Встретились оперативники у входа в вокзал. Оба в поношенных костюмах. Мария предлагала надеть новый, но Андрей рассудил – не на торжественное собрание едет, а пахать. Если в столице не всегда из переделок выходишь в целой одежде, то в посёлке и подавно. Павел тоже выглядел как дачник. Чесучовый старый костюм, клетчатая рубашка, за спиной – рюкзак, видавший виды. Поезд шёл с Ярославского вокзала, вагон общий. На плацкартный у ведомства денег не хватало. Кое-как устроились. Вагон забит под завязку. Только тронулись, пассажиры стали доставать снедь. После еды пошли разговоры. Андрей с Павлом взобрались на верхние полки, вещички под голову положили, от греха подальше. Известное дело, подальше положишь – поближе возьмёшь. Ночь в поезде, утром проводница предупредила:
– Кто в Вельске сходит? Готовьтесь, стоянка поезда две минуты. Билеты нужны?
– Нужны, нам для отчёта.
Сошли на перрон, Павел присвистнул:
– Мать моя! Тут весь Вельск меньше одного нашего района.
Андрей засмеялся:
– Ария московского гостя!
– Какая ещё ария? Ты посмотри, деревня.
Вокзал маленький, почти весь город виден. Здания в центре двухэтажные каменные, похоже – ещё купеческой постройки. А вокруг центра и до окраин деревянные избы. По улицам куры бродят, гуси. Ещё перед выездом Андрей карту изучил. Через Вельск железная дорога проходит из Москвы до Архангельска, это с юга на север. С запада на восток шоссейка идёт, Коноша – Илеза. Не для любопытства смотрел. Преступник пути отхода имеет, и знать об этом следует.
Спросили у прохожих, где милиция, пошли не спеша. По пути посетили продовольственный магазин и вышли в шоке. Думали купить колбасы, сыра, хлеба. Сделать по бутерброду. Но полки ужасающе скудные – водка, консервы «килька в томатном соусе», трёхлитровые банки с огромными маринованными огурцами и чёрный хлеб.
– Паша, питаться придётся в столовой.
– А завтракать и ужинать? Столовые рано не открываются.
– Как-нибудь выкрутимся, не на век же нас командировали?
Здание милиции почти в центре, одноэтажное, каменное, старинное. Дежурный, которому предъявили удостоверения, проводил к начальнику милиции. Представиться надо, поставить в командировочные удостоверения печати о прибытии. В конце концов, узнать, зачем помощь оперов вытребовали?
Начальник, капитан Ложечкин, принял приветливо.
– Ждём! Вы уже поселились? Как же, в гостинице номер на двоих забронирован.
– Не успели, сразу в отдел.
– Позвольте ваши документы, порядок всё же соблюдать надо.
Капитан удостоверения проверил, сразу подпись и печать в командировочные документы поставил.
– Оперативная обстановка сложная, товарищи. Район по размеру велик, с дорогами плохо, в распутицу не в каждый населённый пункт проедешь. Можно по реке, но только летом, у нас даже лодка есть с мотором. Но сами знаете, штат милиции определяется числом жителей. А у нас в районе с посёлком вместе – пятьдесят тысяч.
Андрей разочарованно вздохнул. Глушь! И какие здесь могут быть преступления? Пьяный сосед украл у бабушки курицу, сварил и съел? Начальник продолжал:
– Понимаю, для вас не тот масштаб. А у меня один опер. К тому же молодой, после школы милиции. Опыта мало, хотя парень старательный. В районе четыре зоны, после амнистии пятьдесят третьего года много урок на свободу вышло, две колонии пришлось закрыть. И всё бы ничего, да не все бывшие зэки уехали. Банда объявилась, подозреваю – из амнистированных, потому как действовать стала через месяц после амнистии. Жестоко, нагло, перед убийствами не останавливаются.
Павел руку поднял, как школьник.
– Товарищ капитан, вопрос. Чего у вас грабить? Леса вокруг, лесопилки. Заработки у рабочих небольшие.
– Верно заметили. Но банда действует на дорогах. Проезжающих с грузами много. Вот последние два случая взять. Машина районного потребительского общества исчезла. Водитель и экспедитор в область ездили, деньги везли, с людьми рассчитаться. Ни машины нет, ни сотрудников, как и денег.
