Мы подъезжаем к одному из элитных ночных клубов. Молча прохожу за тем, кто меня привез через зал. Здесь извиваются девушки на шестах. Совсем без одежды. Многие отправляются в ВИП-комнаты. Явно обслуживать клиентов.
Сердце пропускает удар. Зачем меня Марат сюда приказал доставить? Неужели хочет… Отправить сюда? Ну нет. Я буду сопротивляться! Если нужно, придется снова убегать!
Напрягаюсь. Сканирую глазами помещение, пытаясь определить, где здесь может быть второй выход.
Прохожу за водителем дальше. На второй этаж.
Он открывает передо мной одну из дверей.
Там, за столом, в полумраке, сидит Марат. И не один. С какие-то мужчинами. Среди них замечаю того, кто был у него на завтраке. Филипп, кажется.
– Спасибо, друг. Думаю, мы все решили.
Произносит Марат, глядя на него.
Все тут же поднимаются со своих мест.
Уходят, даже на меня не глядя.
Мы остаемся с Маратом вдвоем…
– Ты голодна, Алмаз?
Марат поднимается во весь свой исполинский рост.
Только отрицательно дергаю головой, шумно сглатывая.
Марат обходит меня, задевая своим телом. Запирает дверь, проворачивая ключ в замке.
Возвращается. Становится совсем рядом.
И…
Вдруг резко срывает с меня шубу. Дергает платье обеими руками. Отшвыривает ошметки ткани в сторону.
Хищно скользит взглядом по моему почти обнаженному телу. Накрывает руками тонкие чашечки бюстгальтера. Один рывок, и от него ничего не остается.
Вздрагиваю. Рефлекторно дергаю руками, пытаясь прикрыться.
Но Марат дергает головой. В его глазах сейчас такое пламя, что мои руки послушно опускаются. Просто повисают.
Он отходит всего на шаг. Наконец я могу жадно глотнуть воздуха. Но тут же возвращается снова. Опаляя меня своим горящим взглядом.
– Остальное сама, Алмаз. Снимай.
Бьет по всем нервным окончаниям хриплым голосом.
Глава 18
Медленно наклоняюсь. Снимаю чулки. Неторопливо скольжу по ногам, скатывая их вниз.
Так и не отрываю от Дикаря пристального взгляда.
Не потому, что пытаюсь быть сексуальной или соблазнить.
А просто меня как будто парализовало. Замедлило. И глаз не могу отвести от его!
Замечаю, как вспыхивают его глаза! Темным. Порочным. Тягучим.
Как начинают яростно раздуваться его ноздри, а дыхание становится рваным…
И меня будто ударяет. В самый низ живота
… Опаляет его диким возбуждением, каким-то звериным желанием.
Вижу, чувствую, он хочет побыстрее. Его челюсти сжимаются. На виске бьется вена.
Но Марат не торопит. Не подгоняет.
А я…
Между ног разливается жар. Пальцы, наоборот, становятся ледяными.
Не замечаю, как задеваю ногтем чулок. И кожу на ноге царапаю до крови.
Не замечаю. Не чувствую. Будто ничего не существует. Кроме этого его дикого взгляда. И срывающегося жадного дыхания.
– Иди. Ко мне.
Марат не дожидается, когда я справлюсь с трусиками.
Просто дергает меня на себя. Прижимает к разгоряченному телу.
Его жар я ощущаю даже сквозь рубашку.
Резко дергает тонкое кружево, отшвыривая его в сторону.
Прижимает меня так крепко, что я чувствую его дико напряженное желание. Чувствую его ребра.
Проводит пальцами по щеке, напряженно глядя прямо мне в глаза. Вдруг резко разворачивает, вышибая из меня дыхание .
Опрокидывает животом на стол, сметая с него остатки посуды.
Слышу за спиной гортанное рычание.
Чувствую его обжигающее дыхание прямо на позвоночнике!
Марат с силой сжимает мои ягодицы. Накрывает ладонями так, что я сжимаю зубы. Наверняка останутся следы его пальцев, но…
Это не самое страшное… Он резко раздвигает их. Проводит с нажимом пальцем между ними, останавливаясь у самого тугого колечка.
Я вся сжимаюсь, но он продолжает. Резко погружает палец прямо вовнутрь, вышибая из меня тихий стон.
Меня прошибает потом. Так сильно, что он выступает каплями на лбу.
