Читаем без скачивания Голубая зона - Эндрю Гросс

Каветти не ответил. Они оба знали ответ. Русские бандиты. Наркокартели. Колумбийцы.

– Этот тип – Рааб. – Бут покачал головой. – Тебе не начинает казаться, что он обвел нас вокруг пальца?

Дело было не только в Раабе. Каветти был в этом уверен. Рааб не был убийцей. Во всяком случае, не такого сорта. Тем не менее Рааб привел убийцу к Маргарет Сеймор. Мэгги привела его к Меркадо. Меркадо привел сюда.

Рааб и Меркадо.

Каветти внезапно догадался, кто может быть следующим.

– Ты знаешь, где меня найти, – сказал он Буту. – Дай мне знать, если что-нибудь найдете.

Агент ФБР улыбнулся:

– Обязательно. Ты сейчас куда? – крикнул он ему вслед.

– В Голубую зону, – ответил Каветти. – Похоже, что все остальные, черт бы их побрал, собрались там.

Глава шестьдесят пятая

Кейт прислушивалась к шелесту припозднившихся машин, проезжающих по залитой дождем улице. Свет фонаря за окном ее спальни никогда не казался таким ярким. Она лежала с открытыми глазами. Часы на столике рядом показывали 3.10 утра.

Она не могла спать.

Вопросы Меркадо продолжали звучать в ее голове. «Калитка открыта, Кейт. Ты хочешь войти?»

Сколько можно упорствовать и отказываться признать очевидное?

Ее отец был членом семьи Меркадо. Не просто братства, семьи, по рождению. Fraternidad. Его собственный отец был главой этой семьи. Он скрывал все это от тех, кого любил. Если он в самом деле их любил. Теперь он охотился за своим братом за то, что тот его предал. Мать Кейт умерла. Ее сестра и брат вынуждены прятаться.

Такая правда не сделала никого свободным.

Она все продолжала вспоминать фотографию темноволосой женщины с маленьким ребенком на руках. Ее бабушки. Они приехали из Колумбии, не из Испании. «И последние двадцать лет он всегда был моим защитником», – сказал Меркадо о ее дедушке. О том, который, как она думала, умер в Испании много лет назад. Теперь он в самом деле умер. Старым обязательствам пришел конец. И ее отец отправился мстить, причем действия его были настолько жестокими, что каждый раз, когда она об этом думала, ей казалось, будто кто-то ударил ее в живот. Отец пожертвовал их семьей, чтобы проникнуть в программу. Которая двадцать лет прятала его брата.

Кейт отвернулась от окна. Что такое сказала им Маргарет Сеймор? «Меня можно даже назвать специалистом по Меркадо».

У них был один и тот же агент.

Меркадо рассказал правду, Кейт это понимала, как ни больно было принять ее. Каким бы притворством ни казались ей теперь двадцать лет их жизни.

Она видела это по его лицу. Он знал о Розе. Знал настоящее имя Кейт. У него оказалась вторая половинка золотого солнца. Ее отец жив. Это уже не радовало Кейт, это ее пугало. Она знала, Меркадо сказал правду.

«Мы твоя семья, Бен, не они. Ты должен выбрать».

Теперь она понимала смысл материнских слов. Su deber. Его долг. Больше всего ее терзало, что он лгал им все эти годы. Им всем.

Кейт села. Ночная рубашка была холодной, промокшей от пота. Лежащий рядом Грег зашевелился. Она больше не знала, как поступить. Рассказать все Каветти? О найденной фотографии – Бен и Меркадо. О том, что рассказал ей Говард. Как отец сам сдал себя ФБР. И что рассказал ей старик в парке.

Зачем?

Агенты ФБР никогда не играли с ней в открытую. Они всю дорогу защищали Меркадо. И всегда знали его тайну.

Они так старательно гонялись за ее отцом.

В какой-то момент Кейт удалось уснуть, но ненадолго. Ей приснился сон. Ее отец стоял на вышке дома, где она впервые сказала ему, что не поедет с ними. Он казался таким далеким, таким побитым. Таким маленьким. И напуганным.

Но когда он повернулся к ней, в его глазах горел злобный огонь.

Кейт открыла глаза. Часы показывали 4.20. Подушка была мокрой от слез. Сердце бешено колотилось.

Она тогда неверно расценила его реакцию.

Кейт все время думала, что ему мешает взглянуть ей в лицо стыд. Такой стыд, какого ему раньше не доводилось переживать. Но дело было совсем не в этом.

Это было лицо человека, которое она вспоминала в поезде. Из ее детского кошмара. Которое ей не приходилось видеть раньше. С рукой, схватившей мать за плечо. Со странным блеском в глазах.

С поднятым кулаком!

«Кто стрелял по нашему дому в ту ночь? – внезапно спросила себя Кейт. – Кто убил мать?» Действительно ли Кейт хочется войти в эту калитку?

