Но, кажется, она предусмотрела все и вспомнила обо всем. Меньше чем через час после принятия сигнала бедствия на выручку потерпевших аварию аэросаней отправился тяжелый вездеход "Зубр" с экипажем из пяти человек. Сидя на широком переднем сиденье между водителем и проводником, Вирта в последний раз мысленно перечислила список взятых с собой медикаментов и оборудования. В свете фар неслись и бешено кружились снежинки, заволакивая все вокруг непроницаемой белой пеленой. Однако Вирта почему-то была твердо уверена: все у них получится.
Фары старались изо всех сил, но им никак не удавалось прорваться сквозь белую мглу больше, чем на десять-пятнадцать метров. Мотор аэросаней постоянно взвывал на высоких оборотах, словно отплевываясь от снега. Дворники елозили по ветровому стеклу, не переставая, однако уже через секунду после каждого их взмаха оно покрывалось белыми непрозрачными пятнами.
– И надо нам было лезть в эту круговерть! – ворчливо произнес по-чинетски Ворро, в одиночку устроившийся на заднем сиденье. – Переждали бы пару суток, ничего бы и не случилось.
Оглянувшись назад, Неллью увидел, как неприязненно сжались в ниточку губы Кена Собеско. Гранидец не знал чинетского, но по интонации догадался о смысле сказанного. Кроме того, у Собеско как-то сразу не сложились отношения с Либсли Ворро.
– Нельзя было ждать, – убедительно сказал Гредер Арнинг. – Мы и так потеряли целых две недели в Криденге. Может быть, сейчас на счету каждые сутки! К тому же, мне приходилось слышать, что здешние бураны могут длиться по несколько дней подряд.
– Это точно! – молодой водитель, на секунду оторвавшись от штурвала, повернул к ним свое веселое возбужденное лицо. – Ничего, проскочим! Мы уже идем по Сосновому ручью, километров через десять выйдем на Долгое озеро, а там, считай, прямая дорога до места! К полуночи доберемся!
Сильнейший порыв ветра едва не развернул аэросани. В свете фар внезапно появились и пропали очертания невысоких скалистых обрывчиков, зажавших узкое русло. Водитель, ругаясь, выровнял машину и прибавил ходу, стараясь побыстрее проскочить опасный участок. Мотор снова взвыл и, вдруг, резко поперхнувшись, закашлялся и засбоил, перейдя на широкий шаг. Машину затрясло и повело в сторону.
– Держитесь! – отчаянно выкрикнул водитель, вцепившись в штурвал.
Раздался громкий хлопок, мотор взорвался воем и замолк, полозья громко затрещали, уткнувшись в какое-то препятствие, а прямо над ними вдруг вырос лобастый край скалы, покрытый пестрой мозаикой из белых и темно-серых пятен. Выкрикнув что-то предостерегающее, Неллью вжался в комок в своем кресле, и в ту же секунду скала со звоном и хрустом вдавилась внутрь.
Неллью пришел в себя от резкой боли в ноге. Открыв глаза, он увидел прямо над собой сердитое лицо Ворро, освещенное тусклым зеленоватым светом.
– Наконец! – ворчливо произнес Ворро, хотя в его голосе явно слышалась нотка облегчения. – Вечно ты встреваешь во всякие переделки!
– Мы попали в аварию? – Неллью вспомнил надвигавшуюся на него скалу. – Что с остальными?!
Лежа на узком сиденье в задней части аэросаней, он не видел ничего вокруг. Схватившись за спинку он приподнялся, но страшная боль в руке, на которую он вздумал было опереться, и внезапный приступ головокружения швырнули его обратно.
– Ты что, сдурел?! – напустился на него Ворро. – Тебе, дураку, руку чуть не оторвало, пока тебя чинили, с тебя полведра кровищи вылилось! Куда ты еще собрался?!
Неллью пропустил это мимо ушей. Падая обратно на сиденье, он задел за что-то левой ногой, и на него обрушилась еще одна волна обжигающей боли.
– Нога! – не удержался он от стона.
– Ну да, еще и нога. Вывих или перелом – в этой темнотище не разберешься! Лежи смирно!
Неллью судорожно глотал холодный воздух. Чтобы хоть как-то отвлечься, он попытался вспомнить картину, которая на секунду предстала его взору при свете аварийной лампочки. Весь перед аэросаней смяло как консервную банку, а острый скальный клык раскроил машину пополам. С водительского кресла, почти уткнувшегося в скалу, бессильно свешивалась запрокинутая голова.
