— Хоть какая-то краска на дерево попала или вся на тебе?
Мерзкий оскорбительный смех Майка напоминал царапанье ногтей по доске, и, глядя, как он приближается, Бри рявкнула:
— Я неплохо справляюсь.
Вместо того чтобы уйти, Майк принялся разглядывать результаты ее работы.
— Похоже, понадобится еще краска. Дерево все впитывает.
Она уже это заметила, но у нее не было денег на краску, поэтому она пока не решила, что делать. Он ткнул одну из пустых банок из-под краски мыском дорогого замшевого ботинка, потом отошел, чтобы осмотреть прогибавшуюся полку.
— Почему Тоби тебе не помогает?
— Ты бы его попросил. — Она бросила валик в поднос, обрызгав желтой краской единственные приличные босоножки.
— Могу и попросить. Где он?
Если бы Бри не злилась так сильно, она не ответила бы.
— В доме по соседству, в компании моей новой лучшей подруги.
— Он должен тебе помогать. — Майк выбрал банку с медом из коробки, стоявшей на земле, вложил вместо нее банкноту и вернулся в машину.
Когда «кадиллак» отъезжал, она почувствовала, что вся дрожит. Один вид Майка причинял боль, вызывая неприятные воспоминания. Ничто в ее жизни не складывалось с того самого вечера, когда он выследил ее с Дэвидом.
Несмотря на то что заднюю стенку ларька она не трогала, краска все равно кончилась. Когда Бри возила кистью по дну банки, «кадиллак» появился снова: рядом с Майком на пассажирском сиденье с мрачным видом сидел Тоби. Майк опустил стекло в машине, когда тот выходил.
— Он забыл, что сегодня должен помогать тебе.
Мальчик так яростно хлопнул дверью, что стало ясно: он ничего не забывал.
Майк вылез из машины и, обойдя ее, приблизился к багажнику.
— Давай, мальчик, помоги мне.
Хотя Тоби было всего двенадцать, Бри не понравилось, что к нему так обратились. Дэвида как-то уволили с одного из кораблей, когда он повздорил с пассажиром, назвавшим его «мальчик». Но Тоби беспрекословно послушался. Боялся ли он его? Она уставилась на две банки с краской, которые Тоби вытащил из багажника.
— Это еще что?
— У тебя кончилась краска. — Майк достал из багажника еще ведро для краски, пару кистей и новый валик. — Я купил еще. Мне это несложно.
Она вся напряглась.
— Я не хочу, чтобы ты покупал мне краску. Я вообще не хочу, чтобы ты мне что-нибудь покупал.
Он пожал плечами и повернулся к Тоби.
— Давай их откроем.
— Нет, — произнесла она. — Краска отправится назад вместе со всем остальным.
Тоби бросил на нее исполненный отвращения взгляд, схватил отвертку, которую она оставила в грязи и вставил под крышку.
— Тоби, я не шучу. Не открывай ее…
Крышка щелкнула.
Бри никогда не могла заставить кого бы то ни было поступать так, как хочется ей. Она не могла заставить Тоби слушаться или Майка — оставить ее в покое, как и не смогла сделать Скотта верным мужем.
Майк налил краску в лоток.
— Тоби, бери кисть и начинай наносить второй слой.
Тот и слова не сказал. Он и простейшую ее просьбу выполнить не мог, зато когда слышал приказы осла-расиста, сразу превращался в образец послушания.
— Я бы и сам тебе помог, — произнес Майк, — но… — Он пафосно указал на свои безупречные серые летние брюки. — О черт. — Он схватил валик, макнул его в масляную краску и приступил к работе.
Происходящее приводило ее в бешенство, но Бри не знала, как положить этому конец. Майк Моуди совал нос туда, куда его не просили, как и всегда.
— Хороший цвет, — сказал он.
Ей цвет тоже нравился, но она не собиралась вести светскую беседу.
— Не стой рядом со мной, — резко сказала она. — От тебя разит одеколоном.
Ей наконец удалось задеть его самолюбие.
— О чем ты говоришь? Ты знаешь, сколько стоит этот парфюм?
— Хороший вкус не купишь, Майк. Так же как и хорошие манеры.
Тоби бросил кисть, его лицо побагровело от злости.
— Почему ты не можешь разговаривать с ним вежливо?
Майк решил не упускать представившуюся возможность.
— Думаю, я бы чего-нибудь выпил. Как насчет этого, Бри? У тебя есть в доме лимонад или что-то еще? Мы бы глотнули холодненького и тут же остыли.
Но охладить пыл требовалось лишь Тоби и Бри. Нарочитое дружелюбие Майка оставалось неколебимым. И тут же он прекратил покраску. Не потому, что она этого хотела, а потому что заметил, как к дому приближается пикап. Этот грузовик он явно узнал, потому что побежал к дороге, размахивая руками.
Широкая профессиональная улыбка осветила его лицо, когда грузовик поравнялся с ним.
— Джейсон, старина, — произнес Майк, обращаясь к длинноволосому парню за рулем. — Ты знаком с Бри Ремингтон?
Ее звали Бри Уэст. Уже десять лет никто не обращался к ней как к Бри Ремингтон.
Парень кивнул ей. Майк положил руку на капот грузовика.
— Бри сейчас продает мед Майры. Держу пари, твоя мама будет счастлива, если ты привезешь ей пару банок. Все знают, что мед Майры помогает от мигрени.
— Конечно, Майк.
Так и прошла вторая половина дня: Майк то красил, то останавливал машины и приводил к ней покупателей. Она старалась держаться от него как можно дальше. По опыту знала: за все добрые дела, которые делает Майк Моуди, потом придется расплачиваться.
К концу дня ларек засиял двумя слоями масляной желтой краски, а она продала восемнадцать банок меда, но когда Майк направился к машине, она не смогла выдавить ни слова благодарности.
Люси поймала себя на мысли, что ждет Тоби, когда выдергивала сорняки вокруг крыльца. Они три дня не виделись, с тех пор как его увез Большой Майк. Она решила заехать к соседям и проверить, как у него дела. Хотя и ежедневно каталась на велосипеде, но почти неделю не ездила в город, и ей нужны были продукты. Когда вернется, то возьмется за работу. На этот раз без шуток. Вместо того чтобы думать о написании книги, она просто сядет и займется этим.
Решив не сокращать путь, она поехала по главной дороге и, поворачивая, заметила ларек, теперь уже не грязно-серый, а солнечно-желтый. На полках стояли банки с золотистым медом, а Бри рисовала затейливую лошадь, как на детской карусели, на деревянной табличке в форме вигвама. Приблизившись, Люси прочитала надпись, сделанную ярко-синими буквами.
«Мед с карусели
Лучший на острове
От нашего меда ваша жизнь закрутится быстрее».
Тоби сидел на скамейке с кислым выражением лица, глядя на Бри и болтая ногами. Когда Люси спрыгнула с велосипеда, Бри отложила кисть. Одну щеку она испачкала ярко-розовым, другую — лаймово-зеленым. Топ без рукавов обнажал руки, на одной из которых красовался большой красный волдырь, окруженный бледной веснушчатой кожей.