«Почему ты на этой фотографии, папа?»

Грег снова заворочался в темноте, ища ее руку.

Она подвинулась и тесно прижалась к нему. Он пробормотал:

– Все в порядке?

Она покачала головой:

– Нет.

Она не знала больше, чему верить, кому доверять.

– Ты же всегда будешь рядом, Грег? Я всегда могу тебе доверять?

– Конечно, можешь, Пух. – Он покрепче прижал ее к себе.

– Нет, мне нужно, чтобы ты это сказал, Грег. Я знаю, это глупо, но всего один раз, пожалуйста…

– Ты можешь мне доверять, Кейт, – мягко сказал он.

Она закрыла глаза.

– Что бы ни случилось, детка, я всегда буду рядом.

Глава шестьдесят шестая

На следующий день Кейт вышла на работу. Она не была в лаборатории почти месяц. В отсутствие ее и Тины дела там затормозились. Кейт, как могла, ответила на неизбежные вопросы. Сказала, что мать заболела, а она сама выбила плечо, когда неудачно упала. Все равно вернуться назад было приятно. Вот только тревожило странное ощущение.

Нет Тины.

Пакер нанял нового исследователя вместо Тины, Сунила. Он был индийцем, кандидатом наук, изучающим клеточную физику в Кембридже.

Он казался довольно милым, хотя Кейт понимала, что встретила его весьма прохладно. Его появление казалось ей признанием, что Тина никогда не вернется в лабораторию, а Кейт даже думать о такой возможности не хотела. Пакер поставил его на проект, над которым работала Тина.

Кейт все никак не могла привыкнуть, что ее нет рядом. Но работа тем не менее должна продолжаться.

За этот месяц накопилось много данных, приходилось наверстывать упущенное. Их следовало занести в архив, написать отчет о ходе работы, заполнить тьму государственных анкет. Пакер собирался подать заявку на новый грант в Национальный научный фонд.

Ее плечо еще не позволяло ей проделывать обычные операции. Кейт представляла себе, как она уронит чашку Петри и дорогостоящая культура стволовых клеток окажется размазанной по полу.

Но наступил момент, когда она не смогла удержаться. Отложила в сторону писанину, пошла в лабораторию и достала из холодильника две чашки, покрытые слайдами.

Лейкемический цитоплазменный прототип № 3. Стволовая клетка модель 472В.

Тристан и Изольда.

Она отнесла чашки к микроскопу. Положила лейкоцитную клетку на поднос и включила мощный микроскоп. Волнистая клетка со знакомым пятном в центре была прекрасно видна. Кейт улыбнулась.

– Привет, девочка…

Все равно что поздороваться с подругой.

– Давненько не виделись, – сказала Кейт, регулируя линзы. Затем она надела свои очки с лупами, положила крохотный катетер на край чашки и осторожно перенесла клетку в крошечную стеклянную трубочку и затем на слайд с лейкоцитом.

Потом она сузила обзор микроскопа. И увидела обе клетки.

– У кого-то виноватый вид сегодня, – ухмыльнулась Кейт. – Вы, ребятки, не заигрывали ни с кем, пока меня не было?

Было так приятно видеть их снова. Мир ясности и порядка. Единственное, чему всегда можно доверять: идеальной симметрии отдельной клетки.

Она продолжала работать. Ей казалось, что часы повернули вспять. Что вот-вот в комнату заглянет Тина и объявит о необходимости восполнить дефицит кофеина. Шарон жива, и Кейт никогда не слышала, как она говорит по телефону, что отец арестован. Было приятно спрятаться здесь хоть на минуту, хотя она прекрасно понимала, что все это фантазии.

– Кейт.

Кейт подняла голову. Это был Сунил.

– Простите, мне сказали, что вы можете научить меня вводить данные в цифровую машину.

– Конечно. – Кейт улыбнулась. Не так уж он и плох. – Я просто здоровалась со старыми друзьями. Я приду в библиотеку через минуту, ладно?

Сунил тоже улыбнулся:

– Спасибо.

И вышел. Кейт прислонилась лбом к микроскопу. Беда в том, что она понятия не имеет, вернется ли Тина на работу. Будет ли она такой же, как раньше. Глупо цепляться за эту надежду. Ведь работа не должна останавливаться.

Она осторожно перенесла клетки назад в их стерильные чашки. И отправилась к холодильнику, чтобы поставить их на место.

В этот момент завибрировал сотовый. Грег, решила она, хочет поздравить ее с первым рабочим днем. Кейт открыла телефон, одновременно наклонившись к нижней полке холодильника. Поднесла телефон к уху.

– Эй!

Голоса на другом конце линии она не слышала уже несколько месяцев. Когда-то он был дружелюбным. Сейчас у нее по телу побежали мурашки. Чашка Петри выскользнула у нее из рук, упала на пол и разбилась.