— А я, итак, все вижу, — насмешливо фыркнул он и показал мне язык.
Я усмехнулась. Уже собиралась ответить, но вдруг услышала:
— Значит летучая мышь…
Резко обернулась назад.
— Ты меня преследуешь?! — Я с недоумением и злостью в глазах посмотрела на Блэя.
Он стоял возле стены. Руки сложены на груди. Взгляд прямой и местами изучающий. Челка едва падает на глаза. Но это не останавливает его от занятия: прожигать меня своим взглядом.
— Да ты не так проста, как я думал вначале, — пропустив мой выпад, ответил он и подошел ближе.
Я инстинктивно сделала шаг назад.
Он усмехнулся.
— Чего надо? — зло процедила я и сложила руки на груди.
Блэй заинтересованно посмотрел на Шторма. Но тот, вместо того чтобы спрятаться или хотя бы помалкивать, вышел вперед, сказал: «Ну мне, пожалуй пора. — Он в упор посмотрел на парня. — Не обижай мою ведьмочку!» и, взмахнув крыльями, улетел.
Просто взял и улетел!
Оставил меня одну с НИМ!
Просто отличный друг!
Но… Стоп!
Почему я нервничаю?! Почему у меня трясутся коленки?!
Нет, конечно, в последние дни я чувствовала ломку в теле после очередных пробежек, но сейчас… сейчас было иначе!
Да, что со мной?!
Может я заболела?.. Хотя с чего бы? Вроде оборотни меня не кусали. Эксперименты мы никакие не ставили. Нечисть меня не заражала… Тогда, ЧТО ЭТО?! Какие-то симптомы нового вируса?!
Так и знала, что не надо было трогать русалочий хвост на демонстрации. Мало ли какую они заразу переносят, плавая на дне своих океанов, да развлекаясь с морскими чертями!
Ай!
— Не боишься, что кто-нибудь узнает?
— Только, если ты разболтаешь.
Он неоднозначно хмыкнул и посмотрел в даль.
— Я никому не скажу, — вдруг серьезно выдал он, на что я недоверчиво вздернула бровь и сказала:
— Прямо-таки?
Он посмотрел в упор на меня. Его глаза снова полыхали, мягким зеленоватым свечением. Я снова впала в неопределенный ступор, пытаясь понять, что меня так смущает в этом завораживающем взгляде. И почему все снова так непонятно. Хотя еще вчера днем, мне казалось, что… Что между нами есть некий контакт…
— Почему ты убежала? — прямо спросил он, вновь проигнорировав мой вопрос.
Но и я не осталась в долгу. Сложила руки на груди и с той же интонацией произнесла:
— Почему ты пошел за мной? Слов: оставь меня в покое, тебе недостаточно?
Он нахмурился, но взгляд не отвел.
Мы продолжали смотреть друг на друга, когда он сказал:
— Нам скоро выходить на сцену. А ты ведешь себя, как ребенок.
Под моим изумленным и ошарашенным взглядом, он обошел меня и подошел к тому месту, где недавно стояла я.
Я обернулась и посмотрела на него. Он стоял ко мне спиной.
Внутри меня полыхала ярость!
— Кто здесь и ведет себя, как ребенок, так это ты! — гневно начала я, дав волю своим эмоциям. — Твое настроение меняется по щелчку пальцев! Ты ведешь себя так, словно я какая-то прокаженная! — Он резко обернулся и в упор посмотрел на меня. Да еще так обвинительно, что я продолжила гневный монолог, говоря то, что так упорно вертелось у меня в голове: — Меня это достало! Ты меня достал! Ясно? Я больше не собираюсь терпеть твои ненавистные и мученические взгляды. Поэтому завтра же я скажу ректору, что не буду с тобой заниматься. И мне совершенно плевать, что он на это скажет! После этого танца нам лучше не пересекаться, во избежание катастрофы. Ты на своей территории, а я на своей! И не попадайся мне больше на глаза!
Я стояла, тяжело дыша. Сжимала руки в кулаки и прямо смотрела в его глаза.
Еще недавно спокойное ночное небо превратилось в черное полотно, среди которого начали мелькать всполохи молний.
Так случалось всегда, когда мои эмоции овладевали мной больше, чем рассудок. Но мне было все равно!
Не позволю!
Не позволю так с собой обращаться!
Я Арамира Балисская!
