Удобства при комнате мужа спартанские, но ничего, главное — горячей воды вволю. Справились. А для сибаритства у нас теперь мыльни есть. Про былые планы уединится в малом бассейне мы не заговаривали, слишком устали оба, но я, похоже, приобрела идею фикс. Настойчивую такую. Теперь массажик и спать. На плотские утехи сейчас, после ссоры с Бови, едва ли запала хватит. А вот утром…
А утром уже вся крепость знала о нашем новом статусе. Тишка и Дораш неустанно хвастались и гордились, что видели метку. Пришлось предъявлять вещдок сначала Варнае и всем, кто при кухне, потом Баду и Дуку, да и потом желающие нашлись, некоторые даже трогали благоговейно. Я позволяла не ропща. С точки зрения Витто, это было чрезмерно демократично, но, я думаю, что он неправ. Всем приятно прикоснуться к отмеченным богиней, любому душу согреет сопричастность к чуду.
--
1) Го́йко Ми́тич (серб. Гојко Митић, р.1940) — югославский и сербский киноактер, режиссер и каскадер, стал знаменитым как исполнитель ролей индейцев.
Часть 16
На кухне, под твердой рукой тетушки Варнаи, все шло своим чередом. Моего вмешательства не требовалось, ведь мы все спланировали с ней на перспективу в пять дней. Я уже и забыла, как это удобно — жить по графику, а не в режиме бесконечного экспромта с невнятной вводной. Можно было и не спускаться так рано, но ответственность, чтоб ее, пересилила даже очарование утреннего Витто.
Зато нашлось время потискать Тишку. Ментально мы всегда на связи, по любому поводу и без, но обняться как следует, это же совсем другое! Тем паче, что чувство вины перед боженёнком, все же ныло где-то под сердцем — бросила маленького, увлеклась своими чувствами.
— Вама! Ну ты и глупая! — Тит улыбался, но немного грустно, — Сиштира специально так устроила, разве ты не поняла? — конечно, не поняла, где я, а где промысел божий? — Сестра хотела, чтобы ты меньше со мной нянчилась, но, я не в обиде. Она все правильно придумала, — и вздохнул тяжко, аж мои любимые конопушки подпрыгнули. — Надо взрослеть.
И ведь не хочется ему взрослеть, бедолажке. Или это мне не хочется, чтобы он взрослел?
— Да я и не нянчусь вроде. Скорее, это ты меня опекаешь. Да разве я в степи справилась бы без твоей помощи? Без поддержки твоей сестры и без Рушата? Да ни за что!
— Ну, как есть, глупая! Вама, — боженёнок даже встряхнул меня чуток, — Ишти за свое радела. Это не она тебе помогла, а ты ей. Можно сказать, вековые мольбы степняков отработала. И Рушат доволен: он говорит — ты земная, он таких любит.
Это точно, земнее некуда, точнее, приземленнее. Мда…
— А тебе, солнце, с этих хлопот какой интерес? Одна докука!
— Ха, лучше такая докука, чем вековая скука! Ты все про пещеру думаешь, а про остальное время как-будто не помнишь. Да я никогда в жизни от степи столько силы не получал! Ты не поверишь, степняки радовались тебе, а прилетало мне! Так здорово!
Ударил гонг к завтраку и Тит ускакал на раздачу — у него обязанности. Ну и заодно подначить народ славить Раштита, не без этого. Тит опять выглядит как ровесник Дораша. Стал повыше и помосластей, лицо похудело, но, слава солнышку, конопушки сохранились. Образ младшего легкомысленного братика, надетый ради поднятия престижа юного степняка среди соплеменников, развеян. А мне очень жаль расставаться с тем золотисто-мимишным, чуточку непутевым очарованием.
За общим столом, все еще носящем гордое название офицерского, уже сидел недовольный Бови. Видать, Варная сумела поставить арийца на место — либо голодай, либо ешь вместе со всеми. Кремень-женщина! Уважаю! Жила бы в России, непременно была бы казачкой. Сибирской.
Жаль, но придется потерпеть этого козла еще один денек — быстро собрать его не удастся, а выгонять из крепости на ночь глядя, себе дороже, растрезвонит на все королевство, что хозяйка «Лунного пика» — негостеприимная невежа.
