Читаем без скачивания Город павших ангелов - Дэниел Депп

— О, ну тогда народ валом повалит на премьеру. Суровый-то реализм все любят.

— Ты чего взъелся?

— Созерцание физического совершенства начинает действовать мне на нервы. Пойду-ка я обратно в гостевой домик. Если, конечно, «Космополи-тен» не устроил там фотосессию.

Шпандау оставил Бобби напиваться у стойки и вернулся к себе в комнату. Прикинул, не позвать ли одну из девиц. Но заниматься сексом с обкуренной женщиной, пусть даже очень красивой, — нет уж, увольте. Он скучал по Ди. Подумывал напиться в стельку и позвонить ей. Ди с ним поговорит, а под конец он ляпнет что-нибудь, отчего им обоим будет плохо. Она заслуживает счастья. Пусть сама выбирает, чего ей хочется. А хочется ей явно не его. Шпандау приплелся в гостевой домик, запер дверь, плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Он задремал. Его разбудила модель-брюнетка, которая скреблась в окно и улыбалась ему. А может, ему просто приснилось. Этого он так и не узнал.

Глава 18

— Кто-нибудь раньше видел этого засранца? — спросил Ричи Стелла.

Они сидели в подвале Ричи и смотрели на здоровенный плазменный экран. Изображение было зернистое, но Терри Макгуина, осматривающегося в трейлере, где готовили крэк, узнать было можно. Мартин и Тронутый переглянулись, как Лорел и Харди.[81]

— Ну не знаю, — протянул Тронутый. — Я не видел. Небось, полицейский.

— Как же, — фыркнул Ричи. — Ты слышишь сирены? Если полиция найдет лабораторию крэка, тут такое шапито начнется, мама не горюй. Был бы он полицейским, не стал бы дожидаться, когда вы свалите. Да и без разрешения суда ему нельзя вваливаться. Так что к полиции он отношения не имеет.

— А кто ж он тогда? — удивился Тронутый и тут же понял, что зря спросил.

— Да откуда мне знать? — рявкнул Ричи. — Спроси вон этого дубаря, это же он его привел.

— Чего сразу я-то? — возмутился Мартин.

Ричи бросил ему радиомаячок.

— Да то, что вечно все из-за тебя, мудака. Это вот на машине нашли. Не будь ты моим родственни ком, клянусь, я бы тебе мозги вышиб или что там у тебя вместо них. — Ричи повернулся к Тронутому. — Ты там все подчистил?

— Сжег до тла. Ни пылинки, ни соринки. Комар носа не подточит. Снова дело замутим около Барстоу.[82] Все как обычно.

— Извини, Ричи, — промямлил Мартин. — Правда, извини.

— Хочешь загладить свою вину? Узнай, кто этот тип.

— Конечно, Ричи. Но как же я узнаю?

— Сделай его портрет с видеозаписи. Покажи людям. Ему-то невдомек, что мы его срисовали. Так что прятаться он не будет. Порасспроси в клубе, но осторожно. Видел я его в клубе, точно говорю.

— И что? — спросил Мартин.

— Иди и найди его, придурок, — ответил Ричи.

— А чего бы нам не смотаться на Кабо? — сказал ей Ричи. — Была там?

Они сидела в кабинете «Зала вуду». Было десять вечера. Ричи ошивался тут уже давно. Обычно его в кабинет и палкой не загнать, и подчиненные этому только радовались. Появляясь, босс имел привычку долго и нудно распекать их на пустом месте, потом всыпать кому-нибудь по первое число без всякого повода и под конец кого-нибудь уволить, причем не того, кто заслужил. Правда, после этого Ричи приходил в благостное расположение духа, и неделю-другую никто его не видел. Элисон с тоской ждала его появления, как и все остальные. В последнее время Ричи стал наведываться чуть ли не каждый день, и это раздражало Элисон. Он преследовал ее, постоянно приставал и очень мешал работать. Элисон неплохо удавалось вести дела в клубе. Ей нравилась такая работа, и она надеялась, что когда-нибудь вырвется от Ричи и устроится в такое заведение, где хозяин не будет хватать ее за грудь каждые пять минут. Здесь Элисон трудилась уже полгода, и пока ей удавалось не спать с Ричи.

— Нет у меня времени туда ехать, — ответила Элисон. — У меня с твоим клубом дел по горло.

— Да я найду сотню желающих им управлять.

— Вот и отлично. Тогда зачем ты меня тут держишь?

— Ты знаешь, зачем.

— Я не твоя женщина, Ричи.

— Еще как моя.

Она стояла у стола и пыталась разобраться в стопке чеков из бара.

Ричи подошел и принялся массировать ей шею.

Когда он коснулся ее, Элисон вздрогнула и напряглась. Может, он в самом деле хочет сделать массаж? А может, это угроза? С Ричи никогда не угадаешь.

— Ты — моя женщина, — повторил Ричи, вдавливая большой палец в чувствительную точку, где позвоночник уходил в череп.

