– Чудовищно? Ужас холодит кровь? Да, они таковы, и их облик пугает непосвященных. В этом трагедия. Люди отторгают все чуждое, не учитывая, что в уродливой оболочке может биться доброе сердце. Тот, кто отваживается помогать отверженным, сам становится таким. Так было и со мной… Ты видел, Андрей, пленники Зазеркалья еще не могут выйти на свободу, – голос жрицы звучал искренне и проникновенно, – я не могу играть так, чтобы разбилось стекло. Не хватает сил, твоих сил.
– Они принесут зло?
– Нет. Они просто хотят вырваться из зеркального плена, снова стать людьми, жить, любить, восхищаться этим прекрасным миром. Я открыла тебе всю правду, Андрей, ибо ты должен согласиться со мной не только на словах, но и в душе, иначе предначертанное не исполнится. Итак?
– Да.
– Призываю в свидетели великие силы, правящие Вселенной! Все, что происходит здесь, делается добровольно и без принуждения! Поднимись же ко мне! – Ведьма подала руку, и Андрей запрыгнул на алтарь. – Отдай мне мою силу!
Кто бы мог подумать, что я буду вот так спокойненько сидеть в стороне и наблюдать за бесчинствами коварной ведьмы?! Но странная истома уже завладела моим телом, каждое движение давалось с трудом, и мне оставалось только безучастно созерцать финал этой мистической драмы… Они стояли друг против друга, протянув навстречу раскрытые ладони. На кончиках пальцев Андрея замерцало голубоватое свечение. А дальше началось совсем невообразимое – между их ладонями стали проскакивать длинные искры, даже, пожалуй, самые настоящие молнии! Казалось, что, когда это светопреставление закончится, на алтаре останется лежать минимум одно обгоревшее тело. Вот погасла последняя вспышка, и стало видно, как живой и невредимый Андрей, отклонившись назад, медленно опускается на колени. Вдруг я совершенно не к месту и не ко времени позавидовала гибкости его тела и решила с начала учебного года записаться в какую-нибудь спортивную секцию. Потом возник другой, более актуальный вопрос: если Андрей не погиб во время этого фейерверка, то что с ним будет дальше? Вдруг жрица и в самом деле проникнется гуманизмом и сохранит ему жизнь?
– От живого к живому, – пробормотала ведьма и спустилась на землю. Окончательно пришедший в себя Андрей попытался последовать ее примеру. Она обернулась. – Ты куда, голубчик? Твое место здесь.
Великая жрица Зазеркалья торопливо привязала Андрея к алтарю, а затем поманила кого-то рукой. Из мрака пещеры вышли четверо. Хотя их лица скрывали капюшоны, я узнала всю компанию. Это были Машка Черная, Борис, Сережка и… Петька! Значит, поймали и его. Покорные, лишенные воли, они опустились перед ведьмой на колени. Злость вернула мне способность действовать. «Будь что будет», – подумала я, выбирая булыжник поувесистей. План был прямолинеен, как взлетная полоса, – подкрасться к ведьме со спины и стукнуть ее по затылку. Посмотрим, защитит ли ее колдовская сила.
– Горячая кровь скрепит чары! – провозгласила она, сорвав капюшон с головы Сережки. – Готовьтесь к смерти.
– Это нечестно! Нечестно! Вы же обещали не причинять им вреда! – Андрей дернулся изо всех сил, пытаясь освободиться.
– Я никогда не выполняю обещаний, – усмехнулась ведьма. – В Зазеркалье нет таких понятий, как правда и честь.
Я быстренько выбралась из своего укрытия и осмотрелась – коридорчик оканчивался лестницей. Должно быть, она вела в святилище духов Зазеркалья. И тут на пути возникло нечто зловонное и холодное, а спустя мгновение зомби уже тащил меня к алтарю…
– Вот мы и встретились, Зинаида. Я знала, что такие сообразительные ребята сумеют найти дорогу. Не правда ли, интересный спектакль? В нем есть небольшой эпизод для тебя. Но позже. Сейчас – выход Андрея.
Ведьма направилась к алтарю и извлекла из-под плиты самый настоящий, увы, не бутафорский меч. Андрей уже оставил попытки освободиться и внешне спокойно наблюдал за происходящим. Злодейка взяла меч обеими руками, примерилась и медленно подняла его над головой:
– Твой череп станет новым кирпичиком моего алтаря!
И вновь, уже во второй раз за последние несколько часов, я зажмурилась, боясь увидеть смерть, и тихо-тихо прошептала:
– Прощай, Андрей…
Звон струны разорвал зловещую тишину храма. Открыв глаза, я увидела, как все, даже державший меня зомби, повернулись навстречу вышедшей из мрака высокой черноволосой женщине.
– Не обижай моего внука. Мальчишке еще может понадобиться его непутевая голова.
Это была Марфа! Да, да, да, именно она – живая, невредимая, да еще завладевшая бесовской скрипкой! Я запрыгала бы от радости, но тяжелые лапы зомби прижимали меня к земле. По лицу ведьмы скользнула тень удивления:
– Я же послала огонь…
– От него несложно укрыться в подземелье.
– Значит, ты умрешь чуть позже, только и всего. – Опущенный было меч вновь оказался в опасной близости от длинной шеи Андрея. – Но сперва – он!
– Я вполне проживу без внука, а вот ты без скрипки пропадешь, ведь только с ее помощью можно освободить духов Зазеркалья. Где в наше время найдешь мастера, который сделал бы инструмент, подобный этому? Но его так просто разбить.
– Интересный подход. – Ведьма снова опустила меч, раздумывая, как бы выпутаться из неприятного положения. – Хорошо. Отдай инструмент, и уходите с миром. Все кончено, и нам нечего делить.
Женщины медлили, не доверяя друг другу. Внезапно хватка зомби несколько ослабела – видимо, занятая своими проблемами жрица перестала контролировать его поступки. Я обмякла, расслабилась, а когда лежавшие на моих плечах ладони мертвеца разжались, плюхнулась на землю и кубарем покатилась ей под ноги. Екатерина Юрьевна не производила впечатление ловкого человека, но завладевшее ее телом чудовище наделило библиотекаршу великолепной реакцией и нечеловеческой силой. Ведьму не удалось сбить с ног, она легко уклонилась от удара, а потом в сантиметре от моего уха просвистел, рассекая воздух, меч… Боли не было, но по руке обильно заструилась горячая кровь.
И тут зазвучала музыка. Негромкая, спокойная, не похожая на жуткую мелодию, раскалывавшую вдребезги зеркала, но не менее странная и непривычная. На скрипке играла Марфа! Ведьма уронила меч, замерла, обхватив себя руками за плечи. Сквозь плотную фигуру Екатерины Юрьевны начала просачиваться дьявольская синева. Вскоре Екатерина рыхлым мешком осела на пол, а вышедшая из ее тела Синяя Скрипачка направилась к Марфе.
– Как? Почему? – повторяла она, подходя все ближе. – Ты же не можешь играть, как я!
– Смотрите, – прошептал Петька, – смотрите на зеркала…
Двенадцать зеркальных стекол на глазах теряли блеск и прозрачность. Вскоре они превратились в шершавые черные листы, похожие на обгоревшую фанеру. А Марфа все играла и играла, не останавливаясь ни на секунду. Жрица Зазеркалья, затравленно озираясь, отступала к алтарю – ей некуда было бежать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
