Одни рояли в кустах, как в хреновом фэнтези. Только мне этот рояль, скорее всего, не поможет, а пришибет своей крышкой. Стоп, а ведь можно попробовать посмотреть на Стаса и Дэю. А что будет, если заставить Тулпара вспомнить моих родителей и подглядеть этот мысленный образ? Приступим.
— Тулпар, ты видел Стаса и Дэю?
— Да, видел.
— Где и когда ты их видел? — продолжил я.
— Я их видел в Танорисе двадцать лет назад на совете князей кланов.
— Что за Танорис?
— Танорис — столица Танола.
«Вот те, бабушка, и Юрьев день», я тоже теперь цельный прынц, этого только не хватало для полного счастья.
— Тулпар, вспоминай Стаса и Дэю, — приказал я и погрузился в транс.
Настроив свое восприятие на образы в голове пленного, я стал смотреть голографическое кино.
Вот я уже не Ингар, а маленький мальчик Тулпар, стою в большом красивом зале и держусь за огромную ладонь своего отца. Играет музыка. Мимо нас проходят могучие воины в красивых доспехах и шикарные дамы в изысканных платьях. Отец называет их титулы и имена, но я его не слушаю, а глазею по сторонам. Из этого блаженного состояния меня выводит подзатыльник отца.
— Не крутись по сторонам, а слушай и запоминай! — сказал отец. — Это твои будущие друзья и враги. От этих знаний зависит твоя дальнейшая жизнь.
Я перестал вертеться и стал внимательно слушать отца. Отец больно сжал мою руку и сказал:
— Смотри внимательно и запоминай! Видишь этих мужчину и его жену?
— Да, папа.
— Это наши злейшие враги, князь Стас и леди Дэя. Обязательно запомни! Если я их не убью, то это должен будешь сделать ты, когда станешь воином.
Я посмотрел на высокую женщину в зеленом платье, она была красивая, как моя мама. Женщина заметила мой взгляд и нежно мне улыбнулась. Покраснев, я прижался к отцу.
Рядом с женщиной стоял высокий сильный мужчина, в расшитой золотом безрукавке с татуировкой на левом предплечье. Татуировка изображала желтую змею с капюшоном, обвивающую кинжал, и синюю надпись под ней «ВДВ». Мужчина строго посмотрел мне в глаза, и я описался.
Меня выбросило из сознания Тулпара, и я буквально сел на задницу с отвалившейся челюстью. Там, в сознании Тулпара, на меня смотрел родной брат моего отца Стас. Отец и Стас были близнецами. После школы их судьбы разошлись. Отец поступил в институт и стал обычным советским интеллигентом в очках, а Стас загремел в армию, где благополучно попал в ВДВ. Срочная служба закончилась поступлением в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище. Стас в детстве был моим кумиром. Всегда улыбающийся накачанный красавец был совсем не похож на моего ставшего тщедушным отца. Семью Стас не завел, и за сына у него числился я. Приезжая на побывку, дядя всегда привозил мне очень ценные для пацана подарки: то пустые патроны от автомата, то ракетницу, один раз даже привез учебный снаряд от ГШ-23. Все ребята во дворе мне завидовали, когда мы с дядей по утрам делали зарядку. Голый по пояс Стас крутил «солнышко» на турнике, делал другие гимнастические трюки, а из окон украдкой смотрели девчонки, вздыхая по моему дяде. Мне ужасно нравилась татуировка кобры на его левом плече. Однажды я был нещадно выпорот отцом, застукавшим меня за попыткой наколоть себе такую же. Только через много лет, уже в институте, я украсил свое левое предплечье королевской коброй. Капитан ГРУ Станислав Столяров пропал без вести где-то в очередной горячей точке на просторах планеты Земля, когда мне было семь лет. Как рассказывал его сослуживец, вертолет Стаса столкнулся с высоковольтной линией электропередачи и сгорел дотла. Труп дяди так и не нашли и причислили Стаса к пропавшим без вести.
Помню его фотографию в траурной рамке на стене в гостиной, заплаканных бабушку и дедушку, вдрызг пьяных друзей Стаса, пришедших его помянуть. На этой фотографии Стас был при всех своих регалиях, в капитанской форме и орденах и медалях. Я потом иногда плакал, глядя на этот портрет. Когда я вырос и поступил в институт, бабушка часто мне говорила, что я стал очень похож на дядю, и тайком вытирала подступившие слезы. Значит, дядя тогда не погиб, а его закинуло сюда, на Геон. Здесь дядя нашел свое счастье, влюбился, родил мне брата, стал князем, а эти суки убили его и его жену. Все, кирдык лысому и его папаше, это теперь дело личное.
— Тварь, говори, зачем ты сюда приехал и сколько с тобой людей, где остановились? — зарычал я в лицо парня.
— Со мной еще двое, наказующий Колин и мой младший брат Улис. Они в городе остались.
— Что за наказующий? Отвечать!
— Наказующий Колин — палач клана, лучший воин. Колин не урожденный клана «Зорг», а принятый в клан изгой.
— Покажи мне их! — заорал я и схватил лысого за горло.
— Нет, не надо, отпусти меня, — захрипел лысый.
Я вошел в транс и стал ломиться в мозг пленного. Тулпар отчаянно сопротивлялся, но я все сильнее давил на его ауру и наконец сломил защиту. Мое сознание проникло в мозг Тулпара, и передо мной на мгновение возникло лицо его брата Улиса. Меня снова выбросило из его сознания. Я вышел из транса и взглянул на Тулпара. На меня смотрели остекленевшие глаза покойника, из уголка рта мне на руки стекала струйка крови. Я в запале сломал ублюдку шею. Оттолкнув труп, я встал на ноги и осмотрелся. За большим валуном, тихо поскуливая, трясся от ужаса Первый. Ну и видок у меня, наверное, если даже шака чуть кондратий не хватил.
— Хватит скулить, — приказал я шаку. — Собирай вещи, седлай лошадей.
Шак опрометью бросился выполнять приказание. От покойников нужно было избавиться. Я по очереди сбросил трупы в ущелье и, осмотрев место допроса, пошел к лошадям. Первый упаковал трофеи в узлы и приторочил их к седлам. Я сел на лошадь убитого гвельфа и направился к тропинке, по которой мы ехали в купальню. Шак поскакал следом, ведя на поводу лошадь Тулпара, нагруженную трофеями.
В таверну мы вернулись уже затемно. Во дворе «Железного кабана» нас поджидал Торвин.
— Я уж думал, что ты пропал и не появишься больше. Завтра хотел отправить людей на поиски в купальню. А тут ты появляешься на новой лошади и с кучей барахла. Где третью лошадь взял?
— Махнул не глядя, — ответил я. — Когда отправляемся?
— Завтра с рассветом. Караван догоним на западной дороге, — просветил меня Торвин.
— Я пойду есть, голодный как собака, а потом лягу спать.
Глава 17
ЧЕМ КРУЧЕ ГЕРОЙ, ТЕМ БОЛЬШЕ СИНЯКИ
Торвин поднял меня еще затемно. Мы быстро умылись и позавтракали на скорую руку. Во дворе «Железного кабана» происходила обычная суета, которая предваряет отправку в дальнюю дорогу. Мои шаки запрягали лошадей в телегу, упаковывали вещи. Я подошел к ним и спросил, как идут дела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
