Читаем без скачивания Барон - Вадим Крабов

А завтра сам портной в конюшню наведался и бумагу показывал, а там… сотрудничество с Лавией. Далее шантаж, вознаграждение – и готов агент. Почти месяц работал. Выболтал всё, что знал и о чём слышал, все амулеты, к которым имел доступ, описал, про тактику, которой учат, рассказал и за всё это щедро получал. На деньгах и прокололся. Роновские ребята обратили внимание на внезапно разбогатевшего конюха. Устроили негласную проверку и практически сразу посадили «под колпак» – очень уж любопытные доходы и странное поведение. Через неделю взяли портного – следили за тайником. Личных встреч шпионы давно не проводили, старались шифроваться. Хорошо, что у всей группы захвата – трёх крепких парней – имелись «ловчие сети», с третьей попытки удалось его вырубить. Очень ловок оказался шельмец, сам двоих покалечил. Учиться нам ещё и учиться!

Резидента поместили в подвале, в нашем единственном «каземате». Приковали и, на всякий случай, надели «браслетик». Теперь он был усилен до блокировки астрала.

Впрочем, задержанный не был магом, это мы с Роном сразу определили. Максимум – видящий, их от простых людей отличить практически невозможно, на чём мы чуть не прокололись с Валетом.

На первый допрос мы явились вдвоём.

– Буди, – сказал я Рону. – Обрати внимание, у него печать клятвы.

– Так сними.

– Сейчас скопирую… – Я коснулся рукой головы шпиона и отошёл. – Буди. Я рядом постою, послушаю пока и печать потихоньку разматывать буду.

Рон ухмыльнулся:

– Как знаешь.

И разбудил задержанного. Пока тот тряс головой и осматривал мутными глазами камеру, Рон пнул его по коленной чашечке. Портной взвыл. Глаза его наполнились осмысленным страданием.

– Как собирался передать сведения, когда, где? Отвечать!

– Это ошибка, господин комендант, – выдавил из себя резидент.

У Рона было несколько официальных должностей: комендант крепости, командующий «армией» и начальник тайной службы.

– Ага, ты гулял и случайно сунул руку в неприметную щель между сараями, и надо же, там оказался кошель с бумагами. Какое совпадение!

– Не так всё было! Меня попросили! – сквозь натуральные рыдания произнёс шпион. – Теперь меня повесят, да? И зачем я согласился?! – сказал с такой досадой, что мы с Роном переглянулись.

Если бы не показания ополченца, то этого солидного плачущего мужчину вполне можно было признать благонадёжным гражданином, раскаявшимся в неблаговидном поступке.

– Да? – полюбопытствовал Рон. – Интересно. Рассказывай, может, искупишь вину.

– Меня попросили, – успокоившись, заговорил резидент. – Сегодня на рынке подходят ко мне двое парней. Я их не знаю, Спасителем клянусь! И спрашивают, мол, хочешь заработать? А кто ж не хочет! У меня семья в Тавроне, это городок такой на пути в Волчок, а здесь я один с подмастерьем на заработках. У вас хорошие клиенты, спасибо, ваша милость, – поклонился мне портной. – Надо, говорят, забрать кошель с векселями, а нам в замок ходу нет. Я ещё тогда заподозрил, что дело нечисто, но… Демоны попутали, Спасителем клянусь! Целых пять золотых пообещали, где же тут устоишь! Вы их взяли? – спросил он с надеждой.

Мол, сейчас все выяснится, и его отпустят.

Он мог обмануть мага Жизни, но не Фиону. Куда ему до Валета, в оценке которого она всегда сильно сомневалась. Здесь диагноз однозначен – ложь. И страх – куда без него, и слабая надежда.

– Складно поёшь, – ответил ему Рон и мысленно спросил у меня:

«Что с печатью? Не хочу, чтобы он загнулся раньше времени».

«Работаю, печать мудрёная и всегда срабатывает при попытке размотать. Они все разные, я про печати, с чёрным нам, оказывается, повезло. Вскрою, не переживай, куда ты торопишься?»

«Смотри какой опытный, аура на ложь не прореагировала, боюсь, сам захочет уйти».

«А! Ну да, попробую ускорить».

– А чего же сам ко мне не подошёл, если подозревал? А те парни… они существуют? – Рон за подбородок подтянул его голову к себе и заставил смотреть в глаза.

– Были, господин комендант, Спаситель свидетель! Пошлите людей на рынок, вдруг они ещё там? А вам, – он замялся, испуганно-честно уставившись в лицо Рона, – я бы сам кошель принёс! Посмотрел бы, что там, и сразу к вам. А что там? Ой, извините, случайно вырвалось.

– Допустим. А зачем при задержании сопротивление оказал?

– Да откуда я знал, что это ваши ребята были? Думал, грабители! – Надежда в его душе словно расправила плечи.

В дверь постучали и сразу открыли. В камеру буквально влетел восторженный юноша:

– Нашли, господин барон! – И показал Рону разговорник. – У него дома под полом хитрый тайник, – кивнул в сторону задержанного, – там ещё деньги и бумаги были.