Ощущение легкой рези. Палец Марата растягивает тугое отверстие так сильно!
Но…
Это еще не страшно. Наоборот.
Какое-то странное чувство волнами пробегает по позвоночнику! Охватывает низ живота, заставляя меня сжаться .
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Что будет, когда он возьмет меня там? Его член просто огромный! А я…
Я не могу зажиматься. Не могу ему отказать! Я сама назвала условия! К тому же, после прошлого раза, который не удался по моей вине…
Закусываю губу. Медленно выдыхаю сквозь сжатые зубы. Заставляю себя перестать сжиматься… Позволить ему…
Но Марат толкается пальцем сильнее. Глубже. Добавляет второй, и я чувствую, как из глаз начинают лететь искры!
Марат глухо рычит, раздвигая мои ягодицы сильнее.
Но мучительная растянутость исчезает.
Чувствую, как там, в узком месте, все просто горит от его пальцев. Оно судорожно сжимается.
Пальцы Марата еще пробегают между ягодицами. Мнут сами полушария, выбивая из меня тихий вздох.
Странные ощущения. Острые. Очень. Очень горячие.
Но одновременно мне и дико страшно, что он меня возьмет прямо туда! Вот так. Без подготовки…
Но Марат резким рывком переворачивает меня. Усаживает голыми, все еще горящими от его рук, ягодицами на стол.
Его руки везде.
Челюсти сжаты так, что воздух выходит с легким свистом.
И это пламя. Пламя в его глазах. Оно становится совсем черным.
Опять? Опять что-то не так?
Он не отводит от меня взгляда, а у меня, как всегда, вышибает дух от его глаз.
Медленно проводит пальцами по щеке. Почти размазывает губы.
Скользит вниз. По шее. Жестко обхватывает грудь, начиная грубо, до легкой боли, мять соски.
– Тебе кроме одежды передали украшения, Алмаз. Почему ты их не надела?
Вдруг разрезает накаленное между нами пространство его хриплый голос.
Не сразу понимаю, о чем он. Какие украшения? Странный вопрос. Хотя. В такой ситуации, наверное, любой вопрос был бы странным.
– Я. Спросил тебя. Алмаз.
И снова это черное пламя в его невозможных глазах!
– И зачем ты так ерзаешь попкой по столу! Все-таки хочешь, чтобы я взял тебя именно туда?
– Ннет, – отчаянно мотаю головой, и тут же прикусываю губу.
Условия ведь были такими, что « нет» я сказать не имею права! Никогда. Ни в чем!
– Нет?
Густая черная бровь летит вверх.
Марат наклоняется к моему лицу. Близко. Очень близко.
И мне хочется отшатнутся. Кажется, теперь я по-настоящему разозлила зверя!
Но…
Огромным усилием воли я заставляю себя не дернуться назад!
– Как скажешь, Марат . Как тебе будет угодно.
– Это уже лучше, – кивает, снова сжимая мой сосок. Перекатывает его, напряженный, болезненно затвердевший, между пальцами.
Жадно окидывает взглядом мой живот, и внутри все сжимается. Начинает покалывать вспыхивающими искрами. Между ногами вдруг становится невыносимо жарко. И так мокро!
От одного вот этого взгляда!
Кажется, даже перед глазами все плыть начинает!
Не замечаю, как откидываюсь назад. Опускаю локти на стол. Откидываю голову.
Подставляю себя для него еще сильнее. Открываюсь. Распахиваюсь.
А Марат все продолжает терзать мои соски.
Теперь уже сжимая обеими руками. Катая между пальцами оба соска. То сжимая сильнее, от чего с губ слетает судорожный хрип, то отпуская…
– Так где украшения, Алмаз?
– Прости. Я… Я просто их забыла.
Это правда. Даже не обратила внимания, что они там есть. Так сильно нервничала, когда он меня вызвал к себе!
– Женщина? Забыла про украшения?
Марат буравит меня взглядом, не останавливая своих уверенных жадных рук. – Серьезно?
Я только ахаю.
Взгляд начинает расфокусироваться. С трудом вообще понимаю, что мне говорит Марат.
Как ни пытаюсь сопротивляться, а каждое его прикосновение, вызывает во мне просто бурю. Сумасшедшую гамму ощущений. Горячих, диких. Обжигающих ощущений, которые накрывают меня с головой. Волна за волной. С каждым разом все сильнее!