Я из древнего рода Балллиских!
Да я…
Я могущественная ведьма!
Так почему меня волнует какой-то там некромант и его отношение ко мне?!
«Пошло оно все в болото!» — сердито подумала я, услышав раскаты грома, когда парень резко шагнул мне навстречу, оказавшись так близко, что сердце в груди забилось с еще большей силой, не желая успокаиваться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я сглотнула, но продолжала удерживать непоколебимый вид.
Ну уж нет!
Не надейся!
Несколько минут мы буравили друг друга взглядами: кто кого. Затем он неожиданно выругался понятными только некроманту фразочками и сжал руку в кулак. Он будто боролся с самим собой. Но зачем? Почему? И с чем именно он боролся? Я так и не понимала. И это злило! Меня злило то, что я впервые не могла предугадать, о чем думает то или иное существо. Хотя с понимаем у меня никогда не было проблем!
Но разве ж этого несносного некроманта возможно понять?!
НЕТ!
— Не говори то, о чем понятия не имеешь, — сердито проговорил он.
— Я говорю то, что вижу! И ты — мне не указ! — так же эмоционально выдала я, гордо вздернув подбородок, под очередной раскат грома.
Он усмехнулся и неожиданно коснулся моего подбородка, заставляя посмотреть на него.
— И почему это именно ты? — мягко, но как-то насмешливо проговорил он, заглядывая в мои глаза.
Я просто опешила. А он продолжал пристально вглядываться в мои глаза, словно они действительно могли дать ответ на его странный вопрос.
Совершенно не понимая, о чем он говорит, я произнесла собственную мысль: «И почему именно ты попался на моем пути?..», и только потом поняла, что сказала это вслух, когда его губы тронула лукавая, но такая манящая улыбка.
Вот ведь!..
— Похоже это судьба, цветочек, — усмехнувшись выдал он, едва коснувшись моей скулы и тут же опустил руку.
На небе снова зажглись яркие искры молний.
Я вздрогнула и тут же отшатнулась назад.
Блэй нахмурился, посмотрел на небо, окинул меня странным взглядом и, сказав: «Не задерживайся. Нам скоро выступать», обогнул меня, едва задев плечом, и быстро ушел, оставив одну.
Несколько секунд я прибывала в ступоре.
Что это вообще было?!
Ради всего святого, что… что между нами происходит!?
Я всерьез увлеклась некромантом?..
НЕКРОМАНТОМ? Я? ВЕДЬМА?!
Не-е-т! Исключено!
А даже, если и так… То это всего лишь глупое влечение! Это не настоящее чувство! Со временем оно пройдет и увянет так же быстро, как сорванный цветок. Да. Определенно!
Сегодня я наконец стану одним целым (ну почти; все же без церемониальной помолвки не считается) с Дамиром. И никто другой мне не нужен!
Сегодня все встанет на свои места!
Я расстегнула сумочку, посмотрела на маленький флакончик с изумрудной светящейся жидкостью и, погладив его, снова закрыла клатч. Расправила плечи, приняла невозмутимый вид и, окинув успокоившееся небо, улыбнулась, направившись в зал.
Глава 18.
«Стоит лишь на миг расслабиться и позабыть о цели, все старания рухнут: и моргнуть не успеешь»
Музыка стихла.
Мы замерли напротив друг друга: глаза в глаза, рука в руке.
Я тяжело дышала. Казалось, будто легкие горят. Тело ломило от бесконечных выпадов и поддержек. Но, как бы там ни было. Сейчас, стоя напротив него, касаясь его руки, глядя прямо в глаза: я понимала, что больше не злюсь. Не злюсь, потому что стоит заглянуть в его глаза, как вся ненависть и гнев испаряются. И появляется непривычное чувство легкости, словно я парю.
Не знаю, сколько времени мы смотрели вот так друг на друга, продолжая стоять на сцене, но, когда раздались громкие аплодисменты, я моргнула, перевела дыхание и отвела взгляд, поняв: кто мы на самом деле.
Раздражение и злость снова поселились внутри меня.
Публика же тем временем громко аплодировала. Кто-то даже свистел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я натянула на лицо радостную улыбку. А, когда взгляд прошелся по восторгающейся толпе, заметила на себе взгляд Дамира. Он улыбнулся и, едва кивнул. Что в его исполнение означало: «Молодец, Арамира».
