За несколько месяцев руководства правительством та наговорила «километры» интервью, в которых излагала свою версию событий, прежде чем оппоненты успевали открыть рот. В апреле 2005 года группа журналистов «Зеркала недели» во главе с главным редактором Ю. Мостовой взяли у К). Тимошенко интервью, текст которого занял более 50 страниц, где премьер дала ответы более чем на 60 вопросов! Это было, пожалуй, самое объемное, продолжительное и подробное публичное изложение Юлией Тимошенко своего видения почти всех существенных проблем управления государством. Больше таких без преувеличения монументальных интервью она не давала никогда.
Всю вину за значительный рост инфляции, существенно превысивший запланированный уровень, она возложила на предшествующее руководство. Несмотря на то, что зарплаты и пенсии были повышены с января 2005 года и пересчитаны задним числом, Ю. Тимошенко утверждала, что инфляцию вызвали «колоссальные выплаты, которые проводились во время избирательной кампании... Люди получили доплату к пенсии и позволили себе купить хотя бы кусочек мяса. Рынок моментально отреагировал»[215].
Отвечая на вопросы «зеркалонедельцев», премьер нарисовала такой план действий, от которого у многих могло не только испортиться настроение, но и пропасть аппетит. Комментируя, в частности, арест Б. Колесникова, она прямо дала понять, что «в тюрьме должен быть далеко не один Колесников. И далеко не он должен быть первым». Но самым существенным нововведением, на котором настаивала Ю. Тимошенко, была программа реприватизации и дооценки предприятий.
Из интервью Ю.Тимошенко.
«Моя концепция очень проста. Ребята, вы поработали на бесплатной собственности? Заработали деньги? Установили в мире контакты? Накачали мышцы? Пришел момент купить предприятие за реальную стоимость... Нужно принять закон о дооценке предприятий, по далеко не всех. Первое, не трогаем всякие парикмахерские и другой средний бизнес, берем только предприятия с большим объемом производства. Второе, выясняем, был или не был конкурс по этому предприятию... Критерием проведения дооценки предприятий могут стать невыполненные инвестиционные обязательства, Но я вам открою один секрет Полишенеля: никто никогда не вносил инвестиций...»[216]
Л. Кучма в своих записках вступил в резкую полемику с Ю. Тимошенко. Он напомнил, что в стране четыре пятых госсобственности приватизировано за сертификаты, т.е. бесплатно. И хотя возглавляемое им правительство предлагало приватизировать таким образом только 40 % собственности, парламент постановил — 70 %. «К чему эти разговоры о народном добре, которое я будто бы раздал или позволил раздать за бесценок? — негодовал бывший президент. — Этот закон приняли вы, депутаты. Я вас не просил его принимать. Пользуясь вашим законом, всякий у кого имелись мозги, скупал сертификаты и получал за тлх предприятия. А теперь говорят: «Доплатите или верните!» Это беспредел, который может отбросить Украину в средневековье»[217].
В период первого премьерства Ю. Тимошенко сложилась новая конфигурация лагеря её врагов. Если раньше «стан неприятеля» включал главным образом Л. Кучму и его окружение, то с момента инаугурации В. Ющенко и дележа портфелей он пополнился новыми членами: помимо регионалов в него вошла еще и группа любих друзів, ближайших соратников-однопартийцев В. Ющенко — П. Порошенко, А. Третьяков, Н. Мартыненко и др. С ними Ю. Тимошенко расправлялась по-разному: и с помощью риторических разоблачений, и с помощью спецакций.
Отвечая на каверзные вопросы журналистов относительно того, не считает ли она себя виновной в «сахарном» и «бензиновом» кризисах, в процветании воровства российского газа, а также в ухудшении российско-украинских отношений, Ю. Тимошенко ни минуты не раздумывала. Вся вина за экономические кризисы была возложена на П. Порошенко, а за провалы в отношениях между Россией и Украиной — на П. Порошенко и В. Ющенко.
Из интервью Ю.Тимошенко:
«Наше правительство было поставлено в очень тяжелые условия. По сути, центр манипулирования экономикой оказался в руках секретаря Совета национальной безопасности и обороны П. Порошенко. Так что кризисы, которые возникали, были абсолютно рукотворными. Они нужны были исключительно для того, чтобы поставить перед президентом вопрос об отставке премьера...
