Читаем без скачивания Формула Бога. Возвращение - Юрий Витальевич Яньшин

Оба тела, с разницей в пару секунд падают в разные стороны. То, что поменьше с раскинутыми в стороны ручками и ножками на асфальт тротуара, то, что побольше нелепым мешком метров в пятнадцати вперед, по ходу движения транспорта. «Та-а-к, — мысленно уже готовя, себя к дальнейшим сюрпризам подумал майор, — И где же наш «джип теперь?» Развернул картинку вслед за машиной. Дорога была чиста. Если конечно не считать валявшегося неподалеку тела несчастного реципиента. Невольно поймал себя на мысли, что безумно хочется перекреститься. Нажал на клавишу «пауза». Воровато оглянулся. За стеклом выгородки царила обычная деловая атмосфера. В его сторону никто не глядел — все были заняты своими делами. Истово перекрестился. Опять оглянулся, после чего отжал клавишу и продолжил просмотр. Вот начинает собираться толпа. Вот опять крутится неприятный типчик в белой «двойке» и темных очках. Вот опять Инесса, повернув голову в сторону наблюдателя. шепчет слово «папка». «Не может этого быть. Ну просто не может. Я же не сошел с ума! Или уже сошел?!», — приговаривал он тихонько. «Почему именно в эту сторону она повернула голову? Не в другую и не глядя в небо, как это было бы естественно, а именно в эту сторону». И тут ему пришла в голову здравая мысль: «А почему бы не сделать распечатку внутреннего состояния всех участвующих в этом деле лиц? Если я сошел с ума, то компьютер же не мог вместе со мной свихнуться?!» Сказано — сделано. Выбрал два кадра. Один — за одну десятую секунды до столкновения, второй — момент поворота головы и произнесения девочкой слова «папка». Курсором обозначил всех запечатленных лиц, ткнув на всяких случай и в тонированное стекло «джипа». Набрал команду на клавиатуре команду «основные жизненные параметры», затем немного подумав, добавил к ней «параметры окружающей среды» и нажал «ввод». Возле каждого из обозначенных персонажей, компьютер мелким шрифтом ядовито-зеленого цвета выдал информацию. «Ешкин кот! — не поверил своим глазам Левушка. — Выходит я тут дурак не единственный!» На первом кадре, где были запечатлены отец, дочь и автомобиль, только показатели ребенка с повышенным артериальным давлением и учащенным сердцебиением не вызывали никаких вопросов. Крестик курсора, направленный на лобовое стекло «джипа» выдал сногсшибательную информацию: «Параметры идентификации не подлежат». «И как это понимать прикажете?!» — вскинулся он. Еще пару секунд назад он надеялся, что курсор наведенный на лобовое стекло покажет отсутствие в данном месте какого бы то ни было организма. А тут… организм, стало быть, имеется, но идентификации не подлежит. Кретинизм компьютера был, что называется налицо. Переведя взгляд на отца девчушки, и вовсе пришлось поднимать упавшую на клавиатуру челюсть. Напротив его изображения горела надпись: «Обширный повторный инфаркт. Время наступления клинической смерти — 1,89 секунды назад». «Это что же получается? Будучи уже мертвым он сумел отбросить ребенка в сторону?! А «джип» значит, задавил уже мертвеца?! Ну и дела…» — схватился за голову Левушка. Внизу экрана тоже светилась надпись, на которую он сначала не обратил внимания. Надпись гласила: «Температура в эпицентре +16 °C. Температура окружающей среды +23 °C.» Разница составляла 6 °C. «Температурной аномалии еще тут не хватало» — обреченно подумал он. И тут ему в голову стукнула уже вторая за день мудрая мысль. Нажал клавишу селекторной связи:

— Эллочка, — обратился он к регистратору плановых операций. — Будь любезна, посмотри пожалуйста в журнале контроля за завершением операций на сегодняшнее число, зарегистрирована ли заявка на наблюдение за окончанием операции по координатам — город Самара, улица Пугачевский Тракт на пересечении с Ново-Молодежным переулком, время приблизительно 7 часов 50 минут по местному?

Прошла минута, затем вторая… Он уже начал подозревать, что ответ регистратора не принесет ничего хорошего, когда в динамике что-то зашуршало и неуверенный голос неведомой Эллочки испуганно произнес:

— Лев Михайлович, тут такое дело… Я в общем ничего не понимаю…

— Не тяни! Говори, — оборвал он ее.

— Первоначально такая заявка была из отдела аналитики, еще с прошлой недели значится, все как и положено при штатных завершениях. И действительно по этим координатам. А потом… потом отменена.

— Когда отменена?! — с недоумением и уже с нотками раздражения в голосе спросил он. — Кем?!

— Сегодня отменена. В семь пятнадцать…

— Кем?! Кем отменена?! — не скрывая злости на весь белый свет закричал он.

— Извините, Лев Михайлович, — чуть не плача ответил динамик селектора. — Вами отменена.

Он уже хотел было наорать на нее, не сошла ли она там с ума, ведь все знают, что на службу он приходит всегда к восьми утра, в это время на рабочих местах сидит только дежурная смена, но вовремя прикусил язык, понимая, что девчонка тут не причем.

— Какая формулировка сопровождала отмену заявки? — уже более спокойным тоном спросил он.

— Формулировка пояснения отсутствует.

— Ясно. Спасибо, — сказал Вершинин и отключился.

«Так-так, — подумал он про себя, — а ведь дело принимает совсем уж дурной оборот. Кто-то явно не хотел, чтобы информация о завершении в общем-то рядовой операции стала достоянием общественности». Немного посидел в задумчивости, то и дело поправляя сползающие с носа очки. Потом его рука сама опять потянулась к селектору, опять предусмотрительно нажав зарание на «запись». Набрал нужный номер и включил экран, чтобы видеть собеседника. Экран вспыхнул светом и на нем показалась длинноволосая с острым носом физиономия еще далеко не старого начальника отдела ПВ-перемещений Дмитрия Борисова:

— Отдел ПВ-перемещений. Слушаю.

— Привет, скуфейкин сын! — не слишком приветливо поздоровался Вершинин со смежником.

— Здорово, разночинец! — в тон ему ответила длинногривая голова.

Со стороны могло показаться, что встретились руководители двух враждующих меж собой группировок, настолько груб и фамильярен был их тон. Но все на самом деле было не так. Просто между старыми друзьями, а они действительно дружили уже давно, в силу примерно одинакового возраста и положения в ангельской иерархии, было принято такое неформальное обращение друг к другу.

— Я вот по какому делу тебя беспокою. Сегодня утром в районе Самары, примерно без 10 минут 8 утра по местному времени должна была завершиться операция…

— Ты говоришь о Захарии? — перебил его тот.

— Да. А что?

— Ничего. Просто я тут сижу и ломаю голову. Сам хотел тебе набрать, посоветоваться. Да ты меня, видишь, сам опередил.

— Вот именно. Что там у вас такого случилось, что операция завершилась аварийно? — чувствуя себя на пороге открытия, спросил Вершинин.

— Там вообще с этим делом возникла нехорошая свистопляска…

— Ну-ну, говори-говори, — подбодрил Борисова Левушка.

— В общем, операцию как всегда разрабатывали спецы из отдела по планированию. Ты сам прекрасно знаешь, что приказы на завершение операции — дело довольно редкое. Никто не знает