живой реакции, живого действия, живущей личности следует считать реальность, в пределах, прерогативах и противоречиях которой и происходит процесс приспособления путём разрешения этих противоречий по закону единства и борьбы противоположностей. Для общего ознакомления назовём несколько противоположных, противоречивых сочетаний: жизнь↔смерть; красота↔безобразие; изобилие ↔бедность; позор↔слава; учёность↔невежество; мощь↔убожество; благородство↔низость; весёлость↔печаль; успех↔неудача; национал-большевизм↔патриотизм; ханжество↔целомудрие; коллективизм↔личность; и т. д… Интересное единство противоположностей приводит Климов Г.: «Какая связь между Жанной д Арк и Екатериной Великой? Это закон единства и борьбы противоположностей. Если бы их смешать вместе, то получилось бы целое — Жанна д Арк была мужененавистницей, а Екатерина Великая как раз наоборот, любила мужчин больше, чем положено».
«Чем глубже нисхождение в материю, тем больше и сильнее противоречия». Добавим: чем шире, глубже, тоньше интересы людей, тем больше и сильнее противоречия между ними. Если «тебя много» и в тебе много агрессивной требовательности, то приготовься к конфликтам и потере равновесия. Из факта разрешения противоречий возникает «необходимость» — либо согласиться с самотёком событий, либо тащить их силой. В принципе, систему противоречий человек носит всегда с собой, внутри себя, соотнося их со своими стремлениями и возможностями. В нормальном состоянии преимущество за законами, защищающими человека и тогда он стремится к созиданию.
Итак, наши мысли о типологии популяционного пространства считаем пока «идеосхемой», а само это нетипичное в практике жизни считаем «идеопространством». Оно в первую очередь и главным образом отражает насыщенность этого пространства расселением, людьми, обитателями (слабую, редкую или плотную). Насыщенность, масштабы, цельность — расчленённость «идеопространства» и является начальным, исходным пунктом (моментом), от которых и начинают происходить, разворачиваться и развиваться определённым образом жизнетворение, отличное в разных географических местностях, разные у индивидуума, общества, нации, государства по всем аспектам и направлениям жизни.
Поэтому популяционное пространство в целом и среда обитания в частности в данном случае требуют более обширной, более глубокой и разносторонней по содержанию их характеристики, и обеспечивают эту роль. Качества и свойства эти только и могут исходить из субатомных структур. Современных научных знаний ещё недостаточно, чтобы строго предметно определить и осмыслить эти качества. Пока мы можем сказать о них лишь метафизически в таких действиях, как: потребление среды, усвоение полезных, питающих её свойств; ассимиляция и объединение с близкими по смыслу качествами среды; пропускание среды через себя; вбирание среды в себя. Но во всех случаях для целей книги необходимо видеть, определять и вычленять их содержание в качестве составных элементов «Восточного» популяционного типа, т. е. нашего типа.
Науке тоже ещё не дано расчленять на составные части весь обширный субстрат «Восточного» популяционного типа, пусть и рыхлый в пространстве расселения, чтобы спроецировать их на трудности жизнедеятельности в обеспечении сквозного, неразрывного исторического процесса. Тогда и адаптационные посылки тоже предстают разрозненными в своей отдельной самостоятельности.
В ы в о д ы к разделу 5
История — это разные успехи и достижения разных народов.
Жизнь демонстрирует различия в характере и результатах жизнетворения в разных географических условиях, которые видятся наяву в натуре.
Отсюда и успехи исторической борьбы тоже различны.
Все смиряются, потому что видят в натуре, но не обладают знаниями объяснить происхождение этих различий.
И сколько историческая мысль не бьётся, окончательного ответа пока нет.
Это значит, что нехватает ёмких знаний, глубины проникновения в действительность и объективность её расчленения для анализа.
Современная наука может указать лишь общий адрес причин различий — субатомную физику.
Знать это — значит знать свою историю и предвидеть будущее.
Позиции качественности и свойственности аборигенов складываются из априорно генетически заданной и нажитой доли и психически усвоенной.
В сутях закона единства и борьбы противоположностей три пртивостоящих начала: «Созидание↔Разрушение»; «Добро↔Зло»; «Танатос↔Эрос». Их взаимодействие бесконечно.
С неизбежностью и объективностью возникли тонкие субатомные корни русскости.
Большевики победили, потому что их идеи были близки русскому естеству.
Раздел
6.
Черты русского народа
Черты большого народа, каковым является русский народ, многочисленны, многообразны, многоуровнёвы и многокачественны, взаимосвязаны и переплетены между собой. Имею абсолютное убеждение в том, что продолжает существовать далеко не познанная внутренняя природа русскости и русских людей, так как всё, что о ней сегодня ведомо сполна не даёт ответов на тайные, невидимые пружины истории России, её бед, несчастий и катастроф. О них говорили разные авторы, как отечественные, так и зарубежные. Разобраться в этом сложном конгломерате совсем не просто. Вычленить каждую из них в отдельности почти невозможно, ибо они взаимопроникнуты. Сложилась сложная мешанина событийности и мнений авторов о множественных качествах. Нам же для характеристики популяционной специфики нашего «Восточного типа» желательно иметь их врозь, рассыпно.
«Чистота» разделения для этих целей не требуется. Поэтому мы вынуждены будем отнестись к разделениям достаточно условно. Однако начало понимания относится не к самим чертам и свойственностям народа, а к русскости как к специфическому всемирному явлению в синтезе механизмов и законов физики, биологии, естественной природы, особенно живой, исходы которого (синтеза) следует искать в субатомных миничастицах материи, в этнической территориальной общности. О природе русскости с визуальных позиций и точки зрения было говорено многими исследователями и авторами, но всегда с поверхностной стороны дела по недостатку знаний истины. Истинное же влияние Матери — Природы там, в её причастности ещё к доатомной насыщенности тончайшей энергетикой, каковой она и является в каждом географическом месте, каковая и синтезирована в русскости из глубин Мироздания.
Предметно об этом мы уже пытались сказать в первой части книги. Речь шла об отечественной популяционной типологии, вытекавшей из недр Родной Земли и родным пространством обитания, названных «Восточным типом». Закономерность превращения особенностей родной земли в русскость — это пока великая задача большой науки. Её насущность сегодня более чем очевидна. Но и теперь отечественная популяция наделена для жизни, скажем образно, «Королевским даром» с факторами его защиты: огромными расстояниями, труднопреодолимыми из-за грязи и бездорожья, несметными ресурсами. Неумение и хищническое использование этого дара постепенно сделало «короля голым». Рассуждения свои мы только и можем базировать и строить на физически реальных чертах характера и всех свойственностей индивидов.
По профессии я не историк и не научный работник. Научные выходы моих исследований меня не интересуют, к ним не стремлюсь. Мой интерес обывательский, достичь простого понимания заданных и наработанных вещей, чтобы по жизни «быть зрячим». И первой такой вещью являются качества русских людей. В понятие «Русские и русскость» входит то скрытое, тонкое, психически глубокое вплоть до субатомного строения данного человеческого типа, что не видно, но что коренное в нём. Разрешиться просто: самоидентификация, а не биология. О них теперь
