Я отчаялась когда-нибудь встретить свою любовь. Верила, что ксана больше нет, давно проводила его за грань и видела свою будущую жизнь в полном одиночестве. Теперь же, находясь в его объятьях, поняла, куда вела меня судьба. К нему. К этому киборгу с лицом, покрытым грязью, со взъерошенными пыльными волосами и с невообразимо гладкой кожей, которой у людей не бывает. Но все равно это он! Ведь так?
— Энрой, а если он пообещает никому не навредить, вы все уберете оружие?
Ответом было молчание. Видимо, военный не мог на подобное решиться. Я же радовалась нашей с ксаном встрече и опасалась, что от малейшей оплошности могут пострадать люди. Ноль Второй и раньше меня не слушал. А станет ли это делать сейчас? Я коснулась дрожащими пальцами его щеки и с надеждой спросила:
— Элс, ты ведь их не тронешь?
— Они — враги моего… — ксан на миг завис. — Они — угроза! Их необходимо уничтожить ради защиты Артана и людей, живущих на планете. Главная задача: восстановить мир и порядок на Иннариане.
Как сухо! Его голос потерял приятные нотки тепла, теперь был механическим, неживым. Да и на мои прикосновения любимый не отреагировал! Зато рядом раздался смешок.
— Тебя обманули, Элс, — печально заметила, теперь коснувшись его волос. Он вспомнит самого себя! Нужно только время. — Где-то в твоей голове заложили неверные установки. Ты лираец, твое предназначение — жить в гармонии с окружающим миром, а не уничтожать его обитателей.
Его руки сильнее сжали мою талию. Я же переборола боль в боку, которая напомнила о себе от неосторожного движения, и заговорила, надеясь достучаться до Миалы моего киборга:
— Ты мне веришь?
— Ваше слово — закон, хозяйка.
Кто-то облегченно выдохнул. Я и сама ощутила, как частично ушло напряжение. Будто мы стояли на мине и вот-вот должны были взорваться. Но ее уже деактивировали. Правда, реакции на мои прикосновения по-прежнему никакой.
— Алиита, что же с тобой сделали в ИИС?
— Перепрограммирование, обновление ПО, вживление новых функций, очистка предыдущих установок, — киборг быстро зачитывал длинный список, будто тот пробегал у него перед глазами. — Внедрение дополнительной защиты, подключение к внутренней сети микроконтроля…
Я ужаснулась тому количеству процедур, которые успели совершить с ним за относительно короткий срок. Судя по услышанному, его модернизировали, а не заменили на что-то совершенно новое. А значит, где-то там еще жил непослушный Ноль Второй, который сумел растопить мое механическое сердце и даже в таком виде расположить к себе. Осталось достучаться до него.
— Рой, она ранена, — раздалось тихо где-то сзади.
Элс встрепенулся и в считанные секунды отыскал причину моего нового приступа боли в боку. Поднял голову на Энроя, быстро определив виновного, и рванул к нему. Схватил за горло. С размаху вжал в стену, отчего глаза мужчины закатились, а он засучил ногами и захрипел.
— Элс, нет! Помоги… — от внезапного головокружения опора ушла из-под ног, однако сильные руки подхватили меня, не позволив упасть.
Всего миг — и он понес меня к выходу. Смотрел прямо, двигался быстро. Ни капли эмоций — сухой расчет, от которого сердце сжималось в болезненном спазме.
— Ты! — приказал Элс, едва заметил Норсона. — За мной.
Я тряхнула головой и заглянула за плечо ксана. Энрой сидел на полу и потирал шею, а другие ребята растерянно стояли неподалеку, толком не понимая, что нужно делать. Хорошо хоть не начали стрелять. Думаю, в такой ситуации мне вряд ли удалось бы остановить киборга.
Я посмотрела на восставшего из мертвых Элса. Да, о Алиита, это он! Всю дорогу до медицинского блока я изучала его сосредоточенное лицо с открытым взглядом, мягкостью в чертах и еле уловимым упрямством в тонких поджатых губах. Никаких сходств с моим любимым мужчиной. Но в то же время я понимала, как сильно меня тянет к нему. Безумство высшей степени! Как можно с замиранием сердца смотреть на незнакомца, неистово желать к нему прикоснуться, поцеловать, отдать себя без остатка и не противиться этому? Мои глаза будто врали мне, искажали реальность. Зато Миала подсказывала, что он это. Он!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Спустя полчаса мой бок был благополучно залечен. В медицинский блок вскоре пришел Энрой с еще одним военным, который встал возле двери, готовый в любой момент стрелять в моего ксана. С их появлением в комнате возросло напряжение.
