дверью, с надписью:
«Служебное помещение
Посторонним вход воспрещен»
– Какой милый парень, – хмыкнул Кит. – Так и веет от него дружелюбием.
– Не каждому, кто встречается тебе на пути, Кит, ты обязан нравиться, – сообщила Сибил, направляясь к двери с надписью «ВЫХОД».
– Спасибо, это я уже уяснил, повстречав тебя.
Они вышли из офиса представительства Операнцесс, и Кит замер в изумлении.
– Драгос? – поразился он. – На кой черт мы приперлись в Драгос?!
Перед ними раскинулся огромный город, самый богатый во всем Конгломерате. Дома из белого камня и серого кирпича, украшенные золотыми узорами, статуями и лепниной, вздымались ввысь, протягивая к небу шпили башенок, трубы дымоходов и купола крыш, сияющие на солнце. Драгос не имел одного конкретного архитектурного стиля, совмещая на одной улице сразу десяток различных построек, что само по себе и можно было назвать стилем. Особым стилем. Стилем Драгоса, который позволял сочетать в себе, к примеру, высоченную круглую башню центрального банка клана Рим, по-военному строгую, хоть и украшенную разноцветными гербами и флагами, с трехэтажным зданием музея естественной истории, крышу которого венчал скелет морского чудовища, левиафана, скалящийся на прохожих тремя рядами огромных зубов.
Высоко над Драгосом парили дирижабли различных размеров и форм, скапливающиеся вокруг четырех причальных башен, торчащих практически в самом центре города. Между ними и крышами десятки самых разнообразных по внешнему виду, назначению и происхождению существ парили на своих механических, кожистых и оперенных крыльях. Добрая половина из них принадлежала частным охранным агентствам Драгоса, заменяющим здесь полицию, а также почтовым службам. Остальные же были частного назначения: доставляли личные сообщения, сопровождали своего хозяина в пути и делали, бог знает что еще.
На самих улицах тоже было на что посмотреть. Нигде больше в Адверсе не встречалось такого количества разнообразных паровых машин, от дорогостоящих мифридов – передового средства передвижения самых богатых и влиятельных людей Конгломерата, до самых простых экипажей на паровом ходу. По тротуарам же чинно вышагивали местные жители, столь же далекие от внешнего вида, социального уровня, мировоззрения и благосостояния Кита, сколь и сияющие в ночном небе звезды далеки от глубин океана.
– Здесь мой дом, – безмятежно сообщила Сибил, подошла к краю дороги и оглушительно свистнула, подняв вверх руку.
– Приглашаешь меня погостить?
– Признаюсь, что большого удовольствия от этого факта не испытываю, но в данных обстоятельствах будет разумно остановиться где-то в безопасном месте и разработать план дальнейших действий.
К удивлению Кита, возле них остановился самый обычный кэб, запряженный парой статных лошадок.
– Если мы в него сядем, нас не сочтут бедняками?
– Если ты пойдешь в таком виде пешком, точно сочтут.
Сибил сообщила кучеру адрес и забралась в кэб. Кит пропустил вперед всех гремлинов и забрался последним.
– Не знал, что ты живешь в Драгосе, – пробормотал Кит, глядя в окно на красоты самого богатого города мира.
– Будто все остальное тебе обо мне известно.
– Выходит, что твой отец неплохо подзаработал на том деле, которое теперь ты считаешь недостойным и грязным.
– Не смей, Кит, – зашипела вдруг на него Сибил. – Мой отец был великим человеком.
– А кто спорит? – Кит поднял руки в знак своей капитуляции. – Я лишь хотел сказать, что…
– Я знаю, что ты хотел сказать. Да, когда-то он занимался тем же, чем и ты. Но он сошел с этого пути. Мой отец совершил немало ошибок в жизни, и за каждую из них в итоге ответил. Будь уверен, он выплатил свой долг как перед обществом, так и перед государством.
– Прости, я ни в коем случае не хотел оскорбить его память. Я очень уважаю твоего отца, более того, ты даже представить себе не можешь, как сильно меня, еще тогда мальчишку, захватывали все эти истории о неуловимом, удалом Чарльзе Мортоне, который в очередной раз оставил полицию с носом. Я мечтал стать таким же.
– И это самое ужасное! – воскликнула Сибил. – Я так устала оттого, что моего отца помнят лишь по поступкам молодости, но никто не знает, каким он стал потом, как переосмыслил свою жизнь, после того как… – Сибил запнулась и смолкла.
– После чего? – осторожно спросил Кит, выдержав небольшую паузу.
– После смерти моей матери, – закончила она. – Никто не знает, что он отдал все свои находки в Университет. Все, Кит, до самого последнего артефакта. Никто не знает, что он преподавал в Университете историю, а также теорию прото-артефактов, обучая молодых студентов работать с такими опасными вещами. Никто не в курсе, что он возглавлял несколько очень значительных и полностью легальных экспедиций в Леонию, Волхарию и даже на Младший Материк. И никто, уж точно, не знает, что он был замечательным отцом. Все помнят только неуловимого вора, расхитителя, одного из главных поставщиков артефактов на черный рынок своего времени.
– Прости, – повторил Кит. – Я не думал, что надавлю на больное.
– Забудь, – отмахнулась от него Сибил и, отвернувшись, уставилась в окно, демонстрируя всем своим видом, что разговор окончен.
Кит глянул на гремлинов, поймал недоуменный взгляд Бартоломео и развел руками, как бы говоря: «Кто ж знал?!».
Особняк Мортонов располагался на самой окраине Драгоса, в закрытом для посторонних жилом районе. Он был огорожен высоким забором, овитым стеблями голубого плюща. За массивными коваными воротами, с большой буквой М по центру, виднелся трехэтажный особняк, серые стены которого живописно овивали стебли голубого и красно плюща, а также лозы роз, украшающие здание алыми, белыми и желтыми цветами.
Они покинули кэб и, когда подошли к воротам, Сибил позвонила в маленький колокольчик, висящий с краю.
– Очень красиво, – отметил Кит, стараясь сгладить недавний неприятный разговор, а заодно и проявить уважение к поместью Мортонов, что, как он надеялся, должно было растопить лед в глазах Сибил.
– Видел бы ты, в каком состоянии был этот особняк, когда отец получил его в свои владения.
– Так это не ваше родовое гнездышко?
– Теперь да, после того, как отец его выиграл у какого-то разорившегося бизнесмена, который, несмотря на свое бедственное положение, страстно желал один особенный артефактик.
– Выиграл? В королевского оракула? – уточнил Кит,
