали о нападениях на подъездных трактах, но командование отправило их в этот раз по запасной дороге, не объяснив причины. Лу, нахмурилась, эта причина ей была ясна как день — правительство города наверняка прекрасно знает о нападениях, истребляя с их помощью ненужных им людей, а за это дает возможность грабить. Другой причины Лу не видела, но свои мысли держала при себе, памятуя о способах действия красных мундиров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вновь началась мучительная дорога в седле. От тряски голова Лу разболелась, и она мечтала о привале. Мечты, как правило, сбываются и еще одна ночь прошла под открытым небом, однако на этот раз Лу дали теплый плащ, и чувствовала она себя в безопасности.
* * *
Дарма с силой ударил кулаками о стол, опустив голову к груди, задыхаясь в бешенстве. Он устал переживать за жизнь той, что эту жизнь совсем не ценит. Может, стоит дать ей самой хоть раз выпутаться из проблем, в которые она сама себя заводит? Но тут же почувствовал, как кровь отливает от лица — разбойники не церемонятся с женщинами. Если они ее тронут… Лу может сломаться, а Дарме, как бы он ни утверждал обратное, нравилась ее воля к жизни и неуемная энергия.
Собиан и солдаты смогли добраться до Форта к утру на третий день после встречи с пиратами, уставшие и избитые. Дарма боялся даже допустить мысль о том, что она больше двух суток была в плену мерзавцев. Жива ли она? Со своим характером вполне могло статься, что нет. Но это была вотчина Мадера, его солдаты должны были контролировать дороги. Мадер до дрожи в поджилках боялся усилившегося влияния Дармы, и появление его войска без предварительного уведомления с подачи генерала будет расценено практически как объявление войны. Город волновался, что Форт имеет слишком большую военную мощь. Дарма не сомневался, что разбойников они в упор не видят, зато его отряд заметят сразу. И что ему теперь делать?
Капитан схватил бумагу и, написав короткое сообщение, поставил свою печать и запаковал в непромокаемый пакет. Отослав в город семерых солдат для безопасности, он приказал им взять самых быстрых лошадей и нестись как ветер. К его большому сожалению, большего для Лу он сделать не мог.
Собиан сильно переживал по этому поводу и во всем винил себя. Если бы он не взял ее с собой, этого бы не случилось. Если бы они не стали убегать, а сразу вступили в сражение, возможно, все было бы по-другому. Дарма, согласившись с ним про себя, все же не стал предъявлять обвинений, понимая состояние доктора. Вместо этого он проводил друга до дома и напоил успокаивающим отваром. Только после третьей порции лекарства, душевная боль доктора немного поутихла, и он заснул, нервно вздыхая во сне.
Дарма не знал, куда себя деть. Впервые за долгое время он не выехал с отрядом на истребление нечисти, давая всем возможность отдохнуть, а себе — прийти в чувства. Не стоило идти на рискованное мероприятие, летая мыслями где-то в другом месте. Новость решили держать в секрете, так как Дарма подозревал — половина военных Форта двинется в сторону города сразу же, как узнает о похищении Лу. У него самого руки чесались от желания нестись в лес, но он — капитан и должен был думать и вести себя как капитан, а не влюбленный мальчишка. Но с каким трудом ему удавалось сдерживать себя, было известно только ему.
Глава 35
К полудню следующего дня отряд и беглянки въехали на территорию Форта. Настроение Лу заметно поднялось, и даже совесть стала потихоньку замолкать. Неужели она снова увидит Дарму, Собиана, и Фло! Интересно, какое наказание она понесет на этот раз, хотя, если разобраться, не она полезла в логово разбойников, от нее тут мало что зависело.
