— У вечернего платья обычно ниже вырез, — заметил Ферди. лукаво улыбнувшись Гарриет.
— Как верно, — чопорно ответила она. Купидон рвался с поводка, и Гарриет вежливо извинилась, что должна продолжить прогулку.
Вэл посмотрел ей вслед, потом обернулся к другу:
— Я понял, что ты хотел сказать. Некрасивая девушка, но очаровательные манеры.
— Гарриет не некрасивая, — сказал Ферди, глубоко обиженный, что его лучший друг мог сказать подобное о той, кем Ферди восхищался. — Ты должен посмотреть, что скрывается за веснушками. У Гарриет сердце из чистого золота — и способность попадать в золото на стрельбище.
Мужчины продолжили свою прогулку, причем Ферди продолжал рассказывать обо всем, что было так или иначе связано с бесценной Гарриет.
В Алмаке народу было необычно много. Гарриет представилась патронессам, которые пришли в этот вечер, потом вместе с Эммой прошла к ряду сидений, предназначенных для сопровождающих.
Эмма посмотрела на них и задумчиво заметила:
— Хотела бы я быть здесь, когда они рухнут. Думаю, что пострадает не только чувство приличия.
— Наверное, бедняжки, — рассеянно ответила Гарриет. Она старалась незаметно оглядеть зал. Ферди нигде не было видно.
— Интересно, где мой брат?
— Я не удивлюсь, если он приедет со своими друзьями лордом и леди Лэтем. Кажется, они очень близки.
— Вы встречались с ними обоими? Как мило. Феба прелесть, как вы поймете сами, когда встретитесь с ней за чаем у нас.
Музыканты заиграли вступление к котильону, и мистер Тук быстро возник рядом, чтобы повести Гарриет в обещанном танце.
Эмма смотрела, как они уходят, потом обратила свое внимание на входную дверь, надеясь увидеть брата.
Так случилось, что она пропустила его: он проскользнул в толпе мужчин. Она притоптывала в такт музыке, когда Ферди произнес ей на ухо:
— Могу я ангажировать вас на следующий танец, миледи?
— Ферди! Слава Богу, ты приехал. Я не знаю всех этих мужчин и надеюсь, что ты присмотришь за ними вместо меня. Я не хочу позволить Гарриет танцевать с теми, с кем не следует.
— Как к Бенвеллу попало приглашение на бал? Я считал, что Салли терпеть не может офицеров на неполном окладе. Даже офицеры конной гвардии не могут получить приглашение в Алмак.
— Может быть, у него есть влиятельный родственник, — задумчиво ответила Эмма, заметив явную неприязнь брата к другим мужчинам.
Когда мистер Тук торжественно возвратился с запыхавшейся Гарриет, то был неприятно поражен, застав возвышающегося над Эммой Ферди.
Ферди пристально посмотрел на Тука, улыбнулся Гарриет.
— Я уверен, что следующий танец наш, — он пошел рядом с ней и, наклонившись, тихо сказал: — Хотел бы я, чтобы здесь разрешали играть вальс. Знаешь, ты отлично танцуешь его.
Вежливо поблагодарив его, Гарриет поинтересовалась, как прошел у него день и когда он собирается снова пойти на стрельбище.
— Как вы полагаете, можно мне присоединиться к вашей группе? Я бы не мешала вам стрелять.
— Ты совсем не мешаешь, моя дорогая. Но если хочешь, я предложу, чтобы ты стала членом дамской части клуба. На следующем заседании клуба я позабочусь об этом.
Гарриет поблагодарила его и за это, потом замолчала, довольная тем, что танцует с ним.
— Ты не рассматриваешь Тука как кандидата, а? — требовательно спросил он, когда они снова сошлись в фигуре танца.
— У меня достаточно большой список джентльменов, если вы хотели узнать именно это, — ответила Гарриет, сердито посмотрев на него. Право, что за тема для разговора во время танца!
Через несколько минут танец закончился, и Ферди повел Гарриет не к Эмме, а в буфет.
— Стакан лимонада, я полагаю, — сказал он с грозным видом.
Когда он протянул ей стакан с тепловатым лимонадом, Гарриет проницательно посмотрела на него:
— Перестаньте. Я не хочу расплачиваться за ваше дурное настроение, сэр.
— Мне не может понравиться, что ты включила Тука в свой список — длинный или короткий, — начал Ферди.
— Так он достоин порицания? Я не думаю, что тогда его приветствовали бы в Алмаке. Говорят, что патронессы очень придирчивы.
— Так и есть, но иногда получают приглашение совсем не те, кто должен быть здесь. Тук неплох, просто он не оценит твои прекрасные достоинства. Возьмем этого капитана Бенвелла, с которым ты разговаривала сегодня днем. Объясни, пожалуйста, почему ты одобряешь его.
— Он не принимает неодобрения, сэр, — ответила Гарриет с растущим смущением. — Что с вами случилось, скажите, пожалуйста? Именно вы настаивали, что я должна составить список возможных кандидатов в мужья. Чем могу я помочь, если представленные в этом списке не отвечают вашим высоким требованиям? Не все похожи на вас, Ферди, — осмелилась в заключении сказать девушка.
— Конечно нет, — ответил Ферди, несколько смешавшись от ее мягкого упрека. — Я не хочу сказать, что они должны быть похожи на меня. Черт возьми, если тебе нужен кто-то вроде меня, то тебе лучше выйти замуж за меня, — логично заключил он.
Гарриет опустила глаза на стакан лимонада в руке, сердце билось так часто, что она была на грани обморока. Он не должен узнать, каким желанным для слуха и сердца прозвучало его шутливое предложение.
— Вы шутите, Ферди, — наконец проговорила она, собравшись с силами. Она поставила недопитый стакан на поднос и обернулась к нему. — Я хочу вернуться в зал. Пожалуйста, — добавила она, словно вспомнив что-то. Ее голова так кружилась, что будет чудом, если она сможет просто идти, не говоря уже о танцах.
Капитан Бенвелл терпеливо ждал, когда Ферди приведет ее к Эмме. Гарриет испытала какое-то извращенное удовольствие, приняв капитана своим партнером на следующий танец, котильон, который она особенно любила.
Не обращая внимания на сердитое лицо Ферди, она пошла с капитаном в центр зала.
— Мистер Тук сказал, что вы особенно хорошо танцуете котильон, мисс Мейн, — заметил капитан, блеснув белыми зубами.
— Спасибо, — скромно ответила она, а потом в полной мере получила удовольствие от молчания, пока капитан щедро угощал ее рассказами о своем мастерстве в различных видах спорта во время тех мгновений, когда танец сводил их вместе. Она решила, что жизнь с капитаном определенно сбережет ее голосовые связки.
Со своей стороны, капитан нашел общество мисс Мейн весьма приятным. Он бы мог даже зайти так далеко, чтобы сказать, что она проявляет его лучшие качества. Если человек должен жениться, лучше все-таки найти женщину, которую можно терпеть. Она, может, и не красавица, но — и здесь он повторял лорда Помроя — мужчине не придется смотреть на эти веснушки и рыжие волосы в постели. Ему нужен наследник, поскольку у нее есть состояние. Ребенок удержит ее в детской и вдали от его внимания.
