Не могу удержаться от ехидства:
— Ага, перейдёт на шалости взрослые!
Он трясётся от сдерживаемого смеха.
— Нет, пр-ростоу их пер-рерастёт. Как, знаешь, дети пер-рерастают некоторые болезни? Так и тут. А вообще, мне кажетсяу…
Он задумывается и надолго умокает, припав к молоку. Мы с мышатами успеваем освоить с десяток пирожков, когда он, наконец, соизволит заговорить вновь:
— К делу бы её пр-ристроить. Не ко всяким дур-рацким занятиям Пер-рвой Донны — благотвор-рительность, то да сё… а к чему-то стоящему. Чтобы польза была, и ей — в пер-рвую очередь. Чтобы собой, наконец, загор-рдилась. Я вот тут, пока ты спалау, успел в блюдечко заглянуть. И знаешь, какой интер-ресный эпизоуд пр-рихватил? Стоит наша Мир-ри с подр-ругами в саду, на своём пр-разднике… Да, ей ведь всё же устр-роили именины, чтоб я так жил каждую неделю!.. Вот слушает она подруг, котор-рые шипят о всякой там ерунде — нар-рядах, сплетнях, обидах, гадостях всяких, и любую новость завер-ршают всегдашним: «Ах, эта ужасная бесстыдная молодёжь!» А я-то вижу, что она им не внимает, а на др-ругих ушки навостр-рила. На соседней полянке спор-рят донна Софья, стар-рый маг-стихийник и какая-то молоденькая ведьмочка. Ну, ты понимаешь, что из себя пр-редставляет дискуссия пр-рофессионалов: сплошная абр-ракадабр-ра! Но в самом конце, когда юная особа доказала таки какую-то свою гипотенузу… пар-рдон, ги-по-те-зу, её почтенные собеседники в один голос заявили: «Какая у нас пр-рекрасная молодёжь! Ведь и мы такими были!» И вот тут наша Мирабель сперва пятнами кр-расными пошлау, потом побледнела, потом задумалась. И удалилась, остаувив подр-ружек с р-разинутыми р-ртами. Со своего пр-раздника ушла, пр-редставляешь? И ещё что скажу…
Кот заговорщически оглядывается, хоть подслушивать нас некому.
— Вид у неё был такой, что вот-вот сор-рвётся и очер-редную истер-рику закатит. Дон Теймур-р, твой неср-равненный свёкр-р, судя по обр-речённому выр-ражению лица, уже собир-рался усмир-рять бур-рю. Но Мир-ри только возьми да и скажи: «Что ты сделал со мной, Тимур-р, что ты сделал? Я ведь могла сейчас быть не глупее этой девчонки! Впрочем, ты тут ни при чём. Это я, я позволила себя отговорить от учёбы, потому что испугалась…» И большего он от неё не добилсяу. И, знаешь, Ваня, кажетсяу, Тимур-р не на шутку забеспокоился. Тогда-то он и р-распорядился пр-риглядывать за супр-ругой. М-м? Как тебе?
Задумчиво отхлёбываю от очередной чашки.
Отставляю чай.
— Да. Это серьёзно. Знаешь, Тимыч…
Разломив для мышат пышный калачик, пальцем подбираю в кучку крошки. Крошки для белых «крошек»…
— Отмотать время назад невозможно, и что сделано, то сделано, не исправить. Но что, если дать Мирабель шанс наверстать хоть что-то из упущенного? Знаешь, как иногда бывает? Больной, приговорённый к смерти диагнозом, отбрасывает всё, чем занимался всю жизнь через «не могу», и возвращался к любимому делу. К своей, допустим, забытой мечте, которую всё откладывал на потом, но понял, что никакого «потом» не будет. И зарабатывал такие приступы счастья, что болезнь отступала!
— Хм.
Кот задумчиво булькает молоком.
— Я тебя услышаул. И, думаю, что понял. Только вот с какого бока за это делоу взяться?
— Тимыч, сейчас я тебе задам один вопрос, важный, ты ему не удивляйся. Разноглазие, то есть гетерохромия, имеет какое-то отношение к магическим способностям? Ну, например, может оно служить генной мутации, внешним признаком того, что у человека своеобразный Дар? Глупый вопрос, да?
— Мяу!
Кот возмущён настолько, что даже позволяет себе простецкий мяв. И едва не давится.
— Ф-фу, ну ты и ляпнешь иногдау! Это же очевидноу! А впр-рочем, стоп!
Мы глядим друг другу в глаза.
— А ведь и впрямь… — Баюн прокашливается. — Р-разноглазость, Ваня, это пр-ризнак пр-редрасположенности к ментальным и пр-ровидческим дар-рам. Ёшкин кот! Вот почему молодой Мир-ри так тр-рудно было в Высшей Школе!