– Водитель!…
– Мертв, – мрачно сообщил Ворро. – Буквально раздавило в лепешку. Ты вообще уцелел неизвестно как. Все остальные почти в порядке. Ринчар получил по лбу, но быстро оклемался. Но основная проблема в том, что нас теперь продувает насквозь, и если ребята не разожгут печку, мы тут через час замерзнем, как мыши!
– Помощь, – простонал Неллью.
– Рация сдохла! – зло сплюнул Ворро. – Арнинг пытался дать по ней сигнал бедствия, но так и не известно, услышал нас кто-то или нет! Вот дурацкая история! Это ж надо было – столько пролететь, а на земле гробануться!
Откуда то послышался запах солярки и разогретого металла, а затем к шумам ветра, завывавшего за тонкими стенками кабины, добавилось негромкое уютное урчание.
– Все равно сильно задувает снаружи! – послышался голос Арнинга. – Нельзя чем-то заткнуть эти щели?!
– Сейчас попробую! – отозвался Ринчар Линд, и до Неллью донесся хлопок дверцы.
– Очнулся? – вверху появилось разгоряченное лицо Кена Собеско. – Значит, будешь жить!
– Это он, в основном, тебя чинил, – с неохотой добавил по-баргандски Ворро. – Я был так, на подхвате.
– Спасибо, Кен, – слабым голосом поблагодарил Неллью. – Я продержусь…
Снова послышался хлопок дверцы, это вернулся Ринчар Линд. Неизвестно, что ему удалось сделать, но задувать, и в самом деле, стало ощутимо меньше.
– Ну и метет! – возбужденно крикнул он. – Ни зги не видно! И ветер такой, что чуть с ног не сбивает!
Ворро жалко и зло выругался.
– И что нам теперь делать?! – неожиданно закончил он свою тираду почти спокойным вопросом на баргандском.
– Ждать, – коротко сказал Собеско. – Если к утру не придет помощь, мы с тобой отправимся назад по руслу ручья, попытаемся добраться до дороги.
– Ты выбрал в напарники меня? – в голосе Ворро послышались нотки удивления. – Почему?
– Ты самый упрямый. Ты будешь ворчать и жаловаться на жизнь, но все равно будешь идти вперед, пока не дойдешь или не сдохнешь.
Несколько секунд стояла тишина, заполняемая только однообразным воем ветра и гудением печки. Затем Ворро хрипло рассмеялся.
– Молодец, Кен! Это мне нравится! Похоже, мы с тобой поладим! Ты как, пилот, тоже по земле ножками немало пошагал?!
Раздался звучный хлопок ладони о ладонь. Кажется, подумал Неллью, натянутые отношения между Ворро и Кеном Собеско становились достоянием прошлого.
– Послушайте, – вдруг сказал Арнинг. – Ночь впереди длинная. Давайте я вам расскажу все про нас с Кеном. От начала и до конца. Наверное, нам надо было это сделать сразу, только уж больно невероятная у нас получилась история. В общем, хотите – верьте, хотите – нет, а начиналось все так…
Арнинг рассказывал долго. Иногда ему на помощь приходил Собеско, который говорил по-баргандски совершенно свободно. Неллью пытался сконцентрироваться на звуках чужого языка, но у него не всегда получалось. Несколько раз он проваливался в странные яркие видения, затем снова возвращался обратно. Ворро поил его из фляжки-термоса чем-то теплым, он покорно проглатывал жидкость и снова возвращался в свои грезы.
– И в этой крохотной коробочке – вакцина? – услышал он слегка оторопелый голос Ворро и понял, что рассказ Арнинга подошел к концу.
Каким-то образом он знал, о какой вакцине идет речь, и против какой болезни ее нужно применять, хотя и не понимал, как ему удалось уловить это.
– Да, – послышался лаконичный ответ Собеско. – Если верить пришельцу, который нам ее дал.
– Верить пришельцу?… – кажется, до Ворро дошла вся сложность ситуации.
– Именно, – закрыв глаза, Неллью представил, как Собеско улыбается, загибая вниз уголки губ. – Теперь вы понимаете, почему мы не решились обращаться в различные промежуточные инстанции?
– Но тогда получается, что никто кроме нас не знает об этом? – тихо спросил Неллью.