За все время моего пребывания на посту премьер-министра президент так и не поручил мне строительство российско-украинских отношений. Сначала он хотел их выстраивать лично. Через несколько месяцев ответственным за российско-украинские отношения был назначен секретарь СНБО П. Порошенко. Через два месяца стала очевидна вся бесперспективность его деятельности на этом направлении»[218].
В сентябре 2005 года один из идеологов «оранжевой революции», госсекретарь (эта должность вместо главы Администрации Президента была введена на американский манер вскоре после формирования новой администрации) А. Зинченко выступил с заявлениями о коррупции в окружении В. Ющенко. В числе коррупционеров были названы и три вышеупомянутых политика. Эти разоблачения повлекли за собой разбирательства в парламентской следственной комиссии и в генпрокуратуре. Затем последовали громкие отставки, в том числе и правительства. Тогда многие были уверены, что за спиной А. Зинченко стояла Ю. Тимошенко, которая, однако, не рассчитала силу удара и сама вылетела из премьерского кресла.
Удивительно, как украинские политики-мужчины с первых дней политической деятельности Юлии Владимировны позволяли унижать себя, давали ей возможность оттачивать на себе ораторское мастерство, подтверждали своими неуклюжими ответными действиями миф о её всесилии и праве властвовать. Им удалось убедить почти всех, в том числе и саму Ю. Тимошенко, что их обязанность — подчиняться. Так, например, коррупционные разоблачения А. Зинченко (а фактически Ю. Тимошенко) стоили А. Третьякову должности первого помощника президента. Однако в публичной сфере это его подвигло лишь на мирные психоаналитические размышления: «Юлия Владимировна — вообще странный человек. Она последние 8 лет постоянно воюет. Ни один нормальный человек этого выдержать не может. Начинает меняться психика, способ мышления. Нужно сойти с тропы войны. Нужно как-то оглядеться, даже просто отдохнуть. Юлия Владимировна давно не отдыхала... Ей нужно немножечко душевного равновесия. Может, йогой заняться...»[219]
П. Порошенко, который в молодости был кандидатом в мастера спорта, занимался самбо и дзюдо, видимо, осознавая, что перед ним «на ринге» (или «на татами») — женщина, дама, тоже не позволил себе грубых выпадов: «Вам мешает Порошенко во власти? Привыкли: солнце встало — спасибо Тимошенко, солнце зашло — Порошенко виноват. Вы хотите играть в эту игру? Ну, сделайте Порошенко ответственным за заход солнца, но при этом сформулируйте ваши позиции: здесь мешает Порошенко, но здесь мешает Тимошенко»[220].
Самый тяжелый упрек, который он бросил ей «в лицо», заключался в том, что её «пребывание на посту премьера опасно для экономики и демократии». Однако вся эта беспомощная ирония относительно «блажи обаятельной женщины» никак не соответствовала жестким, конкретным, бьющим наотмашь обвинениям Ю. Тимошенко.
Н. Мартыненко, правда, высказывался более резко, обвиняя премьера в том, что она создает преференции дружеским олигархическим кланам (например, группе «Приват» И. Коломойского) и ужимает весь остальной бизнес, что ею движет жажда власти и что, раздувая антикоррупционные скандалы, Ю. Тимошенко сама погрязла в коррупции[221]. Однако и он не настаивал на публичной полемике, предпочитая отмалчиваться.
Таким образом, информационный и риторический проигрыш её оппонентов превращался для них в серьезные политические и имиджевые потери.
И все же предметом всеобщего внимания и обсуждения стали не столько словесные баталии Ю. Тимошенко с неугодными ей политиками, сколько стремительно ухудшавшиеся отношения между президентом и премьером. Некоторые не без основания полагали, что конфликт был заложен в самом факте назначения Ю. Тимошенко на пост главы правительства. Её властность и амбициозность, чрезмерное самомнение, независимость и претензии на неформальное лидерство не способствовали слаженной работе с президентом. Она не просто пыталась затмить В. Ющенко, но делала это открыто и демонстративно. А учитывая, что каждый из них исповедовал различные (а иногда и взаимоисключающие) принципы и подходы к государственному управлению, конфликт был неизбежен.
Как известно, В. Ющенко впервые заговорил об отставке Ю. Тимошенко еще в мае 2005 года. Однако её правительство продержалось еще несколько месяцев и было отправлено в отставку лишь в сентябре того же года. Пикантной подробностью следует считать то, что буквально накануне, за две недели до этого события, В. Ющенко назвал это правительство лучшим из всех.
