— Ну, я почти согласен. Осталось только решить вопрос с оплатой…
— Согласна — сразу выпалила Верона.
— На что? — удивился я — Я ведь даже цену не назвал.
— Всё равно согласна — Верона первый раз за нашу встречу облегчённо улыбнулась — мёртвым деньги всё равно не нужны…
Некоторое время мы молчали.
— Что ты предлагаешь? — нарушила тишину Верона.
— Я?! Ничего. Есть только подозрение, что бежать в каком-то определённом направлении нельзя — быстрее вычислят, быстрее догонят. Да и для следователя лишний повод для сомнений — с чего это ты бросилась в бега? Наверное, лучше будет остаться, заниматься твоими обычными делами, но быть всё время настороже. Сейчас любой человек может стать опасным.
— Как скажешь, Гордан.
— Ну и мне надо будет сходить купить оружие, а то если накинутся толпой, как на барона, то ножа будет маловато.
— Не надо никуда ходить — Верона встала — в доме есть некоторый запас.
Верона звякнула колокольчиком и коротко бросила пожилому слуге.
— Открой оружейную.
«Оружейкой» оказался зал примерно десять на десять метров с небольшими окошечками под потолком, закрытый массивной дверью. Зажгли свечи, и я даже присвистнул — полное ощущение, что попал в рыцарский роман. Вдоль одной из стен стояло пятеро манекенов в полном боевом облачении. Трое в сверкающих кольчугах с разными «обвесами». Двое — в настоящих рыцарских доспехам. Размер был явно не мой, но всё равно я не удержался и погладил их. Внешне — блестящие игрушки, но я заметил несколько глубоких вмятин. Их старательно отрихтовали, но сразу было ясно, что когда-то и кому-то эти железяки спасли жизнь.
От кольчуги в нынешней обстановке я бы, наверное, не отказался, но ни одна из них не налезла бы на меня даже на голое тело. Жалко. Щиты мне сейчас не пригодятся, так же как и копья. Рядом с Вероной на улицах столицы я смотрелся бы героически и совершенно глупо, поэтому я сразу направился к стенке с мечами. Несколько скромно стояли в уголочке, с десяток торжественно лежали на подставках. Все изукрашенные камнями, гравировкой. Эрмитаж, да и только. Но меня художественные качества не интересовали совершенно, сейчас гораздо важнее были боевые. Правда, что это означает, я толком не представлял, поэтому делал просто — вынуть меч из ножен, прислушаться к звуку, несколько взмахов, ударов, убрать обратно. Почему-то, несмотря на красоту, я воспринимал их как металлические палки. Лишь один отозвался в душе как меч, но он был с такой богатой отделкой, что я, вздохнув, положил его обратно. Верона, внимательно наблюдавшая за мной, сразу насторожилась.
— Что-то не так? Тебе ни один не понравился?
— Понравился, вот этот.
— Так бери.
— Ты что, не видишь, какой он дорогой?
Верона только укоризненно вздохнула. Ясно, мёртвым ничего не надо. Похоже, кроме моих подозрений у неё есть и конкретные факты. А тут ещё моё появление добавило ей страхов.
Отложив меч в сторонку, оглядел оставшийся арсенал. Чего бы ещё прихватить? Наверное, пригодятся метательные ножи. Тут я определился быстро, выбрав самые маленькие, сантиметров пятнадцать длиной. Воевать я не собирался, а при попадании в глаз или горло и их будет достаточно. Тем более, что и металл, и заточка были великолепные. На всякий случай я покидал их в деревянную панель, и они встали ровненьким рядком, как зубчики у расчёски. Убрав их в наплечное крепление, встряхнулся, прислушиваясь к себе. Вроде больше мне ничего не надо. Ах да, чуть меч не забыл. Нацепив его на пояс, коротко кивнул Вероне.
— Я готов.
Та почему-то стала ходить вокруг меня кругами, разглядывая как на базаре.
— Не совсем, но это мы сейчас исправим.
Ещё в одной маленькой комнате, больше напоминающей хранилище банка (мощная дверь, куча всяческих ящичков у стен) Верона покопалась в своих запасах и выложила на стол массивную цепь с каким-то значком, с десяток колец и перстней, несколько браслетов.
— Одевай.
— Что? — не понял я.
— Всё это.
— Зачем? — снова не понял я.
Верона чуть вздохнула.
— У тебя сейчас вид бандита с большой дороги после удачного ограбления.
— А станет как у бандита, совершившего два ограбления — хмыкнул я — Да и не люблю я все эти побрякушки.
— Чем богаче ты будешь выглядеть, тем меньше подозрений ты будешь вызывать. А причёску мы тебе изменим.
— А с ней что не так?
— Обычно такую, как у тебя, носят люди, ни капельки не ценящие чужую жизнь и готовые убить за малейшее слово возражения.
— Примерно так я себя и чувствую — снова хмыкнул я — Пусть другие боятся.
— Бояться — это хорошо — согласилась Верона — но такие люди не признают ничьей власти, и твоё присутствие рядом со мной будет выглядеть странным.
Пришлось согласиться, и когда вернулись в комнату Вероны, пришлось молча терпеть её издевательства. Для начала она усадила меня на пуфик рядом с зеркалом и стала колдовать с причёской. Я всегда любил, когда меня гладят по головке, а тут ещё и Верона, словно специально старалась коснуться меня почаще. На всякий случай я закрыл глаза, но лучше не стало. Теперь я ощущал каждый шорох платья, и чуть ли не всем телом ощущал тепло, идущее от Вероны. Вроде и я не замёрз, и она не похожа на печку, но ощущения были очень необычные.
Когда через полчаса Верона сочла результат приемлемым и подвела меня к ростовому зеркалу, я себя не узнал. Волосы с крупными локонами волнами легли на плечи. На левом плече прилепился крупный бант отвратительного лилового цвета, добавилась заколка на рубашке, две в волосах. На рукавах — по три красных ленточки разной длины. На правой щеке появилось нечто, напоминающее зелёный листочек. Вкупе с цепью на шее, руками в перстнях и мечом, усыпанном драгоценными камнями, в моём понимании, я выглядел очень даже странно. Верона надела мне на голову чёрный бархатный берет, как-то по особому примяв его и оглядела меня с видимым удовольствием.
— И на кого я похож сейчас? — с подозрением спросил я.
— На мужчину, сгорающего от страсти и готового биться с любым, кто посмеет обидеть его даму сердца — улыбнулась Верона — Теперь, что бы ты не сделал, это спишут на любовную горячку.
— Так просто? Несколько бантиков, ленточек, и твори, что хочешь, безнаказанно?
— Ну почему безнаказанно? Тебя не посмеют обвинить в корысти, подлости, да и то только в том случае, если ты будешь рядом со мной. В противном случае никакого снисхождения не будет.
Я снова оглядел себя. А что, может и ничего.
— Но тогда и тебе, наверное, нужны какие-то знаки?
— А я ещё пока ничего не решила — засмеялась Верона — Ведь ты только начал своё ухаживание, а я женщина очень скромная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
