его глаз, как и у других воскрешённых были чёрными, но в самих глазах горел шаринган. Он медленно шёл по одной из грунтовых дорог мимо небольшой каменной лестницы, ведущей к очередному святилищу, где путники могли попить воды и найти укрытие от дождя. Глянув в сторону святилища и на дорогу, он на секунду остановился и посмотрел на кроваво-красный закат солнца позади. Направляясь за ним ещё более неторопливым шагом и прикрыв глаза, жевал травинку ещё один воскрешённый шиноби.
— Хех… Вот уж не ожидал некоторых вещей… — Спросил черноволосый парень в коричневом плаще.
— И чего именно? — Открыв глаза спросил седоволосый зрелый мужчина с небольшой косичкой и в стандартном обмундировании листа.
— Не думал, что после смерти вновь окажусь в этом мире в паре с самим Хатаке Сакумо, о котором я так много слышал в детстве и юности. Ваш сын, кстати, некоторое время был моим капитаном в АНБУ Конохи.
— Какаши и капитаном? Хех… Ему совершенно не подходит командовать людьми… — Почесал затылок Сакумо. — Хотя, многое могло измениться.
— Нет, тут вы правы… — На этих словах черноволосого, Сакумо резко повесил голову вниз криво ухмыльнувшись.
— Чёрт… А я думал, что он действительно вырос… — Пробубнил он.
— Ещё больше я не ожидал от вас, человека, который пожертвовал своей репутацией и заданием ради жизней товарищей такого спокойствия в текущей ситуации.
— Хех… Итачи, верно?
— Да…
— Боже, как же вы все, Учиха, похожи характерами друг на друга. Хотя и внешне, ты больше похож на Фугаку, в отличие от Саске.
— Вы видели Саске? — Сакумо кивнул.
— Волосы у вас обоих от вашей матери, а вот беспокойный характер от отца, хотя Саске в этом плане досталось и лицо матери. Я думал, что на молодого Фугаку будет больше похож он, но, мне повезло увидеть тебя – его первенца.
— Вы хорошо знали отца?
— Он был ещё совсем молодым, чуть младше Саске, когда я погиб. Будь он ещё на годик постарше, то мог бы стать моим учеником. Судьба распорядилась по-другому и мне досталась эта беспокойная троица хулиганов… — Вспоминал он своих учеников. — Уже тогда Фугаку сильно беспокоился насчёт итогов второй войны. Многие беспокоились, но только он на моей памяти был убеждён, что вскоре всё продолжиться и был прав, только вот я до этого уже не дожил.
— Говорят, что вы достигли уровня Кагэ и овладели всеми основными стилями боя в мире…
— Ну… Говорить обо мне можно многое. Я удивлён, что до тебя дошли именно эти слухи. — Произнёс Сакумо.
— Вы и вправду овладели силой мудреца?
— Это правда… — Неохотно подтвердил Сакумо.
— С такой силой и моим мангекё шаринганом… Даже и не знаю кто вообще сможет нас одолеть. — Беспокойно произнёс Итачи и после того как ворон взлетел с его руки, а Сакумо поравнялся с ним, он шагом направился дальше по дороге.
— Не беспокойся… Думаю, Какаши что-нибудь придумает, а если не он так Шикаку уж точно. Один раз он чуть меня не победил… Пришлось даже серьёзно ему накостылять даже шрам ему оставил на лице. Это была одна из вещей, за которые мне было стыдно перед учеником… — Признался Сакумо.
— Вы поэтому так спокойны? Настолько верите в ученика и сына?
— Это не только банальная вера… Я знаю, что так и будет. Так должно быть… — Глянув в небо, произнёс Сакумо.
— Интересно, а мой отец также верил в меня? Даже когда я… — Вспомнил Итачи и мысленно оказался в той самой комнате за спинами отца и матери с мечом в руках. Внезапно, его за плечи приобнял Сакумо и улыбнувшись добавил.
— Отцы всегда будут верить в своих детей… Ведь вы – это продолжение нас самих в этом мире и что бы ты не натворил, кем бы не стал… Отец и мать всегда будут любить тебя.
Глава Сорок Восьмая "Самая Тёмная Ночь"
Выслушав последний доклад от Даруи, в ставке все выдохнули с облегчением. Белые Зецу отступали, и атака на побережье сводилась на «нет». С одобрения Райкагэ, Шикаку отдал приказ не преследовать противника и оставаться на позиции. Всё ещё оставался шанс на то, что это была провокация и часть плана противника. После этого был передан приказ Хаку в страну Воды. Ему, Карин, Джуго и Суйгецу было приказано выдвинуться на помощь отряду Мизукагэ. Также, отовсюду получали доклады о столкновении с воскрешёнными шиноби. Выдвинувшийся на помощь второму и на деблокировку третьего отряда пятый дивизион, под командованием Мифуне, также нарвался на засаду из белых Зецу во главе с самим Ханзо Саламандрой – бывшим диктатором страны Дождя. Печалил и тот факт, что уже к вечеру первого дня не осталось дивизиона, в котором бы не было невосполнимых потерь. Ключевым в атаках белых Зецу была даже не их сила и количество, а внезапность и неожиданная устойчивость к стандартным методам поражения. Из-за этого приходило всё больше сообщений об убитых, раненных и вынужденных перегруппировках отдельных отрядов. Потери исчислялись сотнями убитых в каждом дивизионе и тысячами раненых. Даже тот факт, что большинству раненых помощь могла быть оказана на месте, не внушало лишнего оптимизма. Раненые бойцы, требующие помощи, не только сами вынуждены выйти из боя, но и выводят сразу ещё несколько человек за собой, которым следует обеспечить их прикрытие при перемещении в тыл и дальнейшую охрану при оказании помощи на месте или подготовке к эвакуации если оказание помощи на месте неэффективно или невозможно.
Несмотря на то, что на побережье всё шло относительно хорошо, больше всего потерь было именно там. Точная цифра была неизвестна, но предварительно было уже отправлено более двух тысяч раненых в главный медицинский лагерь в деревне Звука. Это были только те, кому не смогли помочь на месте, ещё оставались сотни, выбывшие из боя в связи с лёгкими и средними ранениями, которые можно было вылечить в полевых условиях. Погибших было точно уже более тысячи как на участке зам. командора первого дивизиона Чоузы, так и на участке Даруи. Радовало, что стандартные запечатывающие техники работали на воскрешённых шиноби. На побережье удалось победить и запечатать уже пятерых и это вносило оптимизм, как и предварительный доклад от отряда Мизукагэ о победе над одним из воскрешённых мечников Тумана и его успешным запечатыванием.
Однако не