— Настолько, что она позволила себя убедить, будто ведьмовство — не её? — подхватываю я. — И наверняка поддалась на уговоры мужа, и больше не пыталась учиться! А всего-то надо было…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Напр-равить её в нужное место, по пр-ризванию! Не в Высшую Школу, а… Постой. — Кот чешет нос лапой. — Беда в том, что в то вр-ремя не было Наставников-пр-ровидцев и менталистов, они появились позже, когда в Гайю со всех мир-ров посыпались разные маги-попаданцы!
Меня охватывает радостное возбуждение.
— Я знаю, что делать, Тим.
Он с сомнением качает головой, но я не сдаюсь.
— Ну и что, что она по возрасту уже бабушка! Голова на плечах у неё есть, и вроде бы сообразительная; всего-то надо создать ей условия и как-нибудь законспирировать, чтобы муж не сразу нашёл… Рано или поздно он её, конечно, обнаружит, не таков наш дорогой дон, чтобы дать себя провести; но если к тому времени Мири чему-то научится и осознает свои возможности — отчего-то мне кажется, что в этот раз она сумеет отбиться. Ты как думаешь?
Кошачьи разноцветные глаза вспыхивают азартом.
— А ведь это интер-ресный вар-риант, Ваня! Только надо всё обдумать!
И, потянувшись друг к другу через стол, почти соприкасаясь головами, мы, невольно перейдя на шёпот, начинаем плести свой грандиозный заговор.
Глава 14
Да, время назад не откатишь, это аксиома. Зато здесь, в Долине Магов, оно пластично. Его можно особым образом растянуть. Здесь пройдёт минута, а за высокими горами, окаймляющими заповедник, набегут сутки или больше, тут уж всё будет зависеть от настройки магического плетения. А если понадобится, местное время можно и ускорить. И тогда беглянка, мчавшаяся по галереям Эль Торреса за моим фамильяром, даже не вспомнит, что догнала его, перенеслась куда-то, вымокла, очнулась в незнакомом месте… Если ей аккуратно подправить память, она просто окажется в своей комнате спустя каких-то своих полчаса, в полной уверенности, что так и не зацапала невесткиного кидрика, а потому в досаде вернулась к себе и уснула. И увидела дивный, насыщенный событиями и мудрыми беседами сон, который принёс ей неожиданное успокоение…
Память ей наш Баюн не стёр, а именно подправил, аккуратненько завесив нашу встречу со всеми сопутствующими обстоятельствами. С условием, что всё вернётся, когда сама Мири приступит к занятиям ментальной магией. Если уж дорастёт до этого уровня — будет молодец; вот тогда и вспомнит свою исповедь и прозрение, и уже с иных высот набранного опыта оценит события. Не дорастёт — значит, нечего душу бередить. Дескать, была попытка начать всё сначала, да опять не удалась… К чему лишние разочарования?
Впрочем, вернёмся к нашей теме. С такой тонкой материей, как время, договориться сложно, да и не каждому дано. Жителям местной деревушки, например, оно неподвластно, а вот особо продвинутым магам поддаётся, чем они иногда и пользуются, стараясь, впрочем, не злоупотреблять. Они как бы ставят запруды на видимых только им отмелях, притормаживая или убыстряя временные потоки. Тимыч попытался было объяснить подробности, но сам запутался, махнул лапой и попросил не забивать голову. Я и не стала. Лишь сохранила в памяти эту аналогию: время — река, и течение его можно иногда регулировать. Вдруг пригодится в будущем? А пока достаточно было узнать, что, благодаря умениям кота, у нас есть огромная фора. Торопиться некуда, стало быть, мы успеем обдумать как следует наши коварные замыслы и не спеша, со вкусом, реализовать.
В общем, после нашего разговора, затянувшегося до полуночи, Тим-Тим приступил к сеансу психотерапии с Мири, а я завалилась спать-работать. Отдохнуть в том плане, чтобы поспать традиционно, ещё успею, когда, наконец, провожу или выпровожу всех незваных гостей и останусь тут одна, в тишине и покое. А сейчас… улеглась поудобнее на узкую кровать, прикрыла веки, расслабилась…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Больше всего в моей новой работе мне нравится этот пункт: расслабиться.
… Чтобы легче разыскать в сно-мире нужный объект, человека или место, телу нужно на физическом плане возродить ощущения, с ними связанные. Потому-то я и возвращаюсь мысленно к нелёгким дням, о которых давно не вспоминала, слишком уж много переживаний свалилось на неподготовленную меня. Тогда, от шокирующих событий, сопровождающих моё похищение и освобождение, я едва не потеряла детей, ещё не зная, что беременна. Похищение, увечье, неизвестность, психологический прессинг со всех сторон, голод и жажда…[1] Паника из-за случайно вызванного Проклятья Горгоны, ожидание своих, когда сад вокруг убежища содрогался от огненных атак… Я не боец, не маг, я простая женщина, привыкшая к тихой размеренной жизни. Вот организм и не выдержал.
