Читаем без скачивания Темная половина - Стивен Кинг

Доналдсон и впрямь казался изрядно подвыпившим, но ни вялым, ни медлительным он не был.

Старк вышел из-за угла и взмахнул бритвой. Он рассчитывал быстро и точно ослепить парня, пока тот возился с ключами. Потом, не успеет Доналдсон поднять ор, он вскроет ему глотку и вместе с артерией перережет голосовые связки.

Старк не старался двигаться бесшумно. Он хотел, чтобы Доналдсон услышал его, хотел, чтобы тот посмотрел на него. Это упростит дело.

Сначала Доналдсон делал все, как Старк и рассчитывал. Старк коротким и точным движением полоснул его по лицу. Но Доналдсон ухитрился чуть пригнуться — совсем немного, но для намерения Старка чересчур. Вместо глаз лезвие бритвы до самой кости рассекло лоб.

Кусок кожи навис над бровями, как отклеившаяся полоска обоев.

— Помогите! — проблеял Доналдсон придушенным, овечьим голоском. Старк двинулся вперед, держа перед своими собственными глазами опасную бритву с торчащим вверх лезвием, как матадор, салютующий быку перед первой корридой. Ладно, не каждый раз все идет как по писаному. Он не ослепил стукача, но кровь лилась у того из пореза на лбу ручьями, и все, на что малютка-Доналдсон будет пялиться, он увидит сквозь плотную красную пелену.

Он полоснул Доналдсона бритвой по горлу, но ублюдок дернул головой назад почти так же быстро, как отдергивается после укуса гремучая змея — скорость просто потрясающая. Старк поймал себя на том, что слегка восхищается парнем — с усиками он там, с кошачьими, или без.

Лезвие достало лишь воздух в четверти дюйма от горла парня, и он снова возопил о помощи. Кролики, которые никогда крепко не спят в этом городе, в этом старом, червивом Большом Яблоке, вот-вот проснутся. Старк переменил позицию, снова убрал назад бритву, одновременно встав на цыпочки и бросив все тело вперед. Это исполненное грации балетное па должно было все закончить. Но каким-то образом Доналдсон ухитрился закрыть горло ладонью; вместо того чтобы убить его, Старк нанес ему лишь несколько длинных, узких ран, которые полицейские патологоанатомы назовут защитными порезами. Доналдсон выставил вперед ладонь, и бритва прошлась по основанию всех четырех пальцев. На третьем он носил тяжелое кольцо, поэтому третий остался целехонек. Раздался короткий скрежет, звук «дриннньк», когда лезвие напоролось на металл и прошлось по нему, оставив малюсенькую царапину на сплаве золота. Три остальных пальца бритва поранила глубоко, вонзившись в плоть, как горячий нож в масло. Пальцы с перерезанными сухожилиями сразу обмякли, как сонные куклы, оставив стоять торчком лишь окольцованный, словно объятый ужасом и страхом Доналдсон забыл, каким пальцем пользуешься, когда хочешь кому-то «сделать козу».

На сей раз, когда Доналдсон раскрыл рот, он уже взвыл как следует, и Старк понял, что выбраться отсюда никем не замеченным и не услышанным ему не удастся — об этом можно забыть. У него были все основания рассчитывать на это, поскольку ему не нужно было заставлять Доналдсона никому звонить, но — так уж случилось. Начав мокрое дело, его уже не бросишь, его нужно доводить до Конца — или до конца дела, или до твоего собственного.

Старку это начало надоедать. Они продвинулись по коридору почти до двери в соседнюю квартиру. Он легонько встряхнул бритву, чтобы очистить лезвие, и капли забрызгали кремовую поверхность стены. На дальнем конце площадки приоткрылась дверь и из нее высунулась сонно-взлохмаченная голова и плечи мужчины в голубой пижамной рубахе.

— Что тут происходит? — крикнул он сиплым голосом, явно говорящим, что пускай тут хоть сам папа римский, а вечеринку надо заканчивать.

— Убийство, — небрежно сказал Старк и на мгновение перевел взгляд с окровавленного, подвывающего человечка перед собой на того, кто высунулся из двери. Позже этот человек расскажет полиции, что глаза нападавшего были голубыми. Ярко-голубыми. И совершенно безумными. — Хочешь поучаствовать?

Дверь захлопнулась так быстро, словно никогда не раскрывалась.

Как ни коротко было то мгновение, когда Старк отвел от него взгляд, Доналдсон — раненый и охваченный ужасом — уловил в нем свой шанс. И использовал его. Маленький ублюдок был и впрямь скор. Восхищение Старка росло. Быстрота реакций и инстинкт самосохранения у малыша вызывали уважение, почти перевешивавшее чувство досады.

