это никак не отразится на Васе.
Он взял ее за подбородок и поцеловал.
— Ты так ничего и не поняла.
мы выпускаемся в осень
До конца отпуска они колесили по стране, нарочно останавливаясь в самых нетуристических местах. После сцены в машине они поссорились лишь однажды.
Андрей как будто потерял интерес к своему каналу. Не сделал ни одного выпуска, не писал статьи, только лишь изредка выкладывал текстовую рекламу на возмущение подписчикам. Софья хоть и не понимала, как работает блог, но все же чувствовала неладное.
Отгадка оказалась простой.
— Ты была права. Тут горячая вода-то не везде, а я со своей рекламой гаджетов за три зарплаты. — Андрей запустил скомканную пачку сигарет в стену номера с пожелтевшими от старости обоями.
Софья пыталась пробормотать, что не бывает плохой работы, но Андрей остановил ее насмешливым хмыканьем.
— Это другое. Ты же не делаешь ничего дурного. — Ей не нравилось, что приходилось отбиваться в ответ на попытку помочь.
— И ничего хорошего. С тем же успехом я мог бы проматывать наследство. Или же быть альфонсом. Хотя нет, не мог бы. Рожей для альфонса не вышел. Да и у тебя из имущества только домик в деревне. Если вообще со мной останешься.
Почуяв упрек, она только развела руками:
— Мне тебя разубеждать или что?
Что-то в ее тоне заставило его отвлечься. Андрей сгреб ее в охапку и принялся щекотать — но не играясь, а как-то отчаянно, зло, не давая ей продыху.
Не выдержав, Софья укусила его за ладонь. Он вскрикнул от неожиданности и затряс рукой.
— Сдурела?
Она поднялась, отдышалась и, приглаживая волосы, выдавила:
— Нужна груша для битья — иди в секцию. Я в два раза тебя меньше. Это подло, Андрей.
Он уперся взглядом в пол:
— Ты права. Прости. Кажется, у меня кризис среднего возраста.
— Больше похоже на подростковый. — Она приблизилась чуть с опаской. — Андрей, если ты выгорел, если хочешь менять профиль, то меняй, но постепенно. Глупо рубить сук, на котором сидишь.
— Ты же срубила.
— Я за него и не держалась.
— А я, Сонь? — Он выглядел совсем поникшим.
Софья прижала к себе его голову и пробормотала куда-то в макушку:
— Все будет хорошо.
* * *
Стоило им переступить порог квартиры, как рабочая суета захватила обоих. Ей на почту прилетело письмо с корпоративного адреса, в котором педсоставу предлагалось явиться на собрание ровно в восемь аккурат в день выхода из отпуска. Тон письма был учтивым, но и крайне требовательным.
На время отпуска Софья благоразумно заблокировала оповещения из рабочего чата, поэтому ужаснулась количеству сообщений, суть которых сводилась к следующему: кандидатуру Николая Александровича не одобрили, так что они получили нового директора — человека со стороны.
Софья вздохнула: что ж, план Николая Александровича был слишком хорош для правды. Но все же ее адрес из рассылки не удалили, а это дает надежду, что она все еще работает — вопрос лишь в том, как долго?
На входе в учительскую Софья чуть притормозила у большого зеркала. Лето пошло ей на пользу. Сейчас она даже понимала, что имели в виду те, кто называл ее энергичной. Сейчас она и чувствовала себя такой.
Заседание № 1 от 26.08.2024
(протокол собрания)
Василий Степанович. Все собрались?
Николай Александрович. Коллектив в полном составе.
Василий Степанович. Благодарю, Николай Александрович. Наслышан, наслышан! Рад встрече! Меня зовут Никитин Василий Степанович. Любить и жаловать не обязательно, а вот слушаться, боюсь, придется. Представьтесь, будьте добры.
(Идет отчет — см. список сотрудников.)
Анна Васильевна. А вы нам о себе не расскажете?
Василий Степанович. Не буду вас утомлять, в моей биографии нет ничего интересного. В компетентности можете не сомневаться, иначе бы я здесь не оказался, верно?
Анна Васильевна. И все-таки…
Василий Степанович. Все личные вопросы после собрания. Давайте к повестке. Вынужден констатировать, что нам предстоит большая работа: школа отстает по целому ряду показателей эффективности, что категорически не устраивает руководство и, конечно же, меня.
Анна Васильевна. А по каким показателям, можно узнать?
Василий Степанович. Прежде всего страдает дисциплина.
Анна Васильевна. Да как будто где-то она в порядке!
Василий Степанович. Начать стоит с малого. Я считаю необходимым обязательное внедрение формы на всех этапах обучения.
Анна Васильевна. Помилуйте, конец августа на дворе! Родители нас лично распнут, если им сейчас об этом сказать.
Василий Степанович. Я не договорил, Анна Валерьевна. Впредь, будьте добры, соблюдайте субординацию. Не знаю уж, как было раньше, но здесь вам не место для переругиваний. В целях более эффективного взаимодействия, естественно. На месяц установим период «форменных каникул». При этом весь педсостав должен быть ориентирован на то, чтобы стать примером для школьников. Мы сформируем рабочую группу для разработки нового устава. Вывесим здесь же, в учительской, и снаружи, у зала. Совершенно серьезно вам говорю, без всякой иронии: ослушание будет караться вычетами из зарплат.
Педсостав. Да куда ж еще вычитать?
Василий Степанович. Пункт два: гражданская инициатива, которая находится в плачевном состоянии. Кто ответственный за линейки? Вам и поручаю представить мне к 30 августа сценарий с патриотической составляющей. В этом году было десятилетие крупного события, а у вас хоть что-то проводилось тематическое? Вот видите, куда же это годится? Кого вы воспитываете? Насколько мне известно, в предыдущем учебном году у школы был целый ряд проблем с учениками, которые, очевидно, не прониклись достаточным уважением к образовательной системе. Мы должны проявить себя как быстрореагирующее конкурентоспособное заведение — как в глазах родителей, так и администрации. План патриотического выступления следующий:
(См. доп. файл с пунктами плана.)
Василий Степанович. Так же обращаю ваше внимание на то, что в школе произошло вопиющее нарушение. В течение целого полугодия отсутствовало преподавание дисциплины, предусмотренной программой. В ближайшее время вам будет представлен новый сотрудник. Собрание окончено. Все свободны, кроме Софьи Петровны.
Софья и Василий Степанович прошли в кабинет директора. После Елены Георгиевны кабинет значительно преобразился: сделали приличный ремонт, поменяли окна, появилась новая техника, хорошая мебель, даже портрет над столом сменился на более свежую версию.
Василий Степанович сел в кресло директора и указал ей место напротив. Софья присмотрелась к новому начальнику. Лет пятидесяти, занимается собой, скорее всего, ходит и в зал, и в салон. Поджарый, руки с маникюром, дорогие часы, отлично сидящий костюм. Он выглядел хорошо, даже слишком хорошо для школьного директора. Василий Степанович более всего походил на преуспевающего