Элисон выпрямилась и протянула ему бумаги.

— Нас просто обкрадывают за нашей спиной. Почему ты не даешь мне спокойно работать, а? Я это умею. Правда. Ну почему нельзя все оставить как есть?

— Ты чего надумала? Опять уйти от меня хочешь?

— А поможет?

Элисон уходила дважды, но потом поняла, что Ричи шепнул кому надо и теперь никто не возьмет ее на работу — разве что гамбургеры жарить, и то вряд ли. Ричи все знают. Никто не захочет его злить. А у нее ребенок, выплаты за дом, ей нужна работа. Поэтому оба раза она возвращалась. Как и ожидал Ричи.

— Мы оба знаем: ты уходить-то не хочешь. И оба знаем, чего ты хочешь — того же, чего и я. Приспичило уходить — уходи. Я же тебя никогда не удерживал, так? Так чего ты возвращаешься и возвращаешься?

— У меня много дел, — отрезала Элисон.

— Насчет Кабо подумай. Слетаем, отдохнем там недельку на солнышке, попивая «Маргариту» и валяясь на пляже.

— У меня ребенок, Ричи.

— Оставишь с ним мать. Ну отправлю их на неделю в «Диснейленд». Нет, пусть оба слетают во Флориду, в гребаный «Диснейуорлд» в Орландо. Только не говори, что им не понравится. Эта хрень всем нравится.

— Давай поговорим об этом потом? Мне нужно заняться делами.

— Ладно, ладно. Поговорим за ужином. Завтра ночью работать не планируй.

— Ты считаешь, что я тут баклуши бью, да?

— Ну не дуйся на меня, детка. Я знаю, что ты пашешь, как лошадь. Только благодаря тебе здесь все вертится. Но нужно учитывать нежное устройство управленческого механизма. Шестеренки следует смазывать время от времени.

— Твои шестеренки, что ли?

— Ты все не так понимаешь, — ответил Ричи. — Я же пытаюсь все профессионально решить.

— Да, очень на то похоже, — кивнула Элисон. — И нужна тебе именно профессионалка.

— Какая же ты упертая. Тебе непременно надо все усложнять.

— Я всего лишь хочу заниматься своим делом, Ричи. Больше ничего. Почему бы тебе не отнести свои заржавевшие шестеренки кому-нибудь другому, а?

Элисон взяла пачку чеков и ушла в бар. К ее радости, Ричи не потащился следом. Рано или поздно, если она не сдастся (впрочем, и если сдастся — тоже), она ему наскучит. Элисон даже не представляла, что тогда произойдет. Оставалось надеяться только на то, что, если она продержится достаточно долго, Ричи плюнет и отпустит ее с миром. Тогда можно будет перейти в другое место. Интуиция, однако, подсказывала, что все будет по-другому. Ричи бесился, если не получал то, что хотел. И не дай бог его разозлить. Он ее в порошок сотрет, просто чтобы другим неповадно было. С другой стороны, переспи она с ним, одному Богу известно, чем все это кончится. Когда она ему надоест, может, он ее и отпустит. Или найдет ей другое применение. Ходят слухи, что так было с другими девушками, которые работали в клубе. Но, конечно, не нашлось самоубийц, которые захотели бы узнать подробности.

Роуз наводила порядок в баре. Элисон показала ей чеки.

— Видела?

— А?

— Сколько порций у тебя получается из бутылки виски?

— Ну где-то двадцать.

— А судя по чекам — всего шестнадцать. Четверть каждой бутылки теряем.

— Слушай, я тут не единственный бармен.

— Вот все и завязывайте с этим. Остальным передай. Увижу, что кто-то своим даром наливает или деньги себе в карман кладет, будем считать это воровством. Как оно, собственно, и есть.

Роуз возмущенно запыхтела. Элисон ушла вниз поговорить с другими работниками клуба. Мартин, наблюдавший за беседой, подошел к бару. Он был неравнодушен к Роуз Виллано, миниатюрной и сексуальной. Сочувствие и поддержка будут оценены.

— Не, ну ты видел? — спросила его Роуз. — Надо ж — назвала меня воровкой. Сука. Если бы не отсасывала у Ричи, давно бы на улице оказалась, где ей самое место. Выпить хочешь?

— Ага. Как обычно.

Она налила ему большую порцию виски.

— За счет заведения. Сука, — продолжала возмущаться Роуз.

— Она не дает Ричи, — вставил Мартин.

— Да ты что? Представляю, как он счастлив. Ну тогда эта дура тут долго не протянет. Лесбиянка, что ли? Это бы многое объяснило.

— Может быть. Но по-любому нельзя так на тебя наезжать.

— Ясное дело. Везет тебе, что ты с ней не работаешь. Динамистка гребаная. Не дает, значит?

— Не дает.

— Надо, чтобы кто-то Ричи про нее рассказал. — Роуз выразительно посмотрела на Мартина.