– Сколько денег?
– Семьсот тысяч.
Такой большой суммы опера не ожидали услышать.
– Сотрудники надёжные?
– В райпо их характеризуют положительно. Экспедитор – бывший фронтовик, орденоносец. Оба в райпо работают давно.
– А второй случай?
– Неделю назад произошёл. Машину с водителем нашли, он жив, но вспомнить ничего не может, а груз пропал. Шкурки соболя из зверосовхоза в Вологду везли. Общая стоимость полтора миллиона, отборный мех, планировали за границу продать.
Оба случая серьёзные. И действовали не пьяные мужики, чувствовалась опытная рука. К тому же один человек провернуть оба дела не сумел бы, банда из нескольких человек должна быть.
– Что скажете? – Начальник смотрел с надеждой.
– Для начала давайте сюда своего опера, пусть в гостиницу проводит, столовую покажет. Ещё подробная карта района нужна и транспорт.
– С транспортом плохо. Могу мотоцикл выделить.
– Пойдёт. Уголовные дела у опера?
– У него.
Начальник приоткрыл дверь, крикнул.
– Бакланов, зайди.
В кабинет зашёл молодой парень – кровь с молоком, блондин.
– Слушаю, Николай Степанович.
– Познакомься, Евгений, товарищи из самой Москвы нам в помощь.
Андрей встал, протянул руку.
– Фролов Андрей Михайлович, можно просто – Андрей. Старший оперуполномоченный.
– Чумаков Павел Ильич, – представился второй опер.
– Бакланов Женя.
– Ну вот и познакомились. Евгений, покажи москвичам гостиницу и столовую. Ключи от мотоцикла у дежурного возьмёшь, скажешь – я разрешил. А потом ознакомишь с уголовными делами.
– Понял. У вас вещей много?
– Всё, что вы видите.
– Тогда идём.
До гостиницы было рукой подать. Похоже – все административные или значимые здания располагались в одном квартале. Заполнили анкету гостя, получили ключ от номера. Душ и прочие удобства в конце коридора. Единственное утешение – постояльцев мало. Столовая была в соседнем здании, сразу поели. И в отдел милиции.
– Женя, показывай уголовные дела и принеси карту района.
Местный опер открыл сейф, достал две тоненькие картонные папки. Особенно изучать нечего, несколько машинописных листков.
Как-то само получилось, что бригадой оперов стал руководить Андрей.
– Отметь на карте, где расположены зоны – действующие и закрытые.
– Легко! – Женя поставил на карте карандашом галочки.
– А теперь места преступлений, – попросил Андрей.
– С этим сложно. Один потерпевший, водитель, не помнит ничего. Где, когда, что произошло. А по машине райпо сведений вообще нет. Ни людей, ни машины, ни денег.
– Как-то путь машины проследить пробовали? Известна ведь точка отправления. А дальше искать свидетелей по маршруту следования.
– Не успел, виноват.
– Лесорубов, охотников, рыбаков через их организации известили?
Женя руками развёл.
– Зря. Эти люди бывают в самых глухих местах, где могут прятаться бандиты или будет брошенная машина райпо.
В общем, надавали Жене поручений по самую крышу. Парень удручён был. Многое из необходимого не сделано. Опер один на район, и будь он семи пядей во лбу, всего не успеет. А если людей подключить, можно выйти на след преступников. Кто-то что-то видел. Местность, хоть и не густо населённая, но и не пустыня безлюдная.
Решили вернуться в гостиницу, обмозговать ситуацию. Андрей с собой карту прихватил. В номере уселись за стол. Андрей спросил:
– Что думаешь? Говори любые предложения, самые фантастические, обсудим.
– Надо побывать в лагерях, проверить, кто освободился, за что сидел? Карманник, хоть и уважаемый среди блатных вор, окраску не сменит. Должен быть главарь, и, скорее всего, он за подобное преступление сидел.
– Пусть так. Все сидельцы после отсидки в свои города рванут. Сам понимаешь – климат здесь не тот, не Сочи или Крым. Или из местных, либо зэк, которому терять нечего.
– Допустим, по документам выйдем на фигуранта, но где его искать?
