после окончания Западной кампании до Риверрана было рукой подать. Впрочем, даже явись сюда Флорент со своим войском положение уже было не исправить. Вряд ли Вороний глаз задержится на пепелище Ланниспорта хоть сколько-нибудь надолго. В конце концов полноценной армии у пиратов никогда не водилось, лишь сильный флот, а это значит, что под угрозой нападения теперь находился Простор – жемчужина и сердце возрождённого и единого андальского королевства. И подставил родной край под удар никто иной, как Эммонд своим поражением, что лишь отягощало степень его вины.
Стоило монарха наконец-то закончить объединять андальские регионы и разгромить практически всех своих врагов, как из ниоткуда взялась новая напасть. Осгрей не питал сомнений в том, что за это поражение его не только разжалуют, но и возможно, что казнят. Всё будет зависеть от того, какой именно урон понесёт Простор в ходе нового витка войны с железнорождёнными. Мужчина был готов принять свою судьбу, коль король пожелает лишить его жизни. Всё лучше, чем прожить остаток жизни в позоре за допущенную катастрофу.
Меж тем жжение от ран, на которые воздействовали целебные мази и припарки лишь усилились, погружая командующего в тревожные воспоминания месячной давности. Воспоминания о том, как весь его триумф был сожжён в огне под садистский смех чудовища, зовущего себя королём Железных островов.
***
Конец 2 г. от В.А.
Ланниспорт.
- Рааррршшш! – раздался над затянутыми тучами небесами свирепый крик, а после добрую половину города разделила пылающая огненная полоса.
Эммонда едва не оглушило от этого звука, что померк в криках страха и болезненной агонии. Солдаты вокруг него мигом засуетились, лишь бы дать отпор надвигающейся на городской порт пиратской армады. Инициатива первого часа, полученная в ходе заградительным обстрелом снарядами с буйноростом, таяла буквально на глазах. Сам Осгрей пытался придумать что же делать в подобной ситуации и, к сожалению, не находил нужных вариантов. Несколько дней к ряду он прокручивал в своей голове возможную стычку с драконом и его всадником как раз перед самым нападением, но в голову, как назло, ничего так и не лезло.
Преимуществ или средства ликвидации огнедышащей твари у них не водилось. Осадные орудия попросту не подходили для того, чтобы угнаться за скоростью чудовища, а от того были практически бесполезны. Единственной надеждой было разгромить пиратов ещё на подступах к городу прямо в море. Отвадить и, возможно, пустить на дно командира пиратов вместе с его ужасающей зверюшкой. Однако удача всё же оставила полководца. Попытки предупредить нападение оказались тщетны, пускай они и пустили ко дну почти с десяток кораблей благодаря сосредоточенному и массивному обстрелу. Теперь же от неминуемого поражения их не могло спасти ничего. Ни стрелы, ни арбалетные болты, ни даже редкие копья, пущенные расположенными на домах метателями, не смогли пробить чёрную, как смоль чешую свирепого создания.
- Милорд Осгрей! – подбежал к нему один из осадных инженеров, чьё лицо, полнящееся шрамов и рытвин от перенесённой ещё в детстве болезни, было видно, как никогда чётко под тревожным ярким светом зарева многочисленных пожарищ, что начали буквально пожирать некогда процветающий город львов. – Приказывайте, милорд! Тварь вот-вот пойдёт на второй круг, а мы здесь у неё как на ладони! – паникующим голосом продолжал добиться от него хоть какого-то ответа инженер. Пот катился по его стариковскому лицу. Явно не от жары, а от ужаса перед неостановимой стихией.
- Мы не успеем вывезти орудия из города, как, собственно, и людей. – сквозь зубы почти что выплюнул полководец, убирая слегка подрагивающие от страха руки за спину и отворачиваясь в сторону приближающихся к городу кораблей под тёмными парусами и мрачными знамёнами. – Если захотят выжить, то будут вынуждены рассчитывать на себя сами. Ваша задача продолжать обстрел. – ясно и чётко отдал приказ Эммонд, стоя на месте, как вкопанный в землю, а точнее в брусчатку, истукан. Несомненно, Клетчатому Льву при всех вводных стоило как можно скорее отступать из обречённого города, но позволить себе этого он не мог к большому сожалению. Слишком многое стояло на кону, и мужчина был не в том положении, чтобы вот так просто сбежать.
- Простите, милорд, но… Вы спятили? Над нами кружит… - от страха совсем позабыл о субординации осадный инженер, но быстро заткнулся от хлесткого удара кулаком по лицу, что явно выбил тому несколько зубов.
- Исполняйте, чтоб вас. Я не слеп и уж точно не безумен. Я прекрасно вижу, что сейчас происходит. – почти прорычал Клетчатый Лев меж тем ещё и заскрежетав своими зубами. В глазах его отражались языки пламени горящих домов и объятых улиц, но при этом взгляд полководца был как никогда ясным и чётким. Мужчина почти не моргал, произнося эти слов. – Однако, это мои владения. Они были дарованы мне королём не за просто так, а по заслугам. И я ни за что не отступлю их каким-то железнорождённым выродкам и уж тем более ящерице переростку! Ты услышал меня, пёс?! – навис над инженером, что уже не смог держать себя на ногах, а потому повалился наземь, Осгрей.
- Но ведь… - задрожал голос командующего одной из частей отрядов осадных орудий, что уже и не знал кого стоит бояться больше – дракона в небе или же загнанного в угол льва?
- Победы нам здесь не видать. Поражение неминуемо и видится оно мне весьма чётко. – уже более спокойным голосом продолжил Эммонд, поворачиваясь спиной к собеседнику, дабы вновь проследить за видом многих десятков суден, устремившихся к причалам обширного порта Ланниспорта. – Но сейчас важно совсем не то, что мы проиграем, а как именно мы это сделаем. Сбежим, поджав хвост от первой же атаки неприятеля? Или же, как и подобает верным потомкам андалов и слугам короля-драконоборца будем стоять до последнего, дабы лишить неприятеля сил на дальнейшие атаки? – жёстко и без капли сомнений процедил Осгрей, что внутри был напряжён подобно натянутой пружине, но внешне сохранял непоколебимость достойную любого праведного мужа своего народа и королевства. Как и подобает тем, кто когда-то был карающим мечом и непоколебимым щитом Хайгардена.
- Пускай у командира этого отребья и имеется дракон, но лишь с ним одним многого не навоюешь. У них нет союзников и никогда не было. Все их
