— Да я собиралась пару лет назад.
— И что, отец был против?
— Нет, он был не против, внешне, по крайней мере, он же готов любое мое желание исполнить, даже луну с неба достать. Просто я поняла, как ему будет без меня одиноко и как отчаянно он не хочет со мной расставаться, хотя и делает вид, что все в порядке. Мне стало его жаль, и я никуда не поехала, хотя, признаться, очень хотела уехать.
— Но когда-нибудь вам все равно придется расстаться, — резонно заметила я. — Ты выйдешь замуж, и…
— Не хочу замуж! — Она так сильно замотала головой, что ее густые волосы рассыпались по плечам плотной волной.
«Ну до чего же хороша, стерва!» — вновь подумала я с долей зависти.
— Не хочу замуж. Никогда не выйду замуж!
— Не зарекайся, в твоем возрасте я тоже так говорила, до тех пор пока Пашку не встретила — и сразу о своих клятвах забыла, — поучительным тоном заметила я.
В твоем возрасте! Можно подумать, что я старше ее лет на двадцать, а не на три года. Но все-таки я чувствовала себя взрослее и мудрее этой милой девчонки. Может, статус замужней дамы этому способствовал?
— Да и за кого выходить-то? Все мужики повывелись. Кругом одни пьяницы, гомики да импотенты.
— Ты рассуждаешь, как старая, поеденная молью дева, — усмехнулась я. — Утверждать, что все мужики сволочи, это все равно что говорить — все бабы дуры. Нельзя обобщать, все люди разные.
— Ну да, бабы — дуры, мужики — сволочи, а детки — цветы на могиле своих родителей, — скептически подытожила она.
— Мрачно на жизнь смотришь, подруга. Все не так уж плохо. Вот мы с тобой — не самые плохие представительницы слабого пола, как ты считаешь?
— Возможно, ты и нет, но что касается меня, то я отъявленная стерва.
— В чем же эта твоя стервозность проявляется? — полюбопытствовала я.
— Да во всем! Недавно, например, такую свинью подложила одному человеку, что сейчас стыдно. И знаешь, почему я это сделала?
— Почему же?
— Да потому, что он меня трахнуть не захотел, посмеялся надо мной, как над глупой маленькой девочкой, когда я ему себя предложила.
— Зачем? — обалдев, спросила я, слегка ошарашенная такими откровениями.
— Что зачем? Зачем он меня отверг или зачем я ему пакость сделала? — уточнила Эля.
— Да нет, зачем ты мне все это рассказываешь?
— А просто так, чтобы ты знала, какая я стерва. И хорошенько бы подумала, можно ли со мной, такой гадкой и противной, дружить, — она посмотрела на меня с вызовом.
— По-моему, ты на себя наговариваешь, — осторожно заметила я. Но похоже, она не лукавила, характер у этой малышки не подарок, может и зубки показать, не хотела бы я ей попасться на ее ровный белый зубок. Она собралась что-то ответить, но вдруг резко сменила тему.
— Слушай, а у тебя с Пашиными родичами какие отношения?
— С мамой — отличные, — честно ответила я. — Она мне очень понравилась. Такая простая и вместе с тем интеллигентная женщина. Мы сразу нашли общий язык.
— А с его отцом? Тоже сразу нашли общий язык?
— С отцом? Как сказать… — я замялась, не зная, что ответить. Что сказать, если я сама до конца так и не поняла, какие же у нас отношения? — Нормальные, он умный человек, — уклончиво ответила я, но Эля, вероятно, что-то заметила в моем ответе, поэтому недоверчиво переспросила:
— Нормальные, ты уверена?
— Конечно, уверена, а почему у нас должны быть плохие отношения? Если он и не в восторге от меня как от своей невестки, то внешне никак этого не проявляет. Он вежлив и любезен со мной.
— Вот именно! — вдруг с жаром подхватила Эля. — Он никогда внешне не проявляет своих чувств, и иногда так трудно, почти невозможно понять, что же он думает и чувствует на самом деле. Он очень скрытный тип!
— Ты так хорошо его знаешь? — Меня удивила горячность ее слов и даже некоторая обида, прозвучавшая, как мне показалось, в ее голосе.
— К сожалению, я совсем его не знаю, — сердито ответила она и сдула со лба прядь волос. — Впрочем, никто его не знает.
— Даже его жена и сын?
— Конечно, — она как-то странно усмехнулась. — Они-то в первую очередь. Хотя, возможно… — Она задумалась.
— Что возможно?
— Да нет, ничего, это я так. — Она снова усмехнулась. — Знаешь, Пашка совсем не похож на него, хотя всю жизнь с самого детства стремится во всем походить на отца.
— По-моему, ты преувеличиваешь, — не согласилась я. — Паша своего отца, конечно, уважает, он сам мне говорил, но чтобы во всем быть похожим, это вряд ли. Да и зачем ему это? Он и сам по себе личность.
— Личность! — Эля скептически усмехнулась. — Ему еще далеко до личности, пока во всяком случае. И вообще, плохо ты его знаешь, если считаешь, что он не стремится во всем походить на отца!
— Мы не так долго вместе, чтобы узнать друг друга, — возразила я, задетая тем, что моему мужу отказали в праве считаться личностью, — но мне кажется, что я все же неплохо его знаю. А на чем ты основываешь свои предположения, что он хочет походить на своего отца?
— Да на всем! На его поведении, начиная с самого детства! — Эля встала на ноги и пнула ногой камушек, в результате чего тот отлетел довольно далеко. — Он старался копировать походку отца, голос, манеры, привычки. Даже делал вид, что обожает макароны с сыром, как его отец, хотя на самом деле их терпеть не мог — ел через силу, давился, но ел и нахваливал, просил добавки.
— Ну и что? — Я улыбнулась, представив, как Пашка через силу впихивает в себя макароны. Которые, кстати, я сама терпеть не могу, и с сыром, и без. Кстати, а я так и не знаю, как сейчас Пашка относится к макаронам, нам еще ни разу не приходилось их есть вместе. Моя мама не готовила это блюдо, зная мою нелюбовь к мучным изделиям. Надо будет предложить ему как-нибудь ради эксперимента. Впрочем, теперь-то он наверняка повзрослел и не станет так глупо себя вести, как в детстве. — Ну и что? — повторила я. — Многие мальчишки стремятся копировать отца, особенно если тот является для них авторитетом. Что ж здесь плохого? С возрастом это проходит.
— А вот у Пашки не прошло.
— Что ты хочешь этим сказать? Если бы он стремился подражать, то пошел бы учиться на юриста, как отец, а он выбрал факультет физики. И борьбой тоже бросил заниматься, когда понял, что это не его дело.
— Вот именно, бросил заниматься! — воскликнула Эля. — Но ведь занимался же, хотя отец его не заставлял. Наоборот, советовал волейболом заняться, он же высокий. Но Паша хотел быть как его отец. Мечтал в спорте добиться таких же успехов. А что касается выбора института, он же сначала собирался поступать на юридический, как и отец, ты знаешь об этом?