— Только не отпускай мою руку, — попросила я у Элса, заметив, как изменилось выражение его лица.
Он сдерживался. С приходом людей в форме превратился в неподвижного робота с резко заострившимися чертами лица, который больше не смотрел на меня — только вперед. У него будто появилась особая потребность: причинять им вред. Мне стало не по себе от этой догадки.
— Не понимаю, — выразила я вслух свое недоумение.
— А мне как раз все очень даже понятно, — отозвался Энрой, подойдя к Норсону, который вытирал мою кожу после заживляющего геля. — Лираец — превосходное средство точечного поражения. Помнишь, рассказывал тебе? Ему не приказали убить нас, так как это противоречит правилам, а внушили, что мы представляем угрозу, вселили, так сказать, нужную эмоцию, навязали свою точку зрения. Он не сломал мне шею, потому что ты попросила, так как эмоция к тебе была сильнее, чем те, которые заложили в него в ИИС.
— Любовь побеждает все? — поразилась я и хохотнула, заметив, как скривились мужчины. Зато киборг оживился. Сжал мою руку, сделал шаг, чтобы быть ближе. Впервые мне показалось, что он ощутил мою потребность, захотел прикосновениями доказать, что я не ошиблась. И от этого Миала разрослась светом, наполняя меня легкостью и той странной уверенностью, когда не нужно слов — хватает простой близости. — Тебе рассказать, кто ты?
Я одернула майку, едва Норсон закончил возиться с моим боком, и села. Подняла на Элса взгляд, до конца не веря своему счастью. Разве такое возможно? Потерять и обрести через пять лет! Да, мой ксан стал киборгом, но ведь по опыту общения с Ноль Вторым можно понять, что стремления остались те же.
— Ты лираец. Родился на Тэнсаре, жил там до двадцати пяти лет с родителями. Когда после кучи подработок накопил достаточно бри, отправился в межпланетное путешествие. И сперва заглянул на Лирай, где встретил меня. Ты оказался моим ксаном. Знаешь, что значит это слово?
— Единственный партнер.
— Ой, как грубо, — поморщилась я и оглянулась на подслушивающих нас мужчин. — Ладно, в мельчайших деталях объясню подробности позже. Так вот. Через год после нашего знакомства на Лирай напали агрессоры. Как оказалось позже, это были люди Артана. Того человека, которого тебе приказано сейчас защищать.
Элс стиснул зубы, и на его лице обозначились скулы. Видимо, ему сложно было принять сказанное.
— Ты мне веришь?
— Джи, мы можем занести это в базу.
— Нет! — возразила я, обернувшись, и вернулась к разговору с ксаном. — Элс, так ты мне веришь?
— Ваше слово — закон, хозяйка.
На этот раз меня покоробило от такого обращения. Удивительно, как поменялось восприятие одного-единственного киборга, стоило открыться правде. Когда-то я испугалась, что он назвал меня своей, а теперь буду с нетерпением ждать момента, когда он перестанет обращаться ко мне на «вы», не будет употреблять каждый раз «хозяйка», сам наклонится и поцелует, повинуясь обычному желанию, а не тому, что запрограммировано у него в голове. Я не переставала дотрагиваться до его живота, руки, поглаживать бок, замирая каждый раз от ожидания ответной реакции, но ничего не получала. Его систему перепрошили, еще слишком рано…
— Мы с тобой смогли убежать, — продолжила я, проглотив неуместную обиду. — Добрались до места высадки спасительной операции Противостояния — это как раз те люди, которых ты сегодня собирался уничтожить. Тебя ранили в голову, а меня утащили на корабль.
На этом моменте я запнулась и посмотрела на Энроя. Мне неизвестно, что было дальше.
— Мы с ребятами затянули тебя в наш корабль, — взял слово военный. — Посадили на аппараты жизнеобеспечения, потом Шанар установил тебе голову испорченного киборга, которого нашли на нашем складе. Затем пять лет бок о бок мы вместе с тобой боролись с ИИС. На Горнсе, в Волнорской долине, а еще на Западной Цисерии.