Резидент медленно выпрямился в полный рост и гордо заговорил:

– Глупые хромские свиньи, я презираю вас всей душой. Пусть меня не будет, но эти исконно лавийские земли станут снова нашими. Спасайтесь, как крысы с корабля! Это говорю вам я… – Ноги шпиона подкосились, и он медленно завалился на пол… в глубоком сне.

Я вовремя заметил резкую смену настроения и просто не дал договорить ему, усыпил. А юноша заработал от Рона разбитый нос и фингал.

– Ты совсем идиот? Нельзя секретные сведения при задержанном разглашать! А когда стучишься, приглашения надо ждать, ты же видел, что я занят!

– Вы же сами сказали, как что найдём – сразу к вам! – стал оправдываться молодой, вытирая рукавом кровь из носа.

– О Спаситель, когда же вы научитесь работать! – возопил Рон. – Сначала двоих покалечил этот, – кивнул на спящего, – Лизе лечить их пришлось, теперь ещё и… тьфу! Пошёл отсюда, чтоб глаза мои тебя не видели!

– Ты чего это, без мордобоя нельзя? – спросил я, как только пацан выбежал.

– Быстрее дойдёт, – отмахнулся Рон. – Как скоро печать снимешь?

– Девочки работают, – пожал я плечами.

– Слушай, – сказал я спустя минуту, когда Фиона сообщила мне о возможности снятия печати, – в принципе всё, но… если он будет запираться, смотри какой злющий…

– Ничего, калёное железо всем языки развязывает. Подожди, ты что-то предложить хочешь? – Рон с интересом всмотрелся в моё задумчивое лицо.

– Есть мыслишка…

«Лиона, зайди в каземат. Это комната за обитой железом дверью в подвале. В ней ещё окошко зарешечённое есть, Витар знает. Мы с Роном ждём».

– Скоро Лиона с Витаром придут.

– Зачем? – удивился Рон и тут же понял мою идею: – Неужели ты думаешь, Лиона… А что, стоит проверить.

Вскоре явился Витар с матерью.

– Спит, что ли? – задал он риторический вопрос, взглянув на резидента.

– Обычный глубокий сон, – подтвердила Лиона. Для своего небольшого магического стажа она удивительно хорошо разбиралась в тонких оттенках ауры, особенно относящихся к психике человека. – Зачем я тебе понадобилась? – обратилась она ко мне.

– Этот человек – лавийский шпион. – Лиона кивнула. Она знала об этом. – Упёртый тип. Печать клятвы я снять могу, но будет ли он сотрудничать – большой вопрос. Твоя задача: разговорить или… прочитать мысли.

– Как? – удивилась Лиона.

– Понятия не имею! Положись на интуицию или договорись со своей стихией Разума, она у тебя самая развитая среди нас. Действуй. Смелее!

Женщина в сомнении покачала головой, подошла к спящему и села рядом с ним на корточки. Лавиец лежал на правом боку, свернувшись калачиком и подложив ладони под голову. Спокойно сопел. Ангелочек – не меньше!

Графиня положила руку на висок этого «ангелочка» и закрыла глаза. Минут пять ничего не происходило, зато потом… от её руки в голову спящему хлынул фиолетовый поток и мгновенно оплёл всё тело густой сетью. Фиолетовая часть ауры с головы резидента на минуту смешалась с аурой на руке Лионы и вернулась на место. Затем пропала сеть. Лиона убрала руку и попыталась подняться, но её зашатало. Мы поддержали. Аккуратно отвели её на лежанку. Лиона сразу уснула.

– Что это с ней? – высказал общее волнение Витар.

– Не видишь, что ли, спит.

– Надо будить, – сказал Рон.

– Может, пусть выспится? – засомневался сын.

– Нет, друг, этот сон навеян моим заклинанием, которым я шпиона усыпил. Посмотри, как схожи эти линии их аур. Так что надо будить.

Я легонько коснулся пальцами лба графини. Она открыла глаза и села.

– Странно… Уснула и не заметила как… – прошептала Лиона себе под нос.

– Мама, ты как? – взволнованно спросил Витар.

– Нормально, сынок, – отстранённо ответила она и задумалась.

Мы молчали. Портной продолжал спать на полу.

– Втравил ты меня в историю, Егор. Передо мной почти вся жизнь его промелькнула, еле остановила. Противно.

– Как всё происходило? – заинтересовался я.

– Нас последние месяцы интересуют, – добавил Рон.

Лиона вздохнула:

– Как – не могу сказать. Уговорила свою стихию, и она «показала» мне всю память. Ещё и фыркнула: «Смотри, снова с ума не сойди», – и была права. Хлынуло в меня всё: мысли, чувства, желания… Я закричала и ругнулась на Богиню, я свою «разумницу» Богиней назвала, она послушалась, остановила. Потом объяснила, что мне надо было в глаза смотреть и самой «слоями» – от недавних до давних воспоминаний идти, так легче и понятней.