фонографа записал А. Маслов 1909 года». На с. 6 помечено карандашом: «Валик А. В. Маркова, 1908 год». По мнению Т. Г. Ивановой, А. В. Марков после экспедиции 1901 г. по крайней мере еще трижды выезжал в районы Русского Севера — с 1903 по 1909 г. (см. подробнее:
Иванова Т. Г. Русская фольклористика в биографических очерках: Е. В. Аничков, А. В. Марков, Б. М. и Ю. М. Соколовы, А. Д. Григорьев, В. Н. Андерсон, Д. К. Зеленин, Н. Е. Ончуков, О. Э. Озаровская. СПб., 1993. С. 42—43). См. также статью С. Н. Азбелева в настоящем издании.
55
П. А. Вульфиус дает очень высокую оценку научным достижениям А. Л. Маслова (см.: Русская мысль о музыкальном фольклоре... С. 11). Жаль только, что результаты деятельности этого замечательного музыканта-этнографа пока еще не стали предметом целенаправленного и детального изучения. О широте фольклористических интересов А. Л. Маслова свидетельствуют и его публикации (Маслов А. Л.: 1) Лира и лирники Орловской губернии в связи с историческим очерком инструмента «Малороссийская лира» // Этнографическое обозрение. М., 1900, № 3; 2) Кирша Данилов и его напевы // Русская музыкальная газета. М., 1902. № 43. Стб. 1025—1038; Песни с Поволжья (Саратовской, Симбирской и Самарской губ.), записанные летом 1901 года А. Л. Масловым. С приложением 35 напевов // Труды Музыкально-этнографической комиссии, состоящей при Этнографическом отделе Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. М., 1906. Т. 1. С. 453—474 и др.), и активная работа в Музыкально-этнографической комиссии (некоторые сведения о музыкально-этнографической деятельности А. Л. Маслова см.: Смирнов Д. В. Первые этнографические концерты в Москве // Живая старина. М., 1996. № 2 (10). С. 20—24).
56
Начало этой работы связано с деятельностью секции крестьянского искусства Комитета социологического изучения искусств (Крестьянское искусство СССР. Искусство Севера. Т. 1. Заонежье. Л., 1927; То же. Т. 2. Пинежско-мезенская экспедиция. Л., 1928).
57
ИП XIII—XVI. № 4, 26, 27, 49 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 33, 28, 39, 27), 35 (Напевы Терского берега Белого моря. № 55); ИП XVII. № 9, 23 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 29, 30), 10, 11, 12 (Напевы Терского берега Белого моря. № 56, 57, 58); ИП XVIII. № 21 (Напевы Терского берега Белого моря. № 60); ИП XIX. № 13 (Напевы Терского берега Белого моря. № 61).
58
ИМ. № 15 (Напевы Терского берега Белого моря. № 21); ДН и АП. № 12 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 41); НБ. № 12 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 40).
59
БРМЭ. № 27, 28, 31, 32, 33, 34, 112 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 18б, 14, 40, 7, 41, 13, 21), 27а, 30, 114 (Напевы Терского берега Белого моря. № 29, 33, 6).
60
Рубцов Ф. А. Статьи по музыкальному фольклору. Л.; М., 1973. С. 52, № 39 (Напевы с. Зимней Золотицы. Похоронное причитание, напев к № 58—61). С. 63, табл. 1, № 3 (Напевы с. Зимней Золотицы. № 40).
61
Бернштам Т. Л., Лапин В. А. Виноградье — песня и обряд // Русский Север: Проблемы этнографии и фольклора. Л., 1981. С. 82, № 18а, б, в (Напевы Терского берега Белого моря. № 58, 57, 56). С. 92, № 21в (Напевы с. Зимней Золотицы. № 43б); Васильева Е. Е. Этномузыковедческая проблематика русского эпоса (в связи с выходом первой музыкальной антологии былин) // Музыка эпоса: Статьи и материалы. Йошкар-Ола, 1989. С. 51, нотный пример № 1 (Напевы Терского берега Белого моря. № 40); Дубравин В. В. Квартовые стереотипы и их семантика в эпических напевах // Там же. С. 74, нотный пример «Смерть М. Скопина» (Напевы с. Зимней Золотицы. № 29). С. 77, нотный пример «Дунай» (Напевы с. Зимней Золотицы. № 16); Из ранних записей групповой причети на Русском Севере. Публикация Ю. И. Марченко // Из истории русской фольклористики. Л., 1990. Вып. 3. С. 142, нотный пример № 6 (Напевы Терского берега Белого моря. № 72).