Бросься он вперед и сцепись со Старком, и, пожалуй, сумел бы не просто вызвать у того досаду, а создать что-то близкое к серьезному осложнению. Вместо этого Доналдсон повернулся и побежал.

Реакция понятная, но — ошибочная.

Старк ринулся за ним, мягко ступая огромными ботинками по ковру, и полоснул его сзади по шее, не сомневаясь, что это уж точно положит всему конец.

Но за ничтожную долю секунды до того, как бритва Должна была оказаться «дома», Доналдсон дернул головой вперед и ухитрился как-то втянуть ее в плечи — словно черепаха в свой панцирь. Старк начал думать, что Доналдсон просто телепат. На сей раз то, что должно было быть смертельным ударом, просто слегка отделило скальп от черепа у его основания. Крови много, но далеко не смертельно.

Это раздражало, сводило с ума и… было почти смешно.

Доналдсон несся по коридору, виляя из стороны в сторону, порой даже отталкиваясь от стен, как шарик в игровом автомате, застревающий на определенных участках, дающих игроку 100 000 очков, право на бесплатную игру или еще какую-то хреновину. Несясь по коридору, он продолжал орать. Кровавый шлейф тянулся за ним во ковру. Один раз он оставил на стене кровавый отпечаток ладони — отметину своих достижений. Но он все так и не умирал, продолжая нестись по коридору.

Ни одна дверь больше не распахнулась, но Старк знал, что в эти минуты по меньшей мере в полудюжине квартир полдюжины пальцев набирают (или уже набрали) 911 на полудюжине телефонных аппаратов.

Доналдсон очертя голову несся к лифтам.

Не разозленный, не испуганный, а лишь жутко раздраженный, Старк бежал следом. Неожиданно он рявкнул:

— Да постой же ты и веди себя нормально!

Непрекращающийся вопль Доналдсона о помощи сорвался на бессмысленный визг. Он попытался оглядеться. Одна нога зацепилась за другую, и он рухнул в десяти футах от небольшого холла перед лифтами. Как с удовольствием отметил для себя Старк, даже самые прыткие парни в конце концов растеряют все свои удачные мысли, если их порезать как следует.

Доналдсон поднялся на колени. Он явно намеревался доползти до лифтов, раз ноги ему отказали. Он повернул назад свою кровавую маску, чтобы посмотреть, где его преследователь, и Старк врезал ему ногой по вымокшему в крови носу. На нем были коричневые мокасины, и он врезал паразиту изо всей силы — руки опущены по бокам, тело чуть откинуто назад, чтобы сохранить равновесие, левая нога входит в контакт с целью, а потом взметается на высоту его собственного лба. Тому, кто видел когда-нибудь футбольный матч, это сразу напомнило бы об очень хорошем, очень сильном пенальти.

Голова Доналдсона дернулась назад и вмазалась в стену с такой силой, что оставила там полукруглую вмятину, по форме соответствующую черепу, а потом отскочила обратно.

— Все-таки отключил тебе батарейки, да? — пробормотал Старк и услышал, как позади него отворилась дверь. Он обернулся и увидел растрепанную черноволосую женщину с огромными темными глазами, которая высунулась из квартиры и уставилась в коридор.

— А ну, скройся, сука! — заорал он.

Дверь захлопнулась, словно была на пружине.

Он нагнулся, схватил Доналдсона за сальные грязные волосы, откинул его голову назад и перерезал ему горло. Наверно, Доналдсон был мертв еще до того, как его голова соприкоснулась со стеной, и уж точно — после этого, но действовать лучше наверняка. А кроме того: если уж начал резать, то и заканчивай.

Он быстро отступил назад, но Доналдсон не выбросил фонтан, как та баба. Его насос или уже выключился, или был на последнем издыхании. Старк быстро пошел к лифтам, на ходу закрывая бритву и засовывая ее в карман.

Мягко звякнула подъезжающая кабина.

Это мог быть жилец: час ночи — еще не так поздно в большом городе, даже для понедельника. Тем не менее Старк быстро двинулся к огромному цветочному горшку с растущим в нем деревом, который стоял в углу холла перед лифтами, рядом с совершенно бесполезной и непрезентабельной картиной. Он встал за деревом. Все его инстинкты-радары громко пищали, возвещая тревогу. Теоретически кто-то мог возвращаться с послеуикэндовской дискотечной лихорадки или затяжного делового ужина, но он не надеялся ни на первое, ни на второе. Он полагал, что это полиция. На самом деле он это знал.

Что это — случайно оказавшаяся поблизости патрульная машина, когда кто-то из жильцов позвонил и сказал, что на площадке кого-то убивают? Возможно, но Старк сомневался. Скорее похоже, что Бюмонт пошевелил мозгами: сестренку обнаружили, и это прибыла полицейская охрана Доналдсона. Лучше поздно, чем никогда.