на лесной поляне, и я рассказывала Руслану о его матери. О Фьюджин. Рассказывала о классных уроках и об отдельных. Рассказывала о том, какой у неё большой и красивый дом, какие там растут цветы. Какие она любила больше всех, сколько их было, где они располагались. При всем этом, я активно жестикулировала, потому что сложно признаться, но в какое-то время, она была буквально моим идеалом и совершенством. Всегда такая ухоженная, гордая, строгая, и даже после того, как потеряла силу, невероятно могущественная и властная.
Если честно, я даже после всего пережитого, очень бы хотела, чтобы моя учительница была счастлива. Потому что, даже несмотря на ошибки в прошлом, она этого достойна.
Руслан.
Я словно завороженный слушал Милану и не перебивал ее.
Оказывается, она так много знала о моей матери, которую совершенно не знал я. Занятно. Девчонка из другого мира, знает о ней, практически всё: где, и как она живёт, знает расположение комнат в ее доме, большую часть растений, привычки и повадки. Знает, что обычно она любит надевать на прогулки и в школу, где работает, чем заниматься в свободное время…
А я, её сын, до этого момента, знал только её имя, и оно, как ни странно, оказалось фальшивым.
Было ли мне обидно? Возможно. Но я всё равно не перебивал и слушал. Запоминал каждую деталь.
Я оправдывал себя. Говорил, что я узнаю это, только ради отца. Для того, чтобы передать ему всю эту информацию, чтобы ему стало спокойнее на душе.
Но ещё с самого начала, я понимал, что обманываю сам себя. Мне было интересно. Очень интересно. В детстве, это было моей мечтой. Узнать что-то о ней, увидеть. И сейчас моя старая мечта, к сожалению, сбывалась.
Я хотел знать это, еще в далеком детстве. Лет до семи. Расспрашивал отца. Он не любил говорить об этом, но в те редкие моменты, что все-таки говорил, глаза его наполнялись болью и отчаянием. Мне было его жалко, поэтому, я очень быстро оставил попытки что-либо разузнать о ней.
Потом, это желание испарилось. И настал мой личный кошмар. Я осознавал, как это тяжело — не иметь матери.
Как раз, в семь лет я пошёл в школу, и слово мама приходилось мне слышать слишком часто. Чаще, чем ежедневно. Я завидовал каждому ребенку, у которого была мама. А эти дети даже не понимали, каким счастьем обладают. Просто так. С рождения. И потому что, им повезло. Мне не повезло.
Я часто слышал выражение, что дети самые жестокие существа. Я проверил это на практике. Слышать в детстве вопросы: «А почему твоя мама не приходит за тобой в школу?», «А почему твоя мама не ходит на родительские собрания?», «Почему всех просят продиктовать номер мамы, а у тебя, нет?», «А у тебя есть вообще, мама?», «Твоя мама умерла, да?».
Да. Умерла. Для меня, она всегда была мертва. И даже когда папа говорил мне, что возможно, она еще жива, мы просто не знаем где она… я понимал, что скорее всего, отец утешает этим не только меня, но и себя. Ведь, если она нас так любит, почему она не возвращается?
Потому что не может? У неё нет выбора?
Я всегда считал эту фразу чистый отговоркой. И говорил, что выбор есть всегда. Оказывается, я ошибался. Выбор есть не всегда…
Но сейчас, он у меня есть. А лучше бы, его не было.
Милана.
Я была рада, что у Руслана всё получается. После подаренного букета одуванчиков, он создал еще пару букетов с другими цветами, а потом попытался управлять колосьями пшеницы на поле, посреди которого, мы и тренировались.
— Слушай, ну представить, как у меня в руках появляются цветы, я еще могу, но как, скажи мне, заставить уже существующие растение двигаться?
— Я, Руслан, без понятия! Извини, но маг я не по растениям, а по животным. Но мне кажется, у тебя есть явный потенциал. А маги, уровень которых, выше четвертого — умеют не только повелевать растениями, но и даже разговаривать с ними. Вот это, мне кажется, действительно, сложно.
— Подожди, но если маги растений могут разговаривать с цветами, разве маги животных не могут разговаривать с животными? — удивился мой первый, и я надеюсь последний ученик.
Вопрос логичный. Мне кажется, Руслан начал понимать логику магической теории.
— К сожалению, нет. Мы можем только улавливать их настроение, или они могут сами показать нам, чего хотят. Этому учатся. И получается не у всех, и не сразу. Зато, мы можем обращаться в животных! А вот, маги растений, к счастью, или к сожалению, это как посмотреть — не могут обращаться.
— Понятно. Короче, можно сказать, что мне повезло, да? — хмыкнул Руслан.
Видимо, как и я представивший себя, в виде какой-нибудь пальмочки или березки.
— Можно и так сказать. Думаю, на сегодня будет достаточно — сказала я, с предвкушением ожидая завтрашнего дня.
Тренировку уже продолжать небезопасно. В конце концов, Ру только учится и силы у него исчезают очень быстро.
— Да, конечно, тогда пошли, попьём чай, что ли — предложил, магически одаренный юноша и с твердым намерением потащил меня в свой дом.
— Конечно, только давай недолго, я на секцию записалась — отозвалась я. Не хотелось обижать его и пренебрегать гостеприимством.
— Ого, и на какую же? — удивился Ру.
— По каратэ. Буду ходить два раза в неделю, деревянные досточки ломать — усмехнулась я. Как же мне не хватает спорта!
— Ого, а с чего это, так кардинально ты решила заняться боевыми искусствами? — опешил он.
Не ожидал видимо.
— Ну… я ими занималась до того, как попала сюда — ответила я, осторожно ступая по каменной дорожке, уже во дворе дома Руслана.
— Не знал, а почему не рассказала раньше? — растерянно, сказал он.
— А ты не спрашивал — ответила я.
Как я и ожидала, Руслан начал расспрашивать меня обо всем, что произошло за эти пару дней. Не то что бы меня это сильно нервировало, просто напрягало очень.
Где-то внутри, мои чувства вопили: «Зачем ты продолжаешь с ним общаться? Он же все равно остаестся на Земле, тебе нужно всего лишь обучить его магии и сказать "Ариведерчи!"», тем временем другая часть меня твердила: «Он твой друг. Друг же? Ты должна ему хоть немного доверять. Он же просто волновался! А ты дура, даже не перезвонила ему. Бессовестная!». Тем временем, вопросы продолжали сыпаться на меня, как куча бумаги с потолка. Куда я уезжала, где теперь живу, в каком именно районе,