62
Русские народные песни Смоленской области: В записях 1930—1940-х годов / Составление, расшифровка, комментарии Ф. А. Рубцова. Л., 1991. С. 147, комментарий к № 140 (Напевы Терского берега Белого моря. № 12).
63
См.: Крюкова. Т. I. С. 723—730; Гуменик А. З., Кривоносов В. М. Марфа Семеновна Крюкова и северные былины // Советская музыка. М., 1939. № 1. С. 49—55.
64
См.: БПЗБ. С. 502—524.
65
См.: Выходцев П. С. Современное состояние русского фольклора на Беломорье (проблема регионального обследования) // Русский фольклор: Полевые исследования. Л., 1984. Т. 22. С. 5—29; Лобанов М. А. Старинные обряды и традиционный фольклор в деревнях и селах по р. Кулой, Абрамовскому и Зимнему берегам Белого моря // Там же. С. 35—49.
66
Балашов Д. М., Красовская Ю. Е. Русские свадебные песни Терского берега Белого моря. Л., 1969. С. 5.
67
См.: Лапин В. А. 1) Напевы свадебных песен Поморского берега Белого моря // Фольклор и этнография: Обряды и обрядовый фольклор. Л., 1974. С. 189—200; 2) «Холостые» и «женатые кружки» в терско-кандалакшской свадебной традиции // Русский народный свадебный обряд: Исследования и материалы. Л., 1978. С. 232—246.
68
Это показательно, поскольку Д. М. Балашов еще до выхода в свет «Русских свадебных песен Терского берега Белого моря» успел себя зарекомендовать как хороший знаток и тонкий исследователь народного эпоса (см.: Балашов-1963; Балашов Д. М. История развития жанра русской баллады. Петрозаводск, 1966).
69
См.: ББ. Нотное приложение: напевы «Дунай Иванович» (к тексту № 75, записаному от Г. Л. Крюкова), «Бой Добрыни и Алеши с татарином» (к тексту № 63, записанному от М. С. Крюковой).
70
См.: БРМЭ. С. 538, комментарий к № 31.
71
См.: Резниченко Е. Б. Напевы свадебных причитаний Мезени и Зимнего берега Белого моря // Традиционное народное музыкальное искусство восточных славян (вопросы типологии): Сборник трудов ГМПИ им. Гнесиных. М., 1987. Вып. 91. С. 120. Ошибка, допущенная в собрании, приводит к серьезной путанице, которая требует разъяснения. На самом деле напевы причитаний плаче́й были записаны дважды — от Л. М. Стрелковой (Напевы с. Зимней Золотицы. К № 44—47) и от А. П. Бурой с А. И. Лыткиной (Напевы с. Зимней Золотицы. К № 48—54). Напев причитаний невесты зафиксирован один раз — от Л. М. Стрелковой (Напевы с. Зимней Золотицы. К № 44—47). Обе мелодии Л. М. Стрелковой снабжены ссылками на одни и те же поэтические тексты, общие и для сольных причитаний невесты, и для групповых причитаний плаче́й. А. В. Марков приводит комментарий, принадлежащий, видимо, местной плачее Любаве Стрелковой: «На рукобитье отец невесты угощает вином и чаем жениха и сватов, из которых главный называется тысяцким. После этого невеста заводит слезливым голосом первую плачь, т. е. причитание. Когда невеста окончит плачь, ее повторяют 2 или 3 плачеи, но уже другим напевом» (ММБ-1. С. 121).
72
«Из
