class="p1">— Ого, на башню напали?
— Не на башню, на меня. Мои же охранники. Это не в первый раз, так что я привыкла. Удивилась только, что не все…
— Мы сразу остановили атаку, — сказал гордо Дмитрий. — Поэтому команда прошла только частично.
— Но может ещё раз пройти, поэтому мы здесь, — добавил я. — Где тут у тебя серверная?
— Понятия не имею, что это. Но технические этажи внизу, сразу над Цитаделью, думаю, стоит поискать там. Надеюсь, вы любите ходить по лестницам.
— Тридцать этажей? Серьёзно? — ужасается Дженадин, глядя на уходящие вниз ступеньки.
— Давай, давай, растряси жопу! — смеётся Лирания.
— Я больше не пользуюсь лифтами, — сообщает механическим голосом оболочки Калидия. — Электричество может вырубиться в любую минуту. В башне есть резервный накопитель, но я не уверена, что лифты к нему подключены, а спросить некого. Я отпустила всех служащих после того, как сошла с ума охрана. Слишком много ненужных жертв.
— У тебя теперь отличный фитнес, — мрачно комментирует Дмитрий. Он не любитель физических нагрузок.
— В оболочке это не сложно. А спешить мне некуда, от меня ничего не зависит.
— К чёрту рефлексии! — призываю я. — Мы ещё подёргаемся. Ну, где там эти железки?
Серверная выглядит… Наверное, как серверная. Я их не так чтобы много видел.
— Никогда тут не была, — с умеренным интересом осматривается Калидия. — Но я и половины башни не видела. Она огромная.
Дмитрий тут же пристраивается у стола с мониторами, раскладывает на нём свой ноутбук, подключая его кабелем в гнездо на консоли.
— Сейчас… — говорит он бодро. — Сейчас-сейчас… Вот он, родимый!
— Где? — я оглядываюсь, но на мой взгляд все шкафы одинаковые. Железные и с лампочками.
— Погоди, — отмахивается Дмитрий. — Пока вы, варвары, не разломали его к чертям, сделаю кое-что, что можно сделать только отсюда. В эту игру могут играть двое!
— Что ты задумал?
— I solemnly swear that I am up to no good! [1]
— продекламировал он.
Судя по интонации, цитата, но мне она незнакома.
[1] Цитата из «Гарри Поттера». Ключевая фраза к «карте мародёров». На русский её перевели «Клянусь, что собираюсь сделать шалость и только шалость», но в оригинале она куда более зловещая.
— Можем мы, наконец, разломать тут всё? — кровожадно спрашивает Шоня.
— Твоим бы только ломать, — ворчит на меня Дмитрий. — Рукожопы. Один Кери не безнадёжен, да и тот недоучка…
— Тебе хорошо говорить, — злится Дженадин, — не у тебя бомба в башке!
Димка ей не отвечает. В серьёзных ситуациях он игнорирует мой отряд, обращаясь только ко мне. Как будто они что-то типа домашних животных — кто завёл, тот и отвечает.
— У нас два варианта, — говорит он мне. — Выключить или уничтожить.
— Не вполне понимаю плюсы и минусы, — признаюсь я.
— Если просто выключить, потом можно включить обратно. Команду из буфера я удалил, но, теоретически, ничто не мешает послать новую.
— А если уничтожить?
— Никаких команд никогда и никому. Плюсы — твои кибердятлы откликаются только на голос. Минусы — не только они.
— Ты хочешь сказать…
— Система аренды превращается в тыкву. Работниками нельзя дистанционно управлять через программу в облаке. Никаких больше счастливых зомби.
— А что будет? — интересуется Шоня.
— Обычная эксплуатация с монетарным принуждением, когда работник сам себя заставляет работать, чтобы не сдохнуть с голоду. В общем, как у всех. Что скажешь, э… брат?
— Знаешь, Дим, мне кажется, стоит спросить у заинтересованных лиц. Это их мир. Кстати, тут даже есть его номинальный правитель. Калидия, иди сюда!
— Я всё слышала, — сообщает она голосом оболочки.
— У тебя отличный шанс посоветоваться с подданными вместо того, чтобы рубить их мечом. Попробуй, вдруг понравится?
— Что скажете? — она поворачивает к ребятам пучеглазую башку.
— А разве мы можем решать за всех? — спрашивает Тоха.
— За всех всегда кто-то решает, — отвечает Верховная. — Почему бы и не вы?
— Как-то стрёмно, — признаётся Шоня.
— Вы были низовым балластом, — напоминаю я. — Потом кучкой беспризорников. Потом крайм-корпой. Потом клановыми. Потом солдатами. Вы жили в модулях и в башнях, в Центре и на Окраине, в городе и в Пустошах. Выживали, воровали, воевали, убивали, умирали. Если кому и решать судьбу города, то вам.
— Тогда к чёрту аренду, — решительно говорит Шоня. — Работать тоже так себе занятие, но аренда — полное говно.
— Согласна, — кивает Тоха. — нельзя позволять себе быть вещью. Даже если так проще.
— Лично я в аренду и не собирался, — говорит Кери. — Так что я, конечно, против. Из-за того, что все места заняты арендниками, для интиков нет работы.
— Ты просто завидуешь! — смеётся Шоня.
— А вот и нет, — отвечает он серьёзно. — Арендные — только исполнители, да и то посредственные. Они не могут создать ничего нового. Поэтому город так деградировал.
— Ну, не знаю… — задумчиво говорит Дженадин. — Для многих аренда настоящее спасение. От серой унылой жизни, которая изо дня в день идёт по кругу. Утром на работу, вечером с работы. Всё, что остаётся лично тебе, — вечерняя усталость и тяжёлый сон, с осознанием того, что завтрашний день — копия сегодняшнего. Оно точно того стоит?
— Ты скажи, — отвечает коротко Калидия.
— Я бы сказала: «Пусть останется как есть», — мотает головой Колбочка, — но вспомнила мать… Она раз за разом выбирала аренду. Она слабый человек… была. Она не знала, что делать со своей жизнью. Но когда лично для неё аренды не стало, она справилась. Пусть остальные хотя бы попробуют. К чёрту аренду!
— Я тоже могу сказать? — спрашивает Лендик.
— Почему нет? — пожимаю плечами я. — Это и твой город.
— Я хотел летать — и я летаю, — сказал он твёрдо. — У штурвала не обязательно быть кибером. Во всех смыслах.
— Лирка? — спрашивает Дженадин.
— Я промолчу, — уклоняется та. — Считайте воздержавшейся.
— Жаль, тут нет Лоли, — смеётся Кери.
— Ага, её «дай вштыриться, прем» очень оживило бы дискуссию! — отвечает Шоня.
— Что скажешь? — обращаюсь я к Калидии. — Ты всё ещё легитимный правитель. Даже если по факту это не совсем так.
— Скорее всего, город обречён, и мы все умрём в ближайшие сутки, — заявляет она ровным синтетическим голосом. Есть ли за ним какие-то эмоции, не понять. — Поэтому можете ломать всё, что вам вздумается. Предприятия уже стоят, Средка закрылась, так что арендных нечем занять. Пусть придут в себя. Посмотрят своими глазами на последние дни этого мира.
— Вот этот шкаф, — сообщает Дмитрий. — Достаточно разбить массив памяти.
— Можно я? — тут же выскочила вперёд Шоня. — Всегда хотела чего-нибудь этакого!
— Наслаждайся! — Дима вытащил из шкафа сложносочинённый параллелепипед размером примерно метр на метр и полметра толщиной. — Можешь с размаху сесть на него жопой, он