Ну, там, где арийцу плохо, русскому хорошо! И без того чудесное настроение стало неприлично чудесным, и фигушки мне его кто-нибудь испортит! Утро с Витто было, скажем так, познавательным. Потом люди вокруг так за нас радовались, а Тишка напитал своей солнечностью… И дать все это испоганить какой-то кислой арийской роже? Щаз!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А потому — игнор, игнор и еще раз игнор. Да легко! У меня дел невпроворот, есть что обдумать. Вот, кстати, все наши подтянулись. Ванька и Кира не скрывали недовольства — присутствие Бови сломало уже сложившийся порядок рассадки за столом. И еще одно новшество — завтрак нам нынче будут подавать девчонки-поварешки, Варная предупредила. Это ладно, это пусть, а то я, и вправду, переборщила с демократией. Не дело руководству в очереди к раздаче толкаться.
Ну те-с, начнем обсуждение планов на сегодня:
— Господа офицеры, мне нужна ваша помощь
— Что тебе опять, Нина? — это Биттам намекает, как без меня им было хорошо и спокойно? Но нет, в глазах смешинки.
— Да все как всегда, Рамат! Стазис, левитация, охлаждёнка. Кибитки-то с вечера не разобраны.
— Совести у нее не прибавилось, — пожаловался Гунару комендант, картинно ссутулившись, — а штатные маги нам на что?
О! Это он Байдана в штатные определил? Вот здорово, значит, наш ткухонный магистр за два дня себя проявил и комендант признал его ценность!
— А штатные маги будут делать заказные артефакты для степняков, мы же вчера это обсуждали, Рамат. Не прикидывайся, что не помнишь. Посевная на носу, нужно денег заработать, чтобы деревни поддержать. Фураж, опять же…
Ванька и Шигеру комично отводили глаза, в надежде, что их я не озадачу. Правильно надеялись, не при Бови же, в самом деле. Высочество и генерал на хозработах — обхохочешься. Станет скучно — сами озадачатся. А вот и завтрак. Какое это счастье — нормальная вилка и правильный нож. Стоит насладиться последними минутами покоя перед суматошным днем.
Но, не судьба, а так хотелось спустить на тормозах вчерашнее, скажем так, недоразумение с ковенским засланцем. Мы с мужем этот момент как-то не удосужились обсудить, а потому вопрос Витто застал меня врасплох:
— Господин Бови, не соблаговолите ли объяснить, — Вит элегантно отправил в рот кусочек мяса, тщательно прожевал и проглотил, не обращая внимания на то, как все замерли, ожидая продолжения, — что вы вчера имели в виду под мезальянсом? Моей жене, знаете ли, было неприятно. Стоило одернуть вас сразу, но Нина была очень уставшей и я не счел возможным напрягать ее еще больше. Так что давайте разъясним все сейчас, пока все в сборе и не заняты. — и отложил вилку, приготовившись вежливо слушать. А я пожалела, что сижу рядом, а не напротив, как раньше, и не могу любоваться мужем, только побледневшую щеку и видно. Бови прямой атаки явно не ожидал, но арийского аристократизма не утратил, лишь уголком губ дернул.
Зато Ванька весь напружинился. И Кира тоже — спрятала под столешницу внезапные кулаки. У-у, тут явно какие-то дворцовые сплетни обо мне замешаны.
Ничего себе, завтрак в кругу своих получается — не поняла кто, кажется, Гунар, накинул на нас полог-заглушку. Это я уже умею чувствовать. Бови тоже уловил изменения и растерялся на долю секунды. Неужто только осознал, что один против всех?
— А что вам непонятно, господин Юттим? — какие мы, однако, неви-инны-ые, удавила бы, — я, помнится, сказал, что вам неимоверно повезло сочетаться браком на такой влиятельной женщиной. Вы — никому не известный провинциальный маг, без должности и дохода, даже не аристократ, а госпожа Корреш была близка к трону.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Хм, он что ехал сюда и све́дениями о коллеге не разжился? Мы с Витто совладельцы крепости, на минуточку.
Стоять!
Интонация!
Как он сказал? Близка к трону? А прозвучало как-то похабно, вроде как — близка с троном. Да и это многозначительное «была»…
Он что, офонарел?!
Супруг сжал мою ладонь, упреждая выплеск эмоций. Молчу-молчу. Вит, мирный выдержанный Вит, неспроста затеял бучу. И Ванька явно его поддерживает. Вот интересно, это экспромт или сговорились? Что за игру они затеяли? Не подвести бы ребят, а то я могу. Не привыкла я контроль из рук выпускать, страшно мне это. Но, придется.